Эфирон Предчувствие перемен

Часть 14. Финал первой книги

ГЛАВА 44. Двуликий

После последней встречи с Мари прошло немало дней. Кейн часто заходил в кафе, но её там не было. Расспросы Сюзи заканчивались одним и тем же: она говорила, что Мари захворала и лечится дома, но сколько бы Кейн ни посещал её, дверь ему никто не открывал. Всё это бесконечно удручало Кейна, он чувствовал, как будто потерял что-то очень ценное, но не материальное, а часть души, которой у него осталось и так совсем мало.

Мысль о том, что Мари покинула его, крутилась в его голове, но он гнал её, гнал так далеко, как только мог…

В этот день Кейн решил предпринять очередную попытку посетить кафе и на этот раз узнать у Сюзанны всё. Даже если придётся встряхнуть её как следует!

Полдень, обычно в это время кафе вовсю обслуживало гостей, но сейчас здесь стояла гробовая тишина. Кейн вошёл внутрь. Неприятным, тухловатым запахом пахнуло в лицо. Майор поёжился. Прежде здесь пахло булочками и кофе.

– Мари?.. Сюзанна?.. – в пустоту произнёс Кейн.

Складывалось впечатление, что кафе давно не работает, хотя майор был здесь всего пару дней назад. Внимательно Кейн обошёл всё заведение и даже посетил подсобные помещения – гардеробную, кухню, туалет, – но везде было пусто.

– Да что здесь произошло? Где все? – сам себя спросил Кейн.

Он сел за столик, за которым всегда завтракал. Пальцы монотонно скользили туда-сюда по поверхности стола, помогая думать.

– Что здесь произошло? Где все?! – повторил Кейн.

Указательный палец левой руки попал в продолговатую бороздку. Кейн бросил на неё взгляд, а затем пригляделся. Неровные, рваные полосы.

– Три. И ещё три рядом, – он осмотрел стол и прошептал: – Они повсюду.

Кончики пальцев начали потеть. Медленно он вставил свои пальцы в бороздки.

– Ногти. Это следы от ногтей! – Сердце забилось чаще.

Кейн заглянул под стол. Он осматривал каждый сантиметр пространства – чувство, что он напал на след, не давало покоя. И тут в щели между стеной и полом что-то сверкнуло! Кейн вытянул руку и, едва дотянувшись двумя пальцами, поддел и зажал предмет. Аккуратно он начал вытягивать его. Золотая цепочка потянулась тонкой струйкой, а на её конце…

– Кулон! – с придыханием вырвалось из уст майора.

Порванная, запутанная цепочка и черный как уголь кулон! В ушах Кейна зазвенело, медленно он опустился на скамейку. В голове мелькали слова Уолтера Джинси: «Если хозяин кулона испытывает страх, ненависть, плохие предчувствия... камень окрасится в тёмно-фиолетовый и, в крайнем случае, в чёрный цвет».

Обуздав, как мог, свои эмоции, Кейн начал рассуждать.

– На неё напали, душили, и, возможно… – он промолчал.

Всё это натолкнуло Кейна на мысль ещё раз внимательнее осмотреть кафе. На этот раз на кухне майор заприметил небрежно опрокинутый мешок с мукой. Отпихнув мешок и расчистив пол, он обнаружил деревянный люк. Кейн приподнял крышку и почувствовал противный, но какой-то до боли знакомый запах. Внизу было неожиданно светло. Он осторожно спустился по лестнице и оказался в коридоре, по бокам утыканном дверьми. Как разведчик, наступая на пятку и перекатываясь на носок, затаив дыхание, он пошёл вперёд. Кейн проверял каждую дверь, но пока все были закрыты. Тишина и дух опасности витали повсюду. Кейн толкнул очередную дверь... она приоткрылась. Майор с опаской заглянул внутрь. Белая мокрая плитка застилает пол. Кейн продолжал медленно открывать дверь. Кровь! Размашистые красные пятна на полу. На мгновение он замер, но продолжил. Деревянная колодка, в неё воткнут огромный топор, окровавленная свиная туша рядом с ней. Кейн выдохнул. Как бы ему ни хотелось заходить в эту комнату, он решил осмотреться. Он распахнул дверь и увидел…

– Мари! – воскликнул майор.

Она сидела на полу, опершись о стену, её шея была обвязана цепью, цепь пристёгнута к стене. Её состояние удручало: руки, голова, ноги – всё в крови, как будто большое животное царапало её. Кейн подбежал и склонился над ней.

– Мари… – с придыханием протянул он.

Как ни пыталась, Мари не смогла вымолвить ни слова, только град слёз из её глаз дал понять, что она жива.

– Майор, это вы?.. – раздался неприятный голос из самого дальнего угла комнаты. В этом подобии человеческого голоса Кейн узнал знакомые ноты. – Вы пришли за своей дорогой Мари-и-и? Ха-ха-ха! А как же я?

– Сюзанна? – встрепенулся Кейн, всматриваясь в искажённый образ.

– Да, это я, ваша дорогая Сюзи!

Как вдруг она резко ринулась на него с протянутыми вперёд руками в попытке схватить! Но Кейн успел отскочить в сторону.

– Какой вы прыткий! Что ж вы не хотите обнять меня?

От Сюзанны в этом существе осталась только кожа, которая висела как на вешалке.

– Что ты такое?! – заорал Кейн. Существо только гулко смеялось и снова приближалось к нему. – Уйди, тварь! – он выхватил клинок и начал размахивать им перед собой.

– Твой клинок мне не помеха! – голос становился всё грубее и ужаснее. – Это тело уже испортилось, я хотела взять тело твоей дорогой Мари, но тут пожаловал такой долгожданный лот как вы, майор Кейн!

Тело Сюзаны корчилось в адском танце, кто-то внутри уже не в силах был там находиться.

– Это ты хотела похитить префекта?

Красные зрачки беспорядочно забегали в огромных распухших глазах.

– Отвечай! – приказал Кейн.

– Может быть, я, а может, не я. Вы такой смешной, майор, что я уже хочу вас ПРИКОНЧИТЬ! – существо снова вытянуло руки и ринулось на майора.

Никаких лишних движений, только одно отточенное: Кейн сделал расчётливый отступ назад и клинком, словно хлыстом, махнул так резко и точно, что башка твари тут же отскочила в сторону и покатилась по полу.

– Вот и всё, Сюзанна! Ты мне никогда не нравилась.

Тело и отрубленная голова существа вспыхнули как сухой хворост.

– Вот чёрт! – засуетился майор.

Сбоку у стены он заприметил бочку с водой, Кейн быстро вонзил клинок в горящую голову и кинул её в воду. Вода зашипела, превращаясь в пар. Тело же сгорело как спичка.