Его любимая снегурочка

Глава 6.

Милена

Я выскочила буквально на пятнадцать минут, чтобы купить лекарства в ближайшей аптеке, а тут крестный отец Максима Матвеева. Напугал меня. Я через парк пошла, потому что так короче. Но здесь такая себе местность.

От него, значит, букет.

Мне выходит не показалось… Он еще в первую нашу встречу так странно на меня посмотрел. Он и сейчас так смотрит. Плотоядно. И, похоже, не контролирует это совсем.

Легкую добычу во мне увидел?..

— Вы прислали?.. — зачем-то переспрашиваю.

— Давай на «ты».

— Ладно, — отступаю еще немного назад, а то он незаметно все ближе и ближе подбирается. Думает не замечаю? — И зачем ты прислал мне букет?

— Захотелось, — выдает хриплым голосом банальное.

— Он красивый, но... не стоило.

А я вчера весь вечер гадала, от кого они могли быть...

— Это тебе не стоило приплетать парня, которого не существует, — с едва уловимой издевкой. — Чего ты хотела этим добиться? Думаешь, я пристаю к тебе? Защититься так пыталась?

— А ты не пристаешь?

— Ну чуть-чуть, — хмыкает с усмешкой и показывает двумя пальцами насколько чуть-чуть.

Я сдерживаюсь, подавляю улыбку. И не смешно это вовсе. Мне это вообще не нужно — тратить свое время на такого, как он.

— Не нужно, — поджимаю губы. — Мне это неинтересно. Совсем.

— Что неинтересно?

— Внимание от такого… как ты.

Кусаю нижнюю губу до боли. Похоже, я лишнее взболтнула. Не так надо было сказать.

— Как я? — шагает ко мне угрожающей походкой, от чего у меня даже слегка дыхание перехватывает. — И какой я?..

— Я не…

— Нет, ты говори, — решительно продолжает наступать.

Мне есть, что сказать, но я воздержусь.

— Извини, но мне некогда с тобой болтать. Я к отцу спешу.

— Давай тогда провожу, — и направляется мимо меня, в сторону, в которую я шла.

— Не надо. Я в том доме живу, — показываю пальцем на здание. — Совсем рядом.

— Все равно. Пошли, — и идет.

— Да не надо меня провожать, — догоняю его. — Я этого не просила и не хочу! — возмущаюсь.

— Да я просто рядом иду, — засовывает руки в карманы распахнутой куртки. Сам без шапки, будто на улице май месяц. — Считай, что меня нет рядом, если хочешь. Ну или можем поболтать.

— О чем? О том, как ты зря тратишь со мной время?

На что он усмехается, бросая на меня короткий взгляд.

— О твоей работе.

— А что моя работа?

— Любишь детей, да?

Очень люблю. Своих у меня нет, но меня всегда тянуло к детям. Помогать им, заниматься ими. Я душой отдыхаю, когда нахожусь среди детей, которые любят и принимают меня.

— Люблю.

— Я тоже, — говорит он не думая. — Ну, в смысле нормально к ним отношусь, — поправляет себя. — У меня пока нет детей, — на что я отмалчиваюсь, смотря в сторону своей многоэтажки. — К отцу спешишь, ты говорила. Живешь с ним?

— Да, — сухо и коротко. Я специально делаю из себя отвратительную собеседницу. Так ему скорее надоест и он бросит то, что он там задумал.

Не до парней мне сейчас. Не до интрижек. Сейчас я всецело рядом с отцом, с его недугом и с надеждой, что мы вместе со всем справимся.

— Куда ты так летишь? — замечает, что я ускорила шаг.

— Я только что из аптеки. Мне отцу это надо принести.

— Заболел?

— Давно уже болеет, — вздыхаю.

— Что-то серьезное?

Слово «серьезно» тут даже не совсем подходит. Он умирает. Возможно… умрет. Но есть шанс, что выкарабкается. День операции уже назначен, но до него не так близко. Сейчас главное, чтобы его опухоль не прогрессировала быстрее, чем спрогнозировали врачи. Это все очень непредсказуемо. Еще его сахарный диабет все усугубляет.

— Что молчишь, Милена?

— Что?.. — замедляюсь. — Ты знаешь, как меня зовут?

— Максим сказал. Как бы я тебе тогда цветы отправил?

— А, Максим… — облегченно выдыхаю, вспоминая лицо мальчишки.

— Я Костя, кстати.

Константин… Красивое имя. Ему подходит. Интересно, что он подумал, когда узнал о моем имени. Слишком приторное, как по мне.

— Очень приятно… — воспитание такое мое, иначе не могу.

— И мне.

Еще немного, и мы оказываемся у моего подъезда, чему я очень рада. Достаю ключи из кармана пальто.

— Спасибо, что проводил, — встаю к нему лицом. — И за букет спасибо. Не знаю, что он значил, но все, что могу тебе за него предложить — свое спасибо.