Его истинная любовь

Глава 1. Комната в башне. Илона

❤️Альрик Аррингтон — тьма, скрывающаяся за маской власти. Илона Глонхайм — забытое пламя запретного рода. Их первое касание должно было стать последним, но Истинность смешала ненависть с желанием. Теперь Альрик, не ведая того, держит в руках не только жизнь Илоны, но и тайну, за которую убивали целые поколения Глонхаймов... Смогут ли они довериться друг другу, когда сама их связь — преступление?

В тексте есть: опасный оборотень-аристократ с властными манерами и нежностью к «своим», героиня с ножом и языком острее лезвия, любовь, которая начинается с ненависти и магии Истинных пар, дворцовые интриги, бог-трикстер, черный юмор, тайна забытого рода, хэппиэнд.

ИЛОНА

План влезть в башню к королевскому наместнику и вонзить ему нож родился у меня мгновенно. По его вине мы с братом сироты. Из-за него я с утра до ночи рисковала всем. Сначала мы с братом брались за любую работу — выживали, как умеем. Потом Бэзил попал в банду, и я с ним. Куда было деваться. Только безопаснее от этого жизнь не стала.

Хотя из-за моего брата парни и делают вид, что я тоже их сестра, я в это не особо верю. На заморыша я не слишком похожа, формами не обижена.

В банде мой план одобрили — им в худшем случае терять только меня. Самое пустяковое, угу. Брат назвал меня чокнутой и пообещал мою верную смерть. Но я стояла на своем и в конце концов убедила его.

— Охрану на стене Кривой Тео и Римус возьмут на себя. Маркус подсадит. Уверена, что не завалишь дело? Серьезно уверена, малявка? На вот, выпей для храбрости, — брат протягивает мне фляжку обжигающей дряни.

Я вижу, что он пытается быть стойким и ни в коем случае не хочет прощаться, но… Стискиваю его в объятии сама.

— Уверена. Еще увидимся, Бэзил.

Забираю у брата фляжку. Храбрость мне позарез нужна.

* * *

Альрик Аррингтон, чтоб ему икалось, спит в высокой башне с окном-бойницей. Я влезу туда и воткну нож ему в нужное место, пока он спит. Подло? Не думаю. Я девчонка, в открытом бою мне с ним не сладить. Да и драться я не училась, только еду готовить. А он воин.

Кривой Тео и Римус свое дело знают: путь за стену пробили. Постарались аккуратно. На дворе ночь, если Альрик проснется, то выставит новую охрану. Но уже будет настороже.

Надеюсь, он там вообще спит. Не трактаты же в темноте читает, умник. Еще хуже, если он с женщиной. Просчитать это снаружи нереально. Ну, тогда они вряд ли меня заметят, а я как-нибудь обратно вниз уползу. Если он там не один, осуществить план всяко будет нереально.

Мы с Маркусом, который должен меня подсадить, спускаемся по веревкам во внутренний двор Альрикова логова. Я надела удобные штаны и рубаху, а волосы спрятала под шапку, чтоб не мешались.

Рубаха на мне мешковатая не только ради удобства. Если Альрик проснется и увидит перед собой девушку с хорошей такой фигурой, которую ткань пока скрывает, он хотя бы на миг растеряется. А мне и миг сейчас сгодится.

Точно тени, мы с Маркусом пересекаем двор и останавливаемся у подножия башни. Внизу гладкие плиты, выше неровные булыжники вперемешку с кирпичами. По ним мне и ползти. По уму бы забросить в окно крюк с веревкой, но малейшее звяканье может разбудить мерзавца раньше времени.

Меня слегка потряхивает.

Встаю Маркусу на плечи, цепляюсь за первый выступ, подтягиваюсь.

Башню строили хоть и неказистой, но крепкой: камни сидят намертво, не ходят под пальцами. День мы выбрали сухой, обувь не скользит, но от этого не легче: темно, дыхание быстро сбивается, а вниз лучше вообще не смотреть. Мамочка, знала бы ты, чем я тут занята…

Маркус стоит внизу, с такой высоты он меня еще поймает. Не разобьюсь. Но как начнется пересменка, невезучих охранников обнаружат и поднимут дикий шум.

Подтягиваюсь выше. Еще. И еще. Каждый раз, когда рука ищет новый выступ, кажется, будто сейчас пальцы соскользнут и я полечу вниз.

Я цепляюсь крепче, заставляю себя дышать ровнее и ползу дальше, чувствуя, как горят руки и плечи.

Бойница медленно приближается.

Если все выйдет удачно, я высуну наружу какую-нибудь Альрикову простыню. Маркус забросит крюк, и вниз я спущусь уже не как мокрая ящерица, прилипшая к стене.

Только бы сначала все сделать.

Я сворачивала головы птице, умею разделать любое животное, но человек... живой человек — совсем другое. От этой мысли внутри на миг холодеет.

Поздно. Назад дороги уже нет.

Подтягиваюсь еще раз и наконец оказываюсь у окна.

Бойница с остекленной створкой, и мне везет: створка открыта. Любит свежий воздух, гад. А звуков никаких изнутри не слышно. То ли женщины там нет, то ли утомились бедняги и спят. Маркус собирается ждать меня четверть часа. В случае успеха вполне достаточно. Тихо-тихо заглядываю внутрь.

Свечи не горят, но фонари замка высвечивают не только меня на стене, но и внутреннее убранство комнаты, больше похожей на келью. Внутри только одна фигура, вытянувшаяся под тонким одеялом. Молиться об удаче уже поздно. Вот она удача. Теперь только действовать.