Его Алмазом кличут...

Глава 68

    Когда мы добрались до села, уже смеркалось. Мы пошли по протоптанной дороге вглубь деревни, чему я был удивлен и поинтересовался у Людмилы:

- Если я не ошибаюсь, дом Алмаза находится на окраине села…

- Верно, там. Только, чтоб туда добраться нужно пройти через всю деревню. Да, не очень-то удобно нам остановку сделали. И до нашего дома ковылять прилично.

    Шли мы довольно долго. В закатном свете все здесь выглядело иначе, чем днем, когда я прогуливался тут в свой первый приезд. Зимний пейзаж, пока еще сохраняющийся в селе, также сильно менял картину по сравнению с той, что осталась у меня в памяти. Несмотря на нынешнюю оттепель, на крышах домов лежал снег и от лилового заката становился сиреневым, а потемневшие сугробы лежали возле каждой калитки. Стояла абсолютная тишина, ни единого звука не нарушало ее. Я наслаждался и упивался ей как и тогда, полгода назад.

    Действительно, спустя минут пятнадцать я увидел перед собой дом старика, хотя сомневался до последнего. Бывает и такое – житель мегаполиса с тысячью улицами, оказывается, не способен запомнить всего лишь одну из них в деревне. В окнах горел тусклый свет. Подойдя совсем близко, я ждал, что залает Черныш, но ничего не услышал.

- Ну, вот, пришли. Заходите, не стесняйтесь. Мы с Машей уж не станем, спешим домой. А вы не волнуйтесь, Антонина – женщина приветливая, накормит-напоит и спать уложит. Ну, счастливо. Если желаете, заходите к нам завтра, будем рады. Спасибо еще раз за Машу.

И, не дожидаясь моего ответа, они направились к своему дому. Маша помахала мне рукой и что-то торопливо болтала, но я не разобрал, а только ласково улыбнулся.

    В этот раз без стеснения и лишних раздумий я вошел в дом, застав Тосю за столом, она что-то вязала. Подняв глаза, она сразу меня узнала:

- Ой, здравствуйте! Опять к нам приехали? Понравилось у нас?

Я ответил ей полушепотом и наклоном головы. 

- Проходите, пожалуйста, раздевайтесь. Да, у нас хорошо здесь, все ладно.

- Я к Григорию Матвеевичу ехал, а тут такое… Я не знал…

- Бывает всякое, что ж… - и Тося тяжело вздохнула и склонила голову.

- Я как узнал, подумал, что заночую здесь, а завтра утром домой поеду. Можно?

- Да конечно! Я сама тут гостья. Печь не топит у меня, пока тут живу. Вы не стесняйтесь, Алмаз бы всех принял.

- А как все это случилось? Как он умер? – спросил я.

- Ох, ну что тут скажешь… старики… Пошел на ручей, он же любит. Самому уж тяжело, он обычно просит кого, а тут один пошел, да никому не сказался. Ладно хоть мужики наши там его увидели, лежал на камнях у самой воды.

- Так он головой ударился? 

- Нет, голова не пострадала. 

- А что же?

- А бог его знает, как все было. Плохо ему отчего-то стало, лежал, почитай, без сознания. Видно, по сугробам-то тяжело идти было, тем более, вверх по склону. Вот он, наверно, и скатился обратно. Ну, мужики наши его в чувство привели, под руки подхватили и домой принесли. Они сказывали, что он очнулся потом и всю дорогу им про жену свою Соню бормотал, да про свидания какие-то. Хотели сразу везти в районный центр, в больницу, а Алмаз говорит, мол, туда не надо, уже лучше мне. Попросил оставить его дома полежать на кровати. Мужиков отправил домой, сказал, что спать будет. А вечером я к нему прихожу, смотрю, лежит. Подумала спит. Трогать не стала, думаю, скоро сам, наверно, проснется, пока дела хозяйские делаю. Но нет. Тут я и поняла все. Обманул ведь он мужиков-то. Хотел один помереть, нарочно прогнал.

«Опять он ходил на поиски алмаза… - подумал я. - Душа его неугомонная…»

- Ведь немощный, куда его понесло-то! Старики бестолковые! – сказала с прикриком Антонина и разрыдалась. - Ровно дети малые, несмышленые. Ведь такой человек был! Такой человек! 

    Из слов Тоси я понял, что она ничего не знает про алмазы старика. Но ничего объяснять ей я не стал. Быть может, это была его тайна, которую он открыл только мне, ну и Максиму. Может он только оттого поделился с нами, что был уверен, что никогда нас больше не увидит. Часто бывает, что самое сокровенное нам проще сказать чужому человеку, нежели близкому родственнику или лучшему другу. Например, попутчику в поезде, случайному знакомому. Это проще для нас, мы и изливаем душу, облегчая тем самым свое состояние, и никто нам потом не припомнит этого откровения, как, например, вполне может случится с близкими людьми. Случайный знакомый не сможет распространить твой секрет среди твоего же окружения и не станет смотреть на тебя другими глазами, уже исходя из того, что личного он о тебе узнал. Так проще. Попутчик быстрее тебя поймет. Потому что ему все равно, он тебе чужой. Ему проще понять твою подлость по отношению к другому, если ты объяснишь свои мотивы. Он не станет осуждать, ему это незачем. Вот и старик, наверно, не рассказывал своим односельчанам про свои мотивы частых походов на речку. Вероятно, он боялся насмешек, того, что его назовут чудаком. Да, я также посчитал это чудачеством, но что с этого старику? Он меня никогда больше не увидит.

    Поэтому я сидел и молчал. Тося продолжала всхлипывать. После мы поужинали. Она постелила мне у печки, а сама ушла спать на кровать Алмаза.