Его покорная невеста

Глава 2

В родовом склепе было сыро и темно, но здесь и сейчас я чувствовала себя спокойной, собранной и не одинокой. Два родных, самых близких человека лежали рядом, под тяжелой каменной плитой. Если у меня все получится, наверное, я никогда больше сюда не вернусь, поэтому зашла попрощаться, сказать, как я их люблю.

– Вы в моей памяти, - шепнула я, опуская на камень букетик цветов из нашего сада. Того самого, который рос возле дома. Мама очень любила цветы и много времени проводила, возясь с клубнями и саженцами, заботясь о каждом выращенном ею растении. Папа, возвращаясь из своих многочисленных тайных поездок, привозил ей редкие и ценные экземпляры.

– Госпожа баронесса! – я поморщилась, отворачиваясь от плит, чтобы проводить взглядом слетающую со ступеней горничную - Эллу. Молоденькую, миловидную. Дядя ценил красоту и старался окружить себя такими молодыми, честолюбивыми и безотказными. Его жена порой, воспринимала увлечения супруга болезненно, но не решалась перечить его «маленьким слабостям».

– Леди Хансен, - поправила я девушку. После воцарения барона на не принадлежащей ему территории, мне вернули имя моего рода и титул учтивости, отобранный у мамы. Вот только я предпочитала по-прежнему именоваться по фамилии отца.

– Леди Хансен, - повторила Элла и ее взгляд на миг раздраженно сверкнул. Им всем дали понять, что я в доме мало что значу, и мои нужды престали быть приоритетными. Вот только приближалось мое совершеннолетие, да и брак с императором мог сильно повысить мой статус. Особенно в глазах прислуги, которая слегка растерялась и не знала сейчас, как же ко мне относиться, - баронесса велела поскорее вернуться. Вас ожидают.

Не дожидаясь с моей стороны наводящих вопросов, подчеркнуто почтительно присела в книксене и ушла.

Я никого не ждала, да и визитеры баловали меня нечасто. Мысленно попрощавшись с родителями, я неспешно покинула склеп и спустя десять минут уже стояла посреди холла. Обескураженная, напряженная и растерянная.

Тетушка Сара смерила меня недовольным взглядом и продолжила суетиться вокруг высокой очень худой женщины, упакованной в черное вдовье платье. По выражению скуки и легкой брезгливости на лице нашей гостьи, я поняла, что, скорее всего, это и есть то самое доверенное лицо императора, графиня Гольд. Меня представили мистрис, и я получила в ответ легкий намек на кивок.

– Надеюсь, леди Хорш, вы озаботились новым гардеробом для своей племянницы? Впрочем, это я возьму на себя, так же, как и уроки придворного этикета. Нам придется много поработать, дорогая.

Последняя фраза было брошена мне, и я почувствовала себя недотягивающей до светлого образа достойной избранницы императора, который сложился в голове графини. Что же, потяну время, научусь чему-то новому, и сбегу.

А дальше, для меня начались сложные, напряженные, возмутительно обидные из-за чувства превосходства графини дни. Составление брачного контракта адвокаты барона взяли на себя. Поверенный императора живо принимал участие в обсуждении, но меня к этому мероприятию не допускали.

Графиня взялась за меня всерьез. Единственное, что позволяло не впасть в уныние – мысль, что скоро все закончится. И уже никто не посмеет мне указывать, как ходить, с кем общаться, как садиться, сколько есть. Кое-что в этих занятиях было действительно интересно и познавательно, если бы не преподавались мне графиней с неизменно кислым выражением лица. Как будто она действительно не видит причины тратить на меня свое время, но подчиняется приказу свыше.

За эти дни мой кузен Майхель бессчетное количество раз пытался намекнуть, а то и вовсе говорил прямо, что совсем не против составить мне компанию в дороге. В Иероне он видел для себя много перспектив, учитывая резко выросший статус нашей семьи, и родство с будущей женой императора. Мне лишь стоит заявить графине, что я желаю взять в дорогу своего любимого двоюродного брата. Я намеков упрямо не понимала, чем неизменно удостаивалась резких высказываний в свой адрес. Почему-то кузен с тетушкой Сарой решили, что я буду счастлива присутствию родни так далеко от дома.

Дни летели, приданное было практически собрано, брачный договор подписан. И что-то мне говорило о том, что в нем соблюдались совсем не мои интересы. Мика сообщил, что побег запланирован на завтрашнюю ночь. Он нанял корабль, быстрый, из почтовых курьеров, заплатил команде за молчание.

Моя последняя ночь в родных стенах оказалась бессонной. Мне не спалось. Я сидела на подоконнике, завернувшись в плед, держала в руках любимую уже успевшую слегка истрепаться книгу, но смотрела в окно. В глазах защипало. На душе было муторно и тоскливо.

Внезапный стук в дверь заставил резко обернуться и едва не свалиться с подоконника.

– Шанти! – тетушка выглядела испуганной и возмущенной одновременно, - там… там.

– Что сучилась, леди Хорш? – я, наконец, выпрямилась и инстинктивно поправила на плечах плед.

– Доброй ночи, леди Хансен. Прошу нас простить за ночной визит, - мужчина в моей комнате стал для меня неожиданностью. А когда за его спиной появился еще один, к недоумению прибавилась злость.

– Что происходит? Кто вы? – более неловкой ситуации трудно себе представить. Я, растрепанная, слегка заплаканная, все еще кутавшаяся в плед, едва скрывавший короткую ночную сорочку и напротив меня двое громил в полном военном обмундировании, как будто прямо сейчас они готовы ринуться в бой.