Его огонь горит для меня. Том 1

Глава третья, о пользе маски с малиной

Портал изнутри оказался хороводом из чернильно-лиловых вспышек. Они морочили, переливались, тускнели и ослепляли, стало совершенно непонятно, куда идти дальше. Я остановилась на месте, опустила взгляд на обнажённые ноги и подумала, что странно вот так стоять посреди нигде. А потом вдруг поняла, что воздуха нет.

Не дав себе ни секунды на панику, я шагнула вперёд, где, как мне показалось, маячило чуть более светлое пятно. Портал словно сопротивлялся, не хотел выпускать меня из красочных объятий. В любом случае без воздуха я долго не протянула бы, пришлось усилить нажим. А маги могли бы и предупредить, что нужно вдохнуть поглубже. Обязательно выскажу им своё «фи» на той стороне.

Сделав шаг, я прорвалась сквозь энергетическую пелену.

Другой мир встретил холодной комнатой без окон с металлическими стенами, полом и потолком. На меня сразу же накинули что-то наподобие лабораторного халата с пятью завязками по правую сторону. Вокруг сновали мужчины, женщин не было. Помещение походило на лабораторию или учебную аудиторию для испытаний, только помимо привычных колб, мензурок и спиртовок на полках лежали украшения и кристаллы разных размеров и видов.

На одной стене висели пучки засушенных бордовых трав с бирочками на верёвочках, даже чеснок и сплетённый косичкой лук нашлись, причём головки были разных видов, цветов и размеров. Окончательное умиление вызвали большие стеклянные банки с сушёными ягодами. Ближе к выходу стояла кушетка, застеленная чистым бельём. Я подошла к ней и села. Босые ноги на холодном полу быстро закоченели, а здоровье у меня не казённое, я его берегу.

Просторное помещение занимали металлические и каменные лабораторные столы, заваленные бумагами и разными предметами — от ювелирных украшений до поношенных башмаков. Обуви я уделила особое внимание, мысленно примерила некоторые экземляры на свою ногу, но размерчик был явно мужской, богатырский.

Все присутствующие — такие же высокие и черноволосые, как и те, кого я уже видела в нашем мире. Брюнеты были одеты в уже привычные мундиры и мантии тёмных оттенков. Обряженные в более светлые цвета руководители отдавали распоряжения и с нетерпением посматривали на магический зев посередине комнаты.

Мужчины оживлённо разговаривали на незнакомом языке. Кто-то перекладывал стопку балахонов типа моего на стол поближе к порталу, кто-то двигал металлическую лавку и стулья. Молодой парень подошёл ко мне, проверил зрачки, жестами попросил сделать несколько простых движений, попрыгать на месте и даже высунуть язык. Затем наложил большие пальцы мне на виски и успокаивающе улыбнулся, пробубнив что-то на непонятном наречии. Как же так? Шаритон прекрасно говорил по-русски, а эти — нет!

Тем временем мне стало жарко, в голове зашумело и захотелось отодвинуться от ставших неприятно горячими пальцев на висках. Но попытку к бегству пресекли в зародыше. Мой мучитель продолжил бубнить что-то на своём бесячем диалекте, пока я не стала его понимать.

— Вот так, всё хорошо, это магическое знание, язык — это огромный объём информации и энергии для передачи. Вон сколько сил ушло, вы впитываете магию, как губка. Обычно на это требуется гораздо меньше сил! Вам, конечно, нелегко сейчас приходится, да и голова может болеть, но это нормально. Зато вы уже с нами, вы нас уже понимаете. Ведь так?

Я моргнула утвердительно. На большее пока была не способна. Все силы уходили на то, чтобы решить: пытаться бороться с тошнотой или отблагодарить учителя, украсив его халат иноземным содержимым не первой свежести. Похмелье тоже встрепенулось внутри несчастного организма, напоминая, что в другой мир я принесла не только себя, но и последствия бурного вечера.

Словно почувствовав исходящую от меня биологическую угрозу, магический преподаватель иностранного убрал руки, отодвинулся и, сияя, начал инструктаж:

— Солнечного дня! В Альмендри́и два официальных языка — общий и аристократический. С помощью магии можно выучить только общий, аристократический потом освоите сами, если захотите. Вы сейчас подождите, мы встретим других девушек, а потом вам всем всё объясним.

— Здравствуйте. А куда они делись?

— Мы их ожидаем, вы — первая, — он постарался изобразить радушие, но я видела, что ему не терпелось присоединиться к рабочей суете вокруг портала.

— Да? Я заходила в портал последней.

Добродушное выражение исчезло с лица мага, а его взгляд стал пристальным.

— Из скольки?

— Из восьми или девяти, я не посчитала. Следом за мной должны были идти Шаритон и его команда.

— Не переживайте, — сказал он и рысцой убежал в сторону самой светлой мантии.

Суета мгновенно прекратилась, мундиры и мантии замерли, в комнате повисло напряжение. Все пялились на портал, и я тоже внесла свою лепту. В животе мучительно скручивалось узлом отвратительное предчувствие. Маша шла прямо передо мной, она должна была выйти раньше, разве нет? А Карина?

В момент наивысшего напряжения из портала вышел Шаритон, а за ним его люди. Шестнадцать мужчин. Судя по цвету мундира, немолодой маг занимал самое высокое положение в помещении, его китель был самым светлым.

Старший с принимающей стороны что-то затараторил, но слов я не разобрала. Это и есть аристократический? С каждой фразой Шаритон становился всё мрачнее, а говорящий теперь указывал на меня вполне себе неизящно, то есть пальцем. Шаритон отрывисто дал несколько команд, люди засуетились, но во всех их движениях сквозила какая-то обречённость. Ещё через несколько минут портал погас. Ни Карина, ни Маша, ни другие девушки из него так и не вышли. Меня откровенно мутило, но никто не интересовался моими проблемами, все занимались своими.