Его огонь горит для меня. Том 1

Глава шестая, о поединках и слюнявом поцелуе

Следующие три дня слились в один: я завтракала, иногда читала в библиотеке, пыталась откопать в себе магические способности и думала. После обеда недолго гуляла в холодном парке или просто лежала в комнате. На меня накатило глухое, беспробудное отчаяние, разбавить которое не могли ни Салли, ни книги. Никто обо мне не вспоминал, а я переживала своё горе и оплакивала наши с погибшими девочками судьбы. Смиряться помогало пение на концертах по вечерам.

Я отпевала себя, Карину, плохо знакомую Машу и остальных, оставшихся в моей памяти безымянными девушек. Я жалела всех и даже императора, ведь чем больше я о нём узнавала, тем сложнее становилось его ненавидеть.

Судьбу Эринара простой не назовёшь. Он слишком рано лишился матери. Не сближался ни с кем и старался держаться подальше от женщин, потому что причинял им боль. Потерял сначала одного брата, потом другого — и отца. Но я всё равно злилась на потенциального жениха. Тяжёлое детство — не оправдание плохим поступкам.

Я радовалась тому, что до свадьбы ещё целых четыре месяца, и с ужасом представляла первую брачную ночь.

И как огненный маг может быть настолько ледяным?

Подчиняющего заклинания я не ощущала, но сама мысль о нём давила тяжёлым грузом. И почему я не промолчала? Покорность не так уж тяжело изобразить, почему же я сначала делаю, а потом думаю? Или виной тому стресс и обрушившиеся на меня обстоятельства? Мне было и обидно, и стыдно одновременно. Я ненавидела императора за холодность и жестокость, но при этом понимала, что выставила себя в ужасном свете.

На третью ночь во мне что-то сломалось, и я поняла, что больше не могу плакать. Слёзы кончились.

Утром, как обычно, меня разбудила Салли. Она взахлёб восторгалась музыкой и повествовала в лицах, кому и как понравилось вчерашнее выступление. Мой голос был признан чарующим и достойным самой изысканной аудитории. Горничная с придыханием объявила, что сегодня наш «концерт» посетит батен Марро́н, главный управляющий дворца. Господина Марро́на Салли любила, он не давал своих работников в обиду и следил за тем, чтобы все хорошо питались и отдыхали. Персонал дворца был у него в подчинении уже более ста лет, а сам он являлся магом, пусть не самым сильным, зато опытным. Да, маги тут жили долго — чем больше сил, тем длиннее жизнь.

Все эти новости и подробности, вплоть до того, как обычно господин Маррон одевается и что предпочитает на завтрак, лились на меня как из рога изобилия. Любые попытки остановить словоразлив только усугубляли ситуацию, потому что после тридцати секунд молчания Салли взрывалась ещё более интенсивным речевым фонтаном.

Позавтракав, я направилась в библиотеку. Платье решила надеть не в местном стиле, а более привычного кроя, глухое трикотажное в пол с большим мягким бантом на талии и очень широкой юбкой с запа́хом. Цвет на этот раз выбрала светло-серый, выгодно оттеняющий волосы и глаза. Жаль, зелёная гамма недоступна Ованесу, нужно что-то решить с деньгами и заказать платья или блузки. Зелёный особенно подчёркивал цвет моих глаз и отлично смотрелся с рыжей копной волос.

Путь до библиотеки уже уверенно проделала сама и вымученно улыбнулась альтену Кораусу, когда зашла внутрь.

— Доброго утра, а есть что-то из учебников для начинающих магов? Желательно для самостоятельной работы.

— Солнечного утра, госпожа Алина. Только если вы пообещаете не практиковаться в стенах библиотеки. Вот вам блокнот и писчие принадлежности, выписывайте необходимое. Только магию свою практикуйте где-нибудь во дворе и подальше от людей. Либо же ищите себе преподавателя — Академия магии при дворце есть, учителя имеются.

— Спасибо большое за совет! Я для начала попробую сама.

Я взяла несколько рекомендованных книг, спряталась ото всех в облюбованном укромном местечке и погрузилась в мир магии. На первый взгляд всё казалось просто. Одним из азов считалось ощущение своей магии, её типа. Предполагалось, что у мага есть определённая склонность, проявляющаяся, как правило, в раннем детстве. В подростковом возрасте эта склонность оформлялась в полноценный магический дар. Чем сильнее способности, тем раньше просыпался дар.

Считалось, что все люди разные, и магия, как голос, у каждого своя. Заставить её звучать громче — первоочередная задача, но для начала нужно «услышать» её внутри себя. Разные воздушники управляют стихией по-разному: кому-то доступны смерчи, кому-то — нагревание воздуха, а кому-то — телекинез и левитация.

Большинство обладало способностями сразу к нескольким видам магии, и только очень сильный дар не терпел примесей. Всего выделяли шесть Основных стихий: Очищающий Свет, Абсолютная Тьма, Истинный Огонь, Живительная Вода, Первородная Земля и Изначальный Воздух.

Целительство, к примеру — это Свет и Вода. Чем больше видов магии доступно колдуну, тем он слабее, но при этом универсальные маги, владеющие всеми стихиями сразу, ценятся очень высоко, особенно в быту. К Основе способны обращаться только самые сильные колдуны, таких единицы, и это, как правило, мужчины. У женщин обычно бывает несколько видов магии.

Не знаю, как подростки в этом мире, а я за собой никаких особенностей или способностей не чувствовала. Огонь Эринара мне подчинился, когда я пыталась согреться, а высшую речь я стала понимать, когда очень сильно этого захотела. Единственное, что связывало оба случая — дикое желание, вернее, даже потребность. Но такого понятия, как магия потребностей, в книге не было. Кроме того, создавать артефакт я не хотела и не планировала. В тот момент необходимость согреться стала жизненно важной, ибо замёрзла я дико. Магия нужды, не иначе.