Его Алмазом кличут...

Глава 45

    Татьяна Андреевна подала мне тапочки и проводила в комнату, самую большую из трех, а сама ушла готовить чай. Это был небольшой зал с круглым столом, стоящим в центре и покрытым плюшевой скатертью вишневого цвета, красиво отливающей при дневном свете. На столе стояла маленькая плетеная корзиночка, в которой лежали вперемешку засушенные лепестки роз, шишки и желуди. Тетя всегда любила собирать и хранить такие дары природы, часть из которых она использовала для создания всяческих настенных композиций. В этой квартире было тихо и спокойно. Только где-то громко и бойко тикали часы, я огляделся по сторонам, надеясь увидеть их на стене, но, поводив несколько раз глазами туда-сюда, так ничего и не обнаружил. Всюду висели занавесочки, покрывала и полотенца.  В дверных проемах тянулись длинные ряды мягко звенящих деревянных трубочек, нанизанных на тонкие веревочки, тянущиеся до самого пола. Раньше такие вещи были в моде и имели популярность. Когда задеваешь такие бусы, проходя в комнату, то они начинают мелодично стрекотать, задевая одни за другие и медленно покачиваясь. Я чувствовал знакомый запах, это были духи Татьяны Андреевны, такие нежные и едва уловимые вблизи, зато настолько стойкие, что они смогли наполнить собой все в этой квартире, каждую комнату и каждую вещь. Тут из прихожей послышался голос тетушки, начавшей говорить, еще не дойдя до зала:

- У тебя, наверное, много нового?

Я пожал плечами, не зная, с чего начать. А тетя, посмотрев на меня внимательно, продолжала:

- Да, давно мы не виделись, но ты совсем не изменился внешне, хотя нет – стрижка другая. А вот ведешь себя иначе… Словно еще больше повзрослел. Взгляд у тебя стал прямой, кристально чистый. Куда-то делись зажимы и неловкость, качества, которые взрослому человеку и не подходят, только портят общее впечатление. Я вижу перед собой самодостаточного взрослого мужчину, - сказала она с особым достоинством.

    Насколько люди могут быть проницательным. Таких нечасто встретишь. Где их этому учат? Или с этим рождаются? Еще немного подумав над этим, я понял. И Григорий Матвеевич и Татьяна Андреевна – люди духовно простые, искренние, у них есть общее качество – свободомыслие. Оттого и легко с ними, что они дают свободно мыслить и другим, они открыты к восприятию другого человека и принимают его любым, со всеми странностями и недостатками. И они не станут их обсуждать и осуждать, а постараются понять, а если не смогут понять, то просто примут как данность, смиренно. Такие люди не боятся, что чужая злоба коснется их, и они не станут осуждать ее. Напротив, они знают, что только когда они станут противиться человеческому естеству, то могут встретить сопротивление и агрессию. 

    И тут же я вспомнил натуры своих родителей. Они будут бороться с чужими недостатками до изнеможения, не жалея своих сил и нервной системы. Они полны предрассудков и стереотипов, которые запирают их в клетку нелепых убеждений, мешающих им жить и общаться с людьми. Они думают, что если не станут сопротивляться чужой рассеянности и бороться с ней, то такой человек потеряет их вещи или забудет предупредить о чем-то важном. Поэтому такого растяпу обязательно нужно переделывать, а иначе иметь с ним дело просто невозможно. И никогда, ни разу не придет в голову людям, подобным моим родителям, рассмотреть проблему более глубоко, разобраться в причинах. Может, бедолага не высыпается? Или он страдает депрессией? Или он действует подобным образом намеренно, назло? Разумеется, по определенным причинам. Но никто с этим разбираться не желает. Люди не хотят тратить на это время и забивать свои головы «ерундой». Но в то же время они упорно стараются решить проблемы силой, которой не жалко. Такие люди предпочитают бесконечное количество раз делать другому замечания, критиковать и даже скандалить, а также обижаться, сплетничать, жалуясь другим на несчастного шалапая.

    Так вышло, что тетя верит в меня больше, чем собственные родители. И справедливости ради нужно сказать, что здесь дело не в моих добродетелях или изъянах, а в ее прекрасном характере. Она верит во всех, в каждого человека. Тогда и сейчас, всегда. Она старается видеть в людях лучшее и внушает им, что они такие. И люди рядом с ней действительно становятся лучше.