Его Чужая Ведьма

Глава 4

Томас Гринвальди, как ни старался, был совсем неприветлив. Его глаза сверкали в темноте с неодобрительной неприязнью, и, даже несмотря на рекомендации местных ведьм и полного радушия со стороны маленьких и дерзких племянников, я ему не нравилась. Белокурая и синеглазая. Якобы не ведьма, но не нравилась, и все тут.

— Так ты говоришь, внучатая племянница Моры… — мужчина вчитывался в рекомендации и все равно посматривал на меня с подозрением.

Мора, как и предрекали гномы, взяла с меня тройную оплату. И, даже учитывая то, что я была такой же ведьмой, как и она, не сделала мне скидку ни на одно желание. Я подписала с ней магический договор, что обязуюсь послужить Гномиру в случае хорошего исхода дела пять полных лет. И ни при каких обстоятельствах не раскрывать, что Мора мне каким-то образом посодействовала. Ну, и мои желания. Все те, что я могла загадать в эти пять лет, должна была передать добровольно ведьме.

Я согласилась, взвесив все «за» и «против». Желания показались самой малой платой, которую я могла совершить на сегодня. Ну что же… может, оно и к лучшему, поменьше глупостей в голове, полное сосредоточение на своей работе в новом городе мне вполне подходили.

— Очень внучатая, как видите, судьба не обласкала меня и совершенно не наградила никаким магическим даром. Я не маг и не ведьма, так, пустое место…

— Пустое место… И какую работу ты можешь выполнять?

Мора мне посоветовала выпросить у градоправителя место торговки в сырной лавке. Для ведьмы это превосходное прикрытие. И тут я задалась вопросом: как же мне все обыграть так, чтобы получить разрешение от господина Гринвальди на колдовство? Ведь если я представлюсь обычной девушкой, то мое колдовство так и останется под запретом…

Но ведьма была убедительна, когда говорила о том, что мне надо обвыкнуться и понять все устройство Гномира. Для этого колдовство не требовалось, совсем. И я решила рискнуть — покинуть этот город я всегда успею. Пять лет ведь небольшой срок или все же большой?

Над этим я сейчас думать не собиралась.

— Разную, господин, — смиренно сложила руки в замок на юбке, потупила глазки в пол, не смея посмотреть мужчине в глаза.

На этот раз я решила не рисковать и состроить из себя настолько невинную овечку, безропотную и покладистую, чтобы Гринвальди не к чему было придраться.

А градоправитель пытался найти любой повод и снова дать мне от ворот поворот. И получалось, что дело было не совсем в ведьмах… Вернее, не только в них…

— Умею чистить полы, следить за температурой в погребах и лавках, взвешивать товары, а еще…

— Что еще? — недовольно пробасил Томас Гринвальди.

— Я видела, что в сырную лавку требуется помощница… — и снова глазки в пол, немного дрожи в теле для наглядности.

— И что, ты хотела бы себя предложить? — как-то это двусмысленно прозвучало из уст мужчины, мне показалось, даже с подвохом.

— Что вы… я бы могла попробовать, если бы никто не был против и дал мне шанс…

Звучало жалко и немного унизительно даже лично для меня. Хоть сейчас я скрывалась под иной личиной, испытывала настоящий ужас из-за того, насколько мне приходилось быть не собой, подавлять себя — настоящую Мариуку.

Зачем такие страдания, я не понимала, а главное — для чего все это… Но тут же себя одернула. В этом городе необходимы перемены. Люди не должны жить под гнетом нерадивого господина, а ведьмы… ведьмы не должны пользоваться положением и продавать запрещенные эликсиры и товары не только детям, но и взрослым.

***

— Хорошо, — снизошел наконец Гринвальди до меня убогой. — Даю тебе срок ровно месяц. Себя проявить и показать трудолюбие и усердие.

И тут мое напряжение как рукой сняло. Можно было выдыхать и праздновать свою маленькую победу.

— При условии, что каждый пятый день ты лично будешь приносить корзину сыров по моему особому заказу к нам в дом.

— Разве у господина есть нехватка? — я покосилась в сторону двери. — Или, быть может…

— Не может, — оборвал меня не совсем вежливо градоправитель. — В моем доме семь неслухов, которым нужно хорошее питание, а наш слуга… Хоть он и предан нашей семье с давних лет, уже не совсем в состоянии в одиночку заниматься нашим обеспечением.

Я поняла, что тема для Томаса Гринвальди непростая и местами болезненная. За его внешней черствостью и неприветливостью скрывались отчаяние и боль.

— Хорошо, я все поняла, — я присела в небольшом реверансе. — Сыр будет в вашем доме каждый пятый день.

Тогда мужчина громко отодвинул свой стул и вышел из-за стола.

— Как твое имя?

И я без запинки выдала то, что давно обсудила с гномами.

— Бель Снежи, господин.

— Откуда ты, Бель? — озадаченно проговорил Томас Гринвальди и подошел ко мне совсем вплотную, награждая хмурым взглядом.

Все-таки мужчина был очень высоким. Я доходила макушкой ему до подбородка. Справившись со своим внутренним страхом, я наконец отважилась взглянуть в две чернеющие бездны господина Гринвальди.

— Меня привели сюда ведьмины круги со стороны Янтарного моря, — ляпнула совершенно наобум, особо не надеясь на то, что Томас мне сможет так легко поверить.

— С Янтарного моря, значит?

— Да, — я вновь подтвердила свою легенду с замирающим сердцем.

А вдруг он сейчас сможет разоблачить? А что, если эликсир даст сбой?

Но нет. Ничего из мною надуманного не случилось. Все обошлось.

— Бель, не забудь. Это твои бумаги и разрешение на работу в Гномире. Они подлежат продлению через месяц. Без них ты не сможешь здесь ничем заниматься. В твоих интересах выдержать испытательный срок.

Мне показалось, что как будто Томас не просто стоял рядом со мной, а еще зачем-то мужчина вдыхал воздух над моей макушкой, много воздуха.

Я поежилась. Мало того, что меня едва приняли на работу, так еще и зачем-то обнюхивали… Я терялась в догадках: что это было? Но уточнять ничего не стала. Выхватила бумаги из рук градоправителя, наспех попрощалась и опрометью выбежала из кабинета Томаса Гринвальди, пока он не передумал. А ведь мог! Поэтому я не оставила градоправителю ни единого шанса.