Его игрушка

Глава 1. Неожиданное решение.

Столько страданий, жалобных криков, стонов, полных боли и бесполезных молитв о пощаде, сколько видели вековые стены поместья Малфоев, не видывал никакой другой дом в магической Британии. Некогда любимый и родной отчий дом, в котором Драко провел свое, отнюдь не паршивое, детство, стал совершенно чужим и таким непростительно грязным. Порой ему казалось, что даже тысячекратное «Агуаменти», примененное наиталантливейшими и наисильнейшими волшебниками мира, было бы просто не в силах смыть всю ту грязь и невинную кровь, что была пролита в этих стенах за последние годы.

Чем дольше юноша находился здесь, тем ощутимее становилось чувство отвращения ко всему, что связывало его с этим особняком. Он чувствовал, что повяз в этой грязи по самые уши, и ему из нее уж точно не выбраться, по крайней мере, в одиночку. Его тошнило от всех этих криков, от страха и ужаса, от запаха крови и смерти, витавших вокруг. Он хотел забыть, выкинуть все из своей головы, стереть все чертовы воспоминания, связанные с событиями, произошедшими здесь, но он не мог. Здесь его корни, его семья, его мама… и призвание, навязанное ему его же сумасшедшим отцом.

Каждый раз наблюдая за тем, как его безумная тетка, без конца пытает все новых и новых пленников, как безжалостно применяет к ним непростительные заклятия, до смерти мучая и заставляя бедняг молить ее о смерти, Драко чувствовал, как от ужаса сжимаются его внутренности, а когда Беллатриса, самодовольно смеясь, посылала на тот свет очередного несчастного, кровь леденела в его жилах.

Этим утром он, вставая с постели, молил всемогущего Мерлина и Моргану лишь об одном, чтоб хотя бы на один день в этом доме наступила тишина. Мертвая, гробовая тишина. Но, спускаясь в большой зал, он осознал, что его молитвы, к сожалению, не были услышаны. По волоките и гулким, посторонним голосам, он понял, что егеря опять привели в поместье смертников, новых кандидатов на роль пушечного мяса для сумасшедшей Лестрейндж, безумно жаждущей крови.

- Что такое? – ленивый, растягивающий слова голос отца резанул слух. – Что здесь происходит? – Малфой-старший был явно недоволен тем, что нерадивые потревожили его покой.

- Они говорят, что поймали мальчишку Поттера, – холодным голосом ответила мать. Повернув голову к лестнице и заметив спускающегося сына, Нарцисса слабо улыбаясь, добавила на этот раз, обращаясь уже к нему: – Драко, сынок, подойди.

Войдя в большой зал, юноша, хоть и старался не смотреть на пленников, все же краем глаза он увидел, что бедняг трое. Ему хватило беглого взгляда на то, чтобы среди них с легкостью распознать двоих: Уизли и Грейнджер. Третий же был сильно изуродован. Его раздутое до невероятных размеров розовое лицо почему-то блестело. Черные волосы доставали почти до плеч, а на подбородке лежала темная тень. На носу красовались знакомые поттеровские очки в круглой, дешевой оправе, а на лбу что-то вроде разглаженного или туго натянутого шрама. Хотя пленники хранили молчание, а последний вероятнее всего налетел на Жалящее заклинание, все же Драко смог узнать в них ненавистное «Золотое трио».

- Ну, что скажете? – проскрежетал стоящий неподалеку оборотень.

- Ну же, Драко? – с жадным интересом спросил отец, нервно потирая руки. – Это он? Это Гарри Поттер?

- Не знаю… Не уверен, – ответил юноша, торопливо отводя взгляд от троицы. Он старался держаться как можно дальше от Сивого и явно боялся посмотреть на Гарри, точно так же как Гарри боялся посмотреть на него.

- Да ты погляди хорошенько! Подойди к нему поближе! – Драко никогда раньше не слышал такого волнения в голосе отца. – Если мы передадим Поттера в руки Темного Лорда, нам все простят…

- Давайте-ка не будем забывать, кто его поймал на самом деле, а, мистер Малфой? – с угрозой проговорил Фенрир Сивый.

- Конечно-конечно! – нетерпеливо отозвался Люциус.

- Что вы с ним сделали? – спросил оборотня Драко, пытаясь пустить разговор в другое русло. В глубине души он понимал, что какой бы сильной не оказалась его ненависть к этой троице, тем не менее, ни паршивый Избранный Поттер, ни нищеброд и предатель крови Уизли, ни даже грязнокровая всезнайка Грейнджер не заслужили того, что с ними сделает Темный Лорд. И может быть, ему даже было немного жаль их, но все же, он не мог им ничем помочь. – Почему он в таком состоянии? Тут же ничего не разглядеть! Это вы его изуродовали? – его серые глаза внимательно осматривали лоб Гарри Поттера.

- Это не мы! – взревел Сивый, недовольно оскалив зубы.

- По-моему, похоже на Жалящее заклинание, – объявил отец, подходя ближе. – Здесь что-то виднеется, – прошептал он, тыкая пальцем в лоб Избранного. – Может быть, это шрам, только чуток натянутый… Драко, иди сюда, посмотри, как следует! Как ты думаешь?

- Не знаю я, – пробормотал он, отходя к матери, стоявшей у камина.

- Мы должны знать наверняка, Люциус! – крикнула Нарцисса мужу холодным, ясным голосом. – Если мы ошибаемся и зря позовем Темного Лорда, то он сделает с нами то же самое, что сделал с Долоховым и Роулом!