Его нелюбимая

Глава 2

Как и планировала я приехала домой раньше Руслана. Достала из шкафа дорожную сумку, собрала свои вещи. Пока ходила по квартире, всё время всхлипывала. Сомневалась, что правильно поступаю. Он предлагал поговорить вечером. Но о чём? Ничего нового я не услышу.

“Между нами давно ничего нет. Этот поцелуй ничего не значит”, – услышала я впервые три месяца назад, со свадьбы тогда прошло совсем немного. Мы пришли в гости к родителям Руслана, там был брат с женой. Я их случайно увидела вдвоём, прогуливались по саду, а затем завернули за угол и зашли в летний домик.

Лучше бы я этого не видела. Не знала никогда!

Амина – первая любовь Руса, это я поняла чуть позже. Первая и болезненная. Длилась уже много лет.

Любила ли когда-нибудь эта женщина Руслана? Не знаю, мне это было как-то всё равно. Главное, что Руслан не любил меня, точнее, не любил так, как я того хотела.

Перед самым выходом села в спальне на кровать, рукой провела по покрывалу серебристого цвета. Вспомнила, как этим утром перед универом мы успели заняться сексом на этой самой кровати, каким нежным и страстным одновременно был муж.

Обида нахлынула удушливой волной.

“Выходи за меня замуж”, – предложил Руслан полгода назад, а я сперва не поверила, думала, он шутит. Ну, поцеловались мы пару раз и сразу замуж? Тогда в моей голове не укладывалось, что Агаев реально хотел на мне жениться.

“Ты шутишь, наверное?”, – ответила я смеясь.

“Я серьёзно, Саша. Ты хорошая, милая девушка. Нравишься мне очень”, – выглядел Руслан действительно серьёзно, без тени улыбки на лице.

“Руслан Галибович, точнее, Руслан… Я очень благодарна за всё, что ты для меня делаешь. Но жениться – это слишком. Я тебе жизнь испорчу”, – пыталась его отговорить, потому что почувствовала к себе жалость. Ведь спустя месяц после смерти дедушки меня сбила машина, перелом большеберцовой кости, долго была в гипсе, но кость не срасталась. Ступать на ногу было адски больно, я почти всё время лежала на кровати. И тогда однажды в моей жизни появился Руслан, пришёл домой к бабушке и заявил, что договорился в одной хорошей клинике провести мне обследование. Я хотела отказаться, взыграла гордость, но бабушка отговорила. Меня обследовали, сделали сложную операцию – нарастили кость в том месте, где она была раздроблена на кусочки и не подлежала восстановлению, также нарастили искусственные сухожилия. Месяц провалялась в больнице, затем три месяца долгой реабилитации и это всё оплачивал Руслан. Как он тогда сказал, мой покойный дедушка многое для него сделал, он обязан ему до конца своих дней.

“Почему ты мне испортишь жизнь?”, – удивился Руслан.

“Ну как же? Я почти инвалидка. Мне теперь всю жизнь по больницам”

“Ты будешь ходить на своих двух ногах. Обещаю. Никакая ты не инвалидка, Саша, не выдумывай”, – пообещал и сделал. Мне пришлось пережить ещё одну операцию, чтоб вытянуть болты из ноги, когда срослась кость. И пройти курс реабилитации. Я действительно пошла на своих двух, сначала с палочкой, затем – потихоньку без опоры.

Руслан всё это время был рядом, поддерживал меня, помогал с универом. И в один момент я действительно подумала, что он в меня влюбился, что не из жалости носится с внучкой своего покойного учителя и наставника. Мой дедушка был профессором, доктор юридических наук, воспитал и научил очень многих людей, сделав из них настоящих профессионалов. Руслан оказался любимым учеником дедушки. Дед был его руководитель по дипломной работе, затем помог с первой диссертацией, и по жизни они стали вместе шагать, работая в одном университете.

***

– Ба, привет.

– Сашенька? А ты чего с сумкой? – удивилась бабушка, кивнув на дорожную сумку, ручки которой были зажаты в моей руке.

Я натянуто улыбнулась. Ну не разговаривать же посреди коридора, когда за моей спиной открытая дверь.

– Можно, я пройду и тебе всё объясню?

– Ах да… Ну, конечно, внученька. Конечно, проходи.

Бабушка засуетилась, поспешила забрать у меня дорожную сумку и отнести её вглубь квартиры.

Я сняла обувь, скинула с плеч рюкзак. Огляделась. Родные стены, в этой квартире я прожила последние шесть лет после того, как похоронили маму. Не выдержав горя и оставшись вдовцом, отец сильно запил, а я переехала жить к дедушке и бабушке. Они стали моей опорой и поддержкой, ведь отец почти не просыхал от алкоголя, ему не до меня. А я четырнадцатилетняя девчонка, очень трудный и ранимый возраст.

Бабушка поставила чайник, в кухне накрыла стол и позвала меня. Может, она что-то и подозревала неладное, но виду не подавала. Ждала, когда я сама обо всём расскажу.

– Ещё чайку, Саш? – бабушка погладила меня по руке своей морщинистой рукой, устало улыбнулась.

– Нет, спасибо. Больше не хочется, – взглянула на настенные часы за спиной бабушки. Скоро Рус домой придёт, не застанет меня и начнёт звонить на мобильный. – Бабушка, можно я у тебя пока поживу?

Бабушка нахмурилась.

– Внученька, что случилось? Поругались с мужем? – всё-таки спросила бабушка.

Я отвела взгляд в сторону, не хотела показывать, как мне больно говорить о Руслане. Но разговор был неизбежен, как ни крути.

– Поругались. Я ушла из дома и прошу разрешения пожить у тебя, – без подробностей и в общих чертах.

– А Руслан в курсе, что ты ушла из дома?

Качнула головой. И бабушка тяжело вздохнула.

– Ах, Сашенька…

– Ба, не надо. Я всё знаю сама. Пустишь к себе пожить или нет?

– Конечно, Саш. Можешь даже не спрашивать, это твой дом. Живи сколько хочешь, только мужу нужно было сказать, что ты уходишь. Он же волноваться будет, кинется тебя искать.

Я ухмыльнулась. Да, волноваться будет. Это впервые, когда я ушла из дома после ссоры с Русланом. Но бабушка зря переживает, муж знает, где меня искать.

***

Читала конспект лекций, которые сегодня благополучно не слушала, потому что была занята личной драмой. Поджав под себя ноги, сидела на диванчике в гостиной. Бабушка приняла таблетку от повышенного давления, закрылась у себя в комнате.