Его (не) родная семья

Глава 8

– Что вы делаете? – возмущенно спрашиваю я.

– Ай! – испуганно вскрикивает она, и круто разворачивается, вжимаясь спиной в стеллаж.

У нее такой же перепуганный и шокированный вид, как и у меня. На ней шикарный серый костюм с ультракороткой юбкой, и туфли на высоченной шпильке.

– Камилла?! – шипит она, как кобра, как только едва переводит дух. – Вы… Вы что здесь…

Взгляд скользит по мокрым волосам и халату, глаза округляются.

– На вас халат Олега! – она бешено смотрит мне в глаза, но вместе с тем в них настоящий, животный ужас. Я ведь не настолько страшная? Или ее так перепугало то, что я застукала ее на месте преступления?

– Вы его любовница! Я так и знала! – злится она. – Все это время вы с Олегом водили меня за нос! Естественно, как бы еще он взял на это место такую дуру!

– Это я еще должна оправдываться? После того, как застукала вас практически за кражей? Охрана! – кричу я, и тороплюсь к дверям.

Мало того, ее здесь не должно быть, вообще-то Олег с ней вчера расстался! Дверь распахивается в тот момент, когда я почти жму тревожную кнопку.

Охранник стоял на дверях с той стороны.

– Почему ее пропустили?

Несмотря на мой вид: в халате, и выгляжу как намокшая кошка, охранник воспринимает меня полноправной хозяйкой.

– Прошу прощения, она показала разрешение от Давыдова, у нее были ключи и пакет документов. Олег Владимирович предупредил, что подъедет курьер и передаст вам документы.

– Это не курьер! Она пыталась открыть сейф!

Юля выскакивает из квартиры и быстро сбегает по лестнице, что для дамы ее статуса, которой полагается передвигаться медленно и чинно, еще и на каблуках, просто смешно.

– Сейчас задержим, – говорит охранник.

Быстро прикинув, что шума будет много и об этом узнает персонал ЖК и соседи – еще чего не хватало, качаю головой.

– Не стоит. Олег Владимирович знает, кто она и где ее искать. Покажите пропуск, что у нее был.

Он протягивает карту.

– Алла Краскина, – вздыхаю я. – Это не она. Наверное, отобрала документы и пропуск, когда услышала, что Давыдов послал курьера. Будьте внимательнее! Сообщите об инциденте Олегу Владимировичу. Интересно, что она искала…

Я направляюсь в кабинет.

Да, пакет документов лежит на столе, небрежно брошенный. В столе не рылись, везде идеальный порядок. Она пришла за чем-то именно в сейфе. Что ж, что там знает только Давыдов. Деньги, важные документы, украшения. Обиженная женщина может решиться на многое.

В этом и моя вина. Не только охраны. Если бы я не мылась – она бы не проскользнула. Нужно было предупредить охрану, что иду в душ. Олег послал курьера только потому, что знал: я дома и приму ее.

Чувствую, за прокол сегодня всем влетит. Зато как приятно было видеть, как эта перепуганная курица убегает. И действовала я так решительно, что даже от себя не ожидала.

Быстро привожу себя в порядок и надеваю рабочую одежду. Немного досадно, что про нас с Олегом теперь пойдут на работе слухи. Нисколько не сомневаюсь, что Юля постарается сделать для этого все. И ведь не объяснишь, что все совсем не так, как выглядит… Беспочвенные слухи такого содержания – всегда обидно.

Нужно разобраться с документами, позаботиться об ужине для босса и заняться встречами.

В пакете оказываются личные дела сотрудников и, неожиданно, правления. Обращаю внимание, что здесь только Сергей, двое, что голосовали против Олега и двое, вовремя сбежавших за границу, когда запахло жареным. Дела Анжелики и некоторых подчиненных глав отделов. На Виктора, который спал и видел, как бы поскорей оказаться в кресле босса.

Только тех, кому было выгодно, чтобы Давыдов ушел. Ну, он сегодня наведет там шороха.

Значит, будет изучать. Искать того, кто открыл охоту на нас – получается, уже на нас, раз я тоже пострадала.

– Хорошо, – сажусь за ноутбук, чтобы «раскидать» встречи по свободным датам, когда звонит телефон. – Камилла Андреева.

Отвечаю, не взглянув на экран. В рабочее время это и не важно.

– Что ты творишь?! – шипит в трубке знакомый голос, который я начинаю забывать.

– Игорь? – морщусь я.

– Ты натравила на меня опеку! – орет он. – Ко мне сегодня приходили тетки, составили протокол! За то… За то что я плохо исполняю свои обязанности якобы!

В голосе столько возмущения, что он захлебывается. Вспоминаю Сеньку, которым ни он, ни бабушка не хотели заниматься и Сенькину маму, и мне совершенно не жаль бывшего мужа.

Но сам факт настораживает. Вспоминаю слова шантажиста. Он начал действовать в моих интересах, как и обещал. По спине бегут мурашки. Мало того, начал – сразу пошел с козырей. Значит, наш договор действует и меня ни в чем не заподозрили, как я боялась. Но откуда тогда голуби?

– Будь ты проклята! – беснуется муж. – Устроилась там в Москве и думаешь, все можно! Ты мне так мстишь, да? Права была мама, змею на груди пригрели!..

Последние слова вызывают горячую ярость, которую я от себя не ожидала. По натуре я не вспыльчивая, но спокойной с таким мужем и свекровью остаться невозможно.

Пригрели они меня! Да еще на груди! Благодетели!

– И зачем ты мне позвонил? Поделиться своими бедами? – рычу я. – Жалеть я тебя не собираюсь!

Сбрасываю звонок и вношу номер в блок. Туда отсылаю и свекровь на случай, если она решит почитать мне мораль.

Все еще соплю от гнева, прижимаю пальцы к вискам. После звонка разболелась голова и трудно сосредоточиться на работе, так он меня вывел.

Затем вспоминаю про опеку.

Судя по всему, у меня действительно будут шансы получить сына. Да, я ему не мать, но если ребенка заберут, то кто знает, может, мне удастся оформить документы на опеку или усыновление? Сенька меня знает, любит, считает мамой. Что-то для суда это же должно значить чисто по-человечески…

Конечно, мне помогут только в том случае, если я буду делать все, что они хотят. Но после того, как получу желаемое и должным образом оформлю документы, смогу послать этого шантажиста куда подальше. Ребенка уже не отберут. С Давыдовым обо всем договорились. И все равно сердце не на месте. Меня терзает страх.