Его любимая снегурочка

Глава 8.

Милена

Спустя выходные

Последние сутки стали для меня самыми кошмарными в моей жизни. Я не знала, что могу испытывать такие чувства, не знала, что так может болеть не тело, а душа. На разрыв.

Я чуть не потеряла все. В один миг.

Нет, такое я не переживу… Да, знаю, когда-нибудь придется через это пройти. Все проходят. Но не сейчас! Сейчас я не готова.

Папе резко стало хуже. Всю субботу бегал по квартире, до мелких дел в квартире добрался, а в воскресенье просто слег. Я нашла его без сознания. Пришлось экстренно везти его в больницу, а там меня долго отчитывали за то, что не слежу за отцом. Но разве я могу контролировать его каждую секунду? Ему стало легче, вот он и забегал. Устал лежать.

Слова лечащего врача прозвучали как приговор. Опухоль развивается быстрее, чем они ожидали. Однако из-за этого операцию не проведут быстрее. Есть дата. Очередь. Мы не одни такие. Но весь ужас в том, что еще немного и он станет неоперабельным. А это значит, что конец всему. Да, есть всякие терапии, но в его случае этот шанс будет настолько ничтожен, что и пытаться не стоит.

Сейчас отец в больнице, под капельницей, а я на работе вываливаю все это на лучшую подругу под конец рабочего дня.

— Все будет хорошо, — в седьмой уже, кажется, раз звучит от Василисы. — Он выдержит. Сделают операцию и…

— Я не могу просто сидеть и надеяться, — тру лицо ладонями, на котором нет косметики. Пришлось умыться. Дважды сбегала от детей, чтобы пореветь немного в раздевалке.

Скоро домой, а я не хочу. Некуда мне спешить. Некого кормить и не о ком заботиться. Я опустошена. Не могу себе и одной позитивной мысли позволить.

— Тебе надо подмениться и хорошенько выспаться, Мил. Тебе не откажут. Сон поможет. И даже не думай ехать к отцу в больницу сейчас. Тебя все равно к нему не пустят, а если и пустят, то ты только накрутишь себя.

— Я поеду. Хочу убедиться, что он... жив.

— Да тебе же сразу позвонят, если что не так.

— Вась… — убираю руку подруги с плеча. — Да, ты права, мне стоит взять отгул. Не хочу, чтобы ребята видели меня такой. Мне надо, — шмыгаю носом, — перезагрузиться. Но к отцу я все-таки заеду.

— Ладно. Езжай тогда прямо сейчас. Я сама наведу здесь порядок.

— Спасибо, Вась, — поднимаюсь со стула и плетусь в раздевалку.

Одеваюсь и отправляюсь на улицу. Возможно, еще не так поздно и мне разрешат к нему заглянуть. В любом случае я прорвусь.

Ух, буран какой. Погода совсем с ума сошла. Столько осадков с начала зимы. Не припомню, когда в последний раз так было.

— Эй, снегурка!

Вздрагиваю и чуть не поскальзываюсь. Снова этот тип в татуировках. Настойчивый. Наглый.

— А… Опять ты, — равнодушно.

— Я давно уже тебя жду, — оно и видно, весь в снегу. — Замерз, — угу, а куртка нараспашку. — Так что не смей мне отказывать. За тобой приехал.

Его наглости нет предела.

— Вот как приехал, так и уезжай, — фыркаю и стучу мимо него каблуками, опасливо оглядываясь. Такой и схватить может. — Оставь меня уже, наконец, в покое. Спать я с тобой не буду.

— А после свадьбы?

Непроизвольно торможу и пытаюсь осмыслить его последние слова.

Он всерьез собрался со мной играть в такие игры? Да что он за человек такой?!

— После чего? — медленно оборачиваюсь.

Прежде чем что-то сказать, парень подходит ко мне очень близко. Выдерживает драматическую паузу, во время которой я смотрю по сторонам. Никого как назло.

Черт, у меня нет времени слушать его бред. Мне к отцу надо успеть.

— Ты слышала.

— Чушь какую-то слышала. Полагала, что она мне послышалась.

— Ты не ослышалась. И это не чушь, — хмыкает. — Можем поговорить об этом позже. Вижу, у тебя что-то случилось. Ты плакала? — спрашивает вдруг серьезно, так внезапно переводя тему.

Слезы снова предательски прорываются после его вопроса.

— Да, я плакала. Но тебя это не касается, — сдавленно. Отстраняюсь немного назад, всем видом показывая, что мне не нравится его допрос. Властность в каждом его слове и движении, несмотря на то, что я ему ничем не обязана.

— Расскажи, что случилось, — тактично. — Что за проблема?

— Нет никаких проблем. Это не проблема. Это… — всхлипываю, — не твое дело! — передумала говорить. — Оставь в покое, говорю. Как мне еще тебе сказать, чтобы достучаться?

Срываюсь к дороге, но парень перехватывает меня. Не за локоть, а за плечи хватает, потом и за талию, когда я начинаю сопротивляться. Приподнимает с земли, прижимая к себе. И просто вот так держит! Словно ждет, когда я успокоюсь.

— Да не трогай ты меня! Поставь! Поставь на место!

Ставит, и я отскакиваю от этого ненормального. Неужели желание провести со мной время настолько велико?