Его подадут на десерт

Его подадут на десерт Часть 1. Одна частная клиника

У Матвея денег не было от слова совсем. Их не было настолько долго, что он уже даже стал забывать хруст купюр в слегка вспотевшей ладони и бряканье монет в дырявом кармане.

На работу его не брали, платить за комнату было нечем. Проснувшись под утро в последний день месяца, он, как обычно, увидел на двери записку от владельца квартиры. Тот ждал оплаты или советовал выметаться ко всем чертям. Дождавшись, когда угрюмый старик скроется в ванной, парень тихонько выскочил на лестницу, прикрыв за собой дверь. Точно зная, что владелец будет ждать его возвращения и Матвею придётся объясняться за своё поведение. Но его это не очень-то и волновало: оказаться на улице летом было не так страшно, как зимой.

Спустившись вниз, он нашёл маленький ларёк на углу и на последние деньги купил себе самую дешёвую шаурму. Она выглядела жутко невкусной, но умереть с голоду — та ещё перспектива. Удобно устроившись на ближайшей автобусной остановке, парень, делая вид, что ожидает транспорт, тем временем в несколько укусов проглотил свой завтрак, совершенно не почувствовав вкуса.

Если хозяин вечером его выставит, идти ему будет некуда. Родители его умерли, когда парню не было ещё и пяти, а других родственников у него не было. Просто ещё один детдомовец, живущий на выручку от сдачи волос, крови и спермы. Для первого его короткие волосёшки ещё недостаточно отросли, для второго прошло недостаточно времени, а про третье и говорить было нечего. Ведь чтобы выделять достаточное количество семени, молодому человеку нужно очень много есть, а у него, как назло, громко урчало в полупустом желудке. И, видимо, этот факт разбудил спящего на соседней скамейке бездомного.

Мужчина в лохмотьях с красным, как у рака, лицом поднялся, сел на скамейке и с трудом повернув голову, мутными красными глазами взглянул на Матвея.

— Ждёшь автобус? — хрипло кашлянув, спросил он. — Или решил присоединиться ко мне?

Парень не ответил и, почуяв аромат, исходивший от бездомного, поспешил отвернуться.

— В таком случае тебе придётся искать другую остановку. Эта уже занята, и я не собираюсь делиться.

— Я жду двадцать первый автобус, — ответил Матвей и, поднявшись со скамьи, отошёл в сторону.

— Ага, я тоже, только он тут не ходит, — негромко хмыкнув, отозвался мужчина. — За несколько лет уже наизусть выучил их расписание.

Отвернувшись, Матвей больше его не слушал — казалось, что этот человек разговаривает сам с собой. Но отделаться от него оказалось не так-то просто. Пошарив в карманах своих лохмотьев, он достал свернутый пополам листок и, поднявшись со скамейки, подошёл к парню.

— На вот, это может тебе пригодиться. Адрес этот я и без бумаги запомню.

Немного поколебавшись, Матвей всё же взял лист и развернул его.

— Что это?

— Одна частная клиника. Берут кровь, платят много и не задают вопросов. Бери и уматывай.

На листке, что дал ему бездомный, не было ни названия клиники, ни реквизитов, ни номеров. Только напечатанный на компьютере адрес, рисунок двери с красным крестом и надпись внизу — «Круглосуточно».

Всё это показалось ему подозрительным. За долгие годы безработного скитания он побывал во всех станциях крови в своём городке, но никогда не слышал об этой. К тому же ни одна из тех, что он знал, не работала ночью.

Однако других вариантов у него не было, и, дождавшись, когда арендатор уляжется спать, Матвей прокрался в свою комнату, забрал документы и направился по указанному в листовке адресу.

Хорошо ориентируясь среди маленьких городских улочек и закоулков, нужное здание он нашёл быстро. Заметив на двери нужный знак, он зашёл внутрь и начал спускаться в подвал, где его, широко улыбаясь за белоснежно чистой стойкой, уже встречал администратор.

— Первый раз у нас? — спросила девушка, когда Матвей подал ей документы.

— Э... да.

— Тогда заполните, пожалуйста, нашу стандартную анкету и проходите в кабинет номер четыре на первичный анализ.

Коротко кивнув и точно зная всю эту процедуру, Матвей взял стопку бумаг и сел за столик в дальнем углу. Вопросы стандартные: про курение, алкоголь, наркотики, болезни и инфекции. Всё выглядело как обычно, и, закончив, парень сдал анкеты администратору и направился в кабинет с табличкой «4».

Едва он успел постучать в дверь, как его уже вызывали. Усевшись в специальное кресло, Матвей задрал правый рукав своей кофты. Медсестра, надев чистые перчатки, взяла иглу и несколько пробирок. Всё произошло быстро, и, закончив, женщина, улыбаясь, попросила его немного подождать прямо тут, в кресле, а сама взяла его кровь и склонилась к микроскопу.

Но уже спустя секунду, пробормотав что-то невнятное, быстрым шагом вышла из кабинета. Матвей, пожав плечами, остался ждать. Вскоре она вернулась с доктором, который также склонился к микроскопу. Заметив его алчный взгляд, парень вдруг почувствовал что-то не так, пока женщина у него за спиной готовила шприц.

— Что происходит? Что вы делаете? — вскочив с кресла, Матвей бросился к выходу, но врач одним рывком опередил его и, схватив сзади за шею, приподнял над полом.

— На помощь... помогите... — хриплые крики Матвея отдавались эхом от мрачных стен подвала, и, почувствовав, как в его спину входит игла, он начал терять сознание.

Последнее, что он увидел, вновь оказавшись в кресле, — это злорадные ухмылки врачей и их белые длинные зубы.

— Подготовьте нашего гостя к инкубаторной процедуре, — тяжело дыша от волнения, произнёс доктор. — А мне нужно кое-кому позвонить.

Когда медсестра, жадно косясь на пациента, увозит его вместе с креслом, врач возвращается к столу, берёт одну из пробирок и, отвинтив крышку, делает небольшой глоток. Да, так и есть: он не ошибся — это именно та редкая группа. Очень редкая и очень вкусная. Вынув из кармана мобильник, он набирает номер.

— Слушаю, — отозвался негромкий, вкрадчивый голос с той стороны трубки.

— Мы нашли её, — без долгих предисловий, слегка запинаясь, говорит врач. — В теле молодого парня. Не знаю, кто он, похож на бродяжку. Пока усыпили, будем готовить к инкубатору.