Его нелюбимая

Глава 5

Крутилась перед зеркалом, осматривая себя с головы до ног, как подошёл Руслан и остановился за моей спиной. Взглядом задумчивым прошёлся от макушки до пят. Отчего с моих губ тут же сползла улыбка.

– Ты очень красивая в этом платье, Саша, – Руслан приблизился, а я не сразу заметила узкую и длинную коробочку из бархата в его руках. – Но кое-чего не хватает.

Я замерла, наблюдая за Агаевым через отражение зеркала. Муж открыл коробку, достал оттуда дорогое украшение – подвеску из платины с большим камнем синего цвета.

Собрал волосы на моём затылке, перекинул на одно плечо.

– С этим сапфиром ещё красивее, – застегнул застёжку на украшении, обеими руками обнял меня за плечи, губами прижался к затылку. – Это мой подарок тебе, пусть он радует твои глаза, как ты радуешь мои.

– Не стоило, Руслан Галибович.

– Руслан Галибович? – усмехнулся муж. – Ах, Саша… твоё упрямство уже ни в какие ворота не лезет, хватит воевать со мной как с врагом. Давай уже мириться.

– Не могу, – приложила руку к ключице, почувствовав, как противный ком подкатил к горлу. – Я…

Слова так и остались не высказанными. Момент оказался для меня слишком острым, тот случай, когда в голове сумбур, мыслей много, но сказать по факту ничего не можешь, потому что уже как бы всё сказала раньше.

– Я всё понимаю, не говори. Но мы справимся вместе, – пообещал Руслан.

Перевела взгляд на часы, что виднелись в зеркальном отражении на стене.

– Нужно уже выходить, если не хотим опоздать.

Рус кивнул, не упустил возможности поцеловать меня в макушку.

Перед самым выходом окинула тоскливым взглядом супружескую спальню, повсюду мои вещи, словно я никуда и не уходила даже. Надо будет вернуться на выходных и собрать сумки, чтоб не осталось малейшего повода приезжать повторно.

Через полчаса мы уже въезжали во двор родительского дома Руслана. Я только взглянула на окна, на первом этаже, где горел свет, и сразу почувствовала, как меня начало потряхивать. Изображать, что у нас с мужем всё хорошо, когда в душе скребут кошки? Нет, к такому я оказалась неготовой.

Прошли в дом, Руслан заботливо помог снять полушубок и повесить его в шкаф. А затем опустился на корточки, пальцами ухватился за язычок молнии на сапоге и потянул вниз.

Именно за этой картиной застали нас родственники мужа, которые вышли встретить в коридор.

– Когда бы я ещё увидел Руслана на коленях, – усмехнулся старший брат Тимур, сверкнув в меня многозначительным взглядом.

– Добрый вечер, – отозвалась я, дождалась, когда муж расстегнёт второй сапог и спешно сунула ноги в гостевые тапочки.

– Здравствуй, Александра, – поприветствовала свекровь и я подошла к женщине, чтоб обнять её и поцеловать в щеку, как заведено в доме у Агаевых.

Тяжелее всего оказалось встретиться взглядом с Аминой, она тоже была в коридоре, стояла в самом дальнем углу. Руки держала перед собой, перебирала пальцами, скрещенными в замок. Как мне показалось, она волновалась в этот момент, но тщательно прятала настоящие эмоции за фальшивой улыбкой.

Руслан поздоровался с братом рукопожатием, похлопал по плечу:

– Что-то ты всё худеешь и худеешь. Не заболел, случайно? – услышала шёпот Агаева.

– Всё нормально, – ответил Тимур, а я посмотрела на мужчину и уловила в его словах ноту фальши.

Вряд ли нормально, ещё буквально в конце лета на нашей с Русланом свадьбе Тимур выглядел гораздо лучше. Высокий, крепкий и привлекательный мужчина. Сейчас же черты его лица немного заострены, а у кожи появился какой-то жёлтый оттенок.

Прошли в гостиную. Увидев нас, бабушка засияла улыбкой. Всё причитала, какие красивые цветы ей привёз любимый внучок, какой подарок хороший подарил. Ха! А она ведь даже не открыла коробку, обёрнутую в дизайнерскую бумагу. Просто Руслан действительно её любимчик, так с детства сложилось, как я поняла. Женщина надышаться им не могла, смотрела улыбчивым взглядом, не отводя глаз каждый раз, когда мы приходили в гости.

Позвали к столу. Рус галантно отодвинул для меня стул, сел рядом и, взяв мою руку в свою, положил к себе на колено. Я сразу почувствовала, что за нами наблюдает Амина, а потому приблизилась к мужу и тихо на ушко сказала:

– Если твоя невестка не перестанет так пялиться, то клянусь, я надену ей на голову вот эту утку, что в центре стола.

– Это гусь, милая. Не утка, – усмехаясь ответил Руслан гораздо громче, чем я хотела, приковав к нашей паре интерес родственников: – Какое блюдо тебе положить?

Сцепила зубы от злости. Рус такой любезный, что аж тошно. Хотя он всегда таким был, сколько помню. Просто из-за недавних событий я остро реагирую на любые попытки мужа сгладить углы.

За столом завязалась оживлённая беседа. Я почти не говорила, да и понимала ровно половину – они то на своём родном языке общались, то переходили на русский. И если поначалу ещё каких-то несколько месяцев назад я огорчалась, что ничего не понимаю, то теперь мне было всё равно. В мыслях я была не здесь и не сейчас, представляла себя на море, как хожу босыми ногами по горячему песку золотистого цвета и слушаю шум волн, как они подбираются к берегу и разбиваются об скалы.

– А как у тебя успехи, Сашенька? Всё хорошо в университете? – бабушка Руса переключилась на меня и мне даже неловко как-то стало, казалось, что вся семья сейчас ловит каждую мою эмоцию.

– Хорошо, готовлюсь к зимней сессии.

– Молодец, будешь ещё одной нашей гордостью, как Аминочка. Вот Амина выучилась, детишек родила, воспитала и теперь можно карьеру делать. Ты тоже доучишься в университете и поскорее роди мне правнучка, чтоб на Руслана был похож.

– Бабушка, мы так далеко не заглядываем, – тактично намекнул Рус, что обсуждать нашу личную жизнь за семейным столом – это уже слишком.

– А зря не заглядываете. Дело-то ваше, но Сашеньке будет легче родить, пока организм молодой. У Агаевых всегда рождались здоровые дети и побольше. Или у вас пока не получается? Если это так, то я тогда больше ничего не буду говорить. Помолюсь за вас. Пусть в следующем году родится ваш первенец. Иншаллах.