Его кошка

Глава XXVIII

Пробуждение вышло внезапным. Я резко открыла глаза, еще ощущая, как в теле затухают волны пережитого экстаза, и некоторое время растерянно смотрела в пространство, не понимания, где я, и что, собственно, происходит. Я лежала на холодной каменной плите в огромном зале, заполненном фиолетово-серой дымкой. Сквозь нее, как через густой туман, виднелись огромные круглые колонны.

Память возвращались медленно, лениво, норовя вновь увязнуть в кисельной реке забытья. Ловушка ведьмы в жертвенном зале, ранение Азазеля и его пытки демона-приспешника ведьмы. Я отключилась, когда он оторвал ему голову и сунул ее мне под нос. От воспоминаний о мертвом немигающем взгляде и запахе паленой плоти замутило.

А после…

Перед глазами замелькали картинки обнаженного Азазеля, его порочно изгибающиеся в усмешке губы и вспыхивающие похотью глаза. Стыдливый жар охватил все тело, захотелось сжаться в клубок и с головой укрыться одеялом, как в детстве, когда пряталась от страшного сна. Только одеяла нет, да и кровати тоже. И вообще, что это было?!

Я вздохнула и нехотя поднялась, но вместо горестного вздоха получился обиженный фырк. Взгляд уперся в пару черных пушистых лапок. Моих лапок. Никогда бы не подумала, что так обрадуюсь своей кошачьей личине. От одной мысли, что сновидение могло оказаться реальностью, сердце сжималось и переворачивалось. Во сне похоть обволокла и поглотила разум, но сейчас после пробуждения, я начала осознавать насколько все было безумным и опасным для меня. Я ведь могла закончить как Элизабет, если бы не облик кошки. Но смерть не самое страшное. Ужаснее потерять саму себя. И если бы он не убил меня сразу, кто знает, насколько долго и далеко зашла бы его игра.

В теле еще сохранялись отголоски неги, тягучей истомы с привкусом желания, и от этого становилось жутко. Лишь сон, но кровь бурлила, смертельный яд по имени «Азазель» растекался по венам.

Я мотнула головой, прогоняя сомнения. Если бы это был не сон, то я бы сейчас была человеком и вряд ли живым. По крайне мере недолго. Значит, все же приснилось. И Азазель после моего обморока принес меня сюда. Или же я переместилась самостоятельно?

Я подняла голову, а затем подошла к краю плиты. Странный туман внизу и вверху становился гуще. Потолка, стен и пола не было видно совсем. Сперва он показался мне цветным. Но различные оттенки ему придавал свет от горящих голубыми огоньками магических светильников на колоннах. Пройдясь по всей плите, я вновь вернулась на центр, села, и обвив себя хвостом, задумчиво уставилась на подрагивающий пушистый кончик. Складывалось впечатление, что плита просто парила в воздухе на большой высоте. Тогда неудивительно, если Азазель оставил меня одну и даже без ошейника. Сбежать невозможно. Это минус. Но плюс — ошейника нет, и можно попробовать связаться с Лисицей, или повторить трюк с перемещением, как у алтаря.

Я закрыла глаза, сосредотачиваясь, однако в темноте сознания упорно вырисовывался образ Азазеля, мутные обрывки сна проявлялись один за другим, вызывая тупую головную боль. Вот демон наклоняется ко мне, настолько близко, что я вижу в его вспыхнувших глазах маленькие светящиеся точки, словно в радужке растворилось настоящее живое пламя с искорками. Фиолетовое, завораживающее. Я смотрю, не отрываясь, и чувствую усиливающийся жар в груди, будто эти искры падают вглубь меня и прожигают душу. Я чувствую жар в теле от его ласкающих касаний и томительных движений. Мне настолько хорошо, что больно. Кажется, я умираю. И Азазель — это пламя, растекающееся по моей коже и просачивающееся внутрь меня. Я горю в нем. Но слова, которые в следующее мгновение срываются с его губ, холоднее льда:

«Это был лишь сон, Виктория… И этот сон ты забудешь, как только проснешься…»

Я дернулась от пронзившей голову боли и тут же испуганно замерла. Сердце тяжело заухало в груди, ударяясь о ребра. В подземелье ведьмы, пробираясь к выходу в темноте тоннеля, я инстинктивно уловила опасность, как любое живое существо при встрече с хищником. Но сейчас ощутила именно присутствие Азазеля каждой клеточкой тела. Настолько остро, что вся шерсть до единой шерстинки встала дыбом, будто меня ударило током. В тот самый момент, как только он материализовался за моей спиной, пришло знание — это именно Он. Я стиснула зубы, стараясь не дрожать. В голове оглушающим набатом звучала его последняя фраза. Но я помнила, все помнила. Память больше не вязла в мутном мареве. И если это был лишь сон, то почему мне так страшно обернуться?

Плита дрогнула и медленно двинулась назад. Сердце отсчитывало ударами время. Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Легкий стук. Остановилась. Вот и моя остановка…

Я знала, Азазель смотрит на меня. Взгляд с каждой секундой давил все больше. Будто меня расплющивал по плите огромный камень. Из-за охватившей паники мысли сбивались и путались. Собственная реакция на появления Азазеля пугала. Я пыталась найти логичное объяснение, но понимала, что она ненормальна. Если только… Сон был не совсем сном.

Я с усилием сглотнула нервный комок в горле. Во рту мигом пересохло. Дрожать начал уже и хвост.

Нет, Вика, успокойся. Даже если он видел истинную человеческую форму, то сейчас я в теле кошки, и по каким-то причинам он хочет, чтобы я продолжала ею притворяться. Значит, нужно принять эту игру и не выдать себя. А для этого возьми себя в руки, вернее лапы, и посмотри на него. Прямо сейчас. Давай.

Зажмурившись как перед прыжком в бездну, я тихо вздохнула, открыла глаза и осторожно обернулась.