Его (не)любимая попаданка

25

Девушка застыла. Секунды тянулись, пока она пыталась решить, как поступить.

— Простите. Я... не должна была. Мне нужно побыть одной, — сказала она холодно, пока внутри всё кричало: «Не хочу это слышать!»

Леда поняла свою ошибку мгновенно, увидев, как девушка направилась к двери.

— Как брата, Валэри, — пояснила принцесса. — Между нами ничего не может быть. Только дружба.

Лэри остановилась, не оборачиваясь.

— Да, понимаю, Леда. Простите. Мне лучше вернуться в постель. — Она солгала, но голос звучал ровно. — Было глупо ослушаться Себастьяна и вставать раньше, чем он разрешил.

Девушка вышла, оставив принцессу одну в библиотеке. Прошла лишь половину коридора, прежде чем перед ней возник Себастьян.

— Ах, вот ты где. — Его голос звучал мягко, но в нём слышался металл.

Лэри невольно шагнула назад.

Господи, она так рассердилась на принцессу и её «люблю», что совсем забыла о раздражённом Себастьяне. Девушка точно знала, что её выходка его взбесила, но он не смел приказывать. Это, конечно, очень мило, что маркиз беспокоился о её здоровье, но она прекрасно могла позаботиться о себе сама!

— Знаешь, что я делаю с непослушными девочками? — спросил Себастьян наступая.

Лэри отпрянула, и упёрлась спиной в стену.

— Нет, — покачала головой, глядя ему в глаза.

Он был слишком близко. Пахло лимоном и кофе. Его разноцветные глаза — один фиолетовый, второй синий — смотрели спокойно, даже холодно. Себастьян не выглядел злым. Скорее, сосредоточенным.

Сердце грохотало в груди.

Себастьян наверняка слышал этот глухой стук. Его тёмная бровь изогнулась, и в следующий миг она уже была у него на плече, головой вниз. Только тогда Лэри ощутила настоящее возмущение. С ней нельзя так поступать!

Лэри попыталась сопротивляться, но хватка мужчины была железной.

— Что вы творите?! — воскликнула она, колотя кулачками по его спине. — Пустите! Нельзя так обращаться с леди!

— С леди нельзя, — согласился он. — Но вы, Лэри, не леди. Я просто несу вас в постель.

— В чью постель?! — фыркнула она, извиваясь.

— В вашу, конечно. — Себастьян усмехнулся про себя: «Хотя моя подошла бы лучше. По крайней мере, я был бы уверен, что ты не встанешь ближайшую неделю...» Но вслух, конечно же, этого не сказал.

Лэри заёрзала сильнее, теперь уже вымещая злость и на него, и на весь свет.

— Опустите! Я сама дойду!

— В этом-то и проблема, — отозвался Себастьян.

Он не злился. Ну, разве что чуть-чуть. Когда у этой милой разбойницы не получилось выскользнуть из его хватки, она вдруг заговорила — и так, что у маркиза уши слегка покраснели. Лэри выражалась совсем не как леди, а как бывалый солдат.

«Рюз, да где она только нахваталась такого?» — удивился он, и даже пару раз тряхнул её, в надежде сбить словесный шквал. Безрезультатно. Лэри разошлась ещё пуще.

— Лэри, леди такого не говорят! — хмыкнул он. Губы сами тянулись в усмешку: за весь монолог она ни разу не повторилась.

— А я и не леди! — огрызнулась она. — Значит, мне всё можно!

Себастьян тяжело вздохнул и ногой распахнул дверь её покоев. Дошёл до кровати и бросил её небрежно и весьма решительно, от чего пшеничные волосы, теряя последние шпильки, рассыпались по подушке.

Лэри застыла, вглядываясь в голубой балдахин.

На секунду Себастьян испугался, что был слишком груб. Он наклонился над ней, ловя взгляд аквамариновых глаз, где собралась вся ярость мира.

«Пусть лучше злится, чем плачет», — подумал маркиз и отступил, невольно скрестив руки на груди. Выдохнул. Ему стало легче — на щеках Лэри вспыхивал розовый румянец, а не мертвенная бледность, как за завтраком.

Следом раздался новый поток ругательств. Лэри резко села. От её идеальной причёски не осталось и следа. Она была похожа на взлохмаченную пичужку.

— Ты ещё не поправилась. Тебе нужно лежать, — голос Себастьяна звучал твёрдо, но в нём явственно слышалась забота. Он казался неуместно нежным после того, как бросил её на кровать.

Ответа не последовало. Вместо него в маркиза полетела подушка.

— Лэри! — рявкнул он. — Прекратите это ребячество! Леди себя так…

— Не ведут! — перебила она, швыряя подушки одну за другой.

Риваари увернулся от каждой.

— Но я не леди! Забыли? — зло выдохнула Лэри, подыскивая, чем бы ещё кинуться, потому что подушки вдруг закончились. — И значит, — едко добавила она. — Я. Буду. Себя. Вести. Как хочу. — Рука потянулась к узкой лазурной вазе. — Вы не имеете права так обращаться со мной! Я не ваша собственность!

Маркиз вскинул бровь, и на его лице мелькнуло недоумение, будто он пытался вспомнить, говорил ли ей вообще что-то подобное.

— Я говорил, что вы не леди? — переспросил Себастьян. — Хм... Возможно, ошибся, — добавил он, улыбнувшись одними уголками губ. — Вы маленький воин.