Его одержимость. Время вспять

Глава 23. Острый разговор

Кассарион не стал искать Джудит у подруг, рыскать по школе, или караулить ее на пороге собственного дома номер один. Или два, он уже и сам не знал. Сколько он себя помнил, Джу всегда жила, разрываясь между Кэролайн и Даркморами. Парень частенько скучал, когда она уходила на несколько ночей к своей бабушке.

Вся косметика и остальные «примочки» находились у Даркморов, так что Касс отправился прямиком домой. Прихорашиваться Джудит будет здесь, и, казалось бы, ничего не стоило подождать пару часов, пока она не придет домой, но это время Кассарион провел, словно на иголках.

К восьми вечера, лежа у себя в спальне и устав рассматривать потолок, он невольно задремал. Ему снился отвратительный сон на грани реальности. В тревожном забытье Джудит танцевала на выпускном, не с ним… он лишь наблюдал, как она кружится в вальсе с Мартином, а потом целует его.

Ее первый поцелуй. Она отдала его врагу, между тем как Касс всеми силами старался сохранить его для себя.

Проснулся он в внезапно, чувствуя, как быстро бьется сердце. Холодный пот выступил на лбу, и, казалось, его лихорадило от волнения.

Где-то на этаже хлопнула дверь — наверняка, в свою комнату вошла Джудит. Родители находились на работе, расследуя очередное планетарное преступление. Тварей на Омеге хватало, а, учитывая, что экологи усиленно охраняли заповедную планету от внешнего вмешательства, приходилось им нелегко. В такие дни дома было практически пусто, разве что Глэдис возилась с Астер, и ей в этом часто помогала Джудит, но сейчас она целиком и полностью была поглощена выпускным. Так что…

Кассарион вскочил с постели, поняв, что проспал ее возвращение. Не став ждать, он направился в ее комнату, ворвавшись туда, как обычно, без стука.

— Касс! — возмущенно воскликнула девушка, застигнутая врасплох.

За то время, пока он мучился в кошмарной дремоте, она успела примерить платье. Длинное, в пол, нежного темно-бордового цвета, с прозрачными кружевными рукавами.

Джудит только-только накрасилась и выглядела просто великолепно. На мгновение Кассарион замер, забыв, зачем вообще сюда пришел. Только через некоторое время кое-как отвис, заставив свой «обездвиженный» мозг шевелиться.

Все-таки он уже ворвался, уже испугал Джу, уже вызвал в ней праведный гнев и от разговора было не отвертеться. Ни ей, ни ему.

— Я хочу послушать, что ты мне скажешь, — сдержанно, но напряженно процедил Кассарион, даже не похвалив наряд для выпускного. Она и так знает, что красива, а своими словами он еще сильнее разбередит себе рану.

— Тебя стучаться не учили, молодой человек? — пробубнила Джудит, но как-то неуверенно.

Не получилось у нее взять назидательный тон, и злости тоже почему-то не чувствовалось. Не станет его строить? Знает, что провинилась, оттого и робкая такая.

— С каких это пор ты ругаешь меня за то, что я не постучался? Кажется, ты бросила это бесполезное занятие два года назад.

— А если бы я была не одета? — Джудит закрутила помаду, поставила ее на косметический столик и еще раз взглянула себя в зеркало.

Несмотря на робость, она собрала волю в кулак, готовая к бою под названием «отстоять свое» перед одним очень упрямым и своенравным парнем.

— Когда не одета, ты обычно закрываешься. Мне кажется, можно уже научиться…

— Знаешь, Касс, мы долго дружим. И за эти годы ты почему-то решил, что я должна делать все с оглядкой на тебя. Что ты почувствуешь, что скажешь, захочешь ли…

— Мне кажется, так и должно быть. Разве нет?

— Может быть, я не знаю. Когда мы только познакомились, я взяла ответственность за малыша и до сих пор жила по этой программе. Подстраивалась под тебя. График своих встреч, планы, желания…

— Я давно уже не ребенок и прекрасно управляюсь со своей телепатией, — отрезал Кассарион, автоматически сняв перчатки с рук — пока Джудит не попросила. Она всегда просила, а он всегда снимал. — Если у меня возникают какие-то проблемы, я звоню тебе. Напрямую — даже не родителям. Но это было так давно… ты хоть помнишь, когда это было в последний раз?

— Месяца четыре назад.

— Я мог пережить хаотический приступ телепатии один, но рядом было много людей, поэтому у меня не было выбора.

— Ты думаешь, я тебя в чем-то обвиняю? — нахмурилась Джудит — и даже то, как она хмурится, было очаровательно, с досадой заметил Кассарион. — У меня и в мыслях не было попрекать тебя своей помощью. Я просто хочу сказать…

— Что много делаешь для меня в ущерб своим желаниям, и тебе хочется немного пожить для себя, — прервал ее Кассарион. Он был довольно резок сегодня. — Я не такой идиот, чтобы не понять, что ты хотела сказать.

— Ты всегда был сообразительным, — с облегчением выдохнула Джудит, откинув волнистую прядь с лица. Волосы она еще не успела убрать. — Ну, раз ты понимаешь, то должен согласиться. Хотя бы отчасти.

— То есть хочешь сказать, что это была игра в одни ворота? — поразился Кассарион. — Всю жизнь я делал то, что ты хочешь. Какое бы у тебя не появилось желание, или какая-нибудь сумасбродная прихоть — я все выполнял! А знаешь, иногда тебе в голову приходят совсем непростые вещи!