Его (с)нежность

Глава 4

Когда я пришла в нашу общую с сестрёнками спальню и, по совместительству, в гардеробную, там уже стоял дым столбом. Вернее, дым и пар. Дым шёл от жаровен, на которых калились металлические прутья для завивки локонов, а пар - от тазов и кувшинов с горячей водой. В этом чаде носились служанки, тащившие кто утюг, кто горячие влажные салфетки, кто пудру или румяна.

Три девицы в шесть рук укладывали Вилме волосы, перевивая их нитями жемчуга. Аделина стояла посреди комнаты на стуле - подшивали подол её платья, оказавшийся чуть-чуть длинноватым. Гисла пудрилась, пытаясь избавиться от яркого румянца на пухлых щёчках, Халла накладывала румяна на своё белоснежное бледное лицо. Илвы не было видно, а Бирла сидела возле зеркала, пока ей расчесывали волосы, и со снисходительной усмешкой наблюдала за царившим переполохом.

Она единственная заметила моё появление и махнула рукой. Я подошла к ней и заглянула в зеркало, высунувшись сбоку.

Зеркало показало привычную меня - со светлыми волосами, пушистыми надо лбом и у висков, с зеленовато-непонятными глазами и вечно обветренными губами. Всё было так же, как раньше, но что-то изменилось. И я не могла понять, из-за чего всё стало иным. Неужели, из-за приезда короля Снëбьерна? Но что такого особенного в его приезде? Разве что интерес ко мне?..

- Ваше высочество, надо сменить платье и уложить вам волосы, - служанка начала расстегивать крючки на моём корсаже.

Я позволила себя раздеть, нырнула в праздничное платье - ещё более роскошное, чем то, что надевала для встречи гостей из Утгарда, и уселась на скамейку возле Бирлы, пока меня расчесывали, бережно укладывая пряди волнами.

- Ты где пропала? - Аделина спрыгнула со стула и покружилась передо мной, хвастаясь платьем.

- Очень красиво, - похвалила я, но мысли мои витали очень далеко отсюда - где-то на восточном побережье, где нашли мёртвую девушку с обрезанными волосами.

- Когда корсаж чёрный, талия кажется тоньше, верно? - Аделина грациозно изогнулась, пытаясь поглядеть на себя через плечо.

- Талия кажется тонкой, когда она тонкая, - тут же хихикнула Вилма и вскочила, оттолкнув служанок, чтобы показать нам свою талию - такую тоненькую и ладную, что сразу хотелось взять её в кольцо пальцами, чтобы проверить, не обманывают ли глаза.

- Покажи-ка язык, - попросила я Вилму.

- А что такое? - забеспокоилась она и высунула язык.

- Когда высовываешь язык, талия становится тоньше на палец, - сказала я серьёзно. - Так и ходи, тебе очень идёт.

Аделина прыснула, Вилма спрятала язык и привычно надула губы.

- Ну тебя! - дёрнула она плечом и уселась на прежнее место, позволив служанкам продолжить свою работу по завивке её кудрей.

- Всего лишь посоветовала тебе, как лучше, - вздохнула я с притворным сожалением.

- Хороший совет, Вилма, воспользуйся! - Аделина засмеялась и сделала ещё один поворот по комнате, позволив платью лететь алым облаком. - Так где ты была, Мейла?

- Шпионила за гостями, - сердито отозвалась Вилма.

- Занималась государственными делами, - поправила я её.

- И что узнала, пока.. занималась делами? - Аделина перестала кружиться и остановилась, с любопытством глядя на меня.

Остальные сестры тоже принялись требовать от меня новостей, а я, обычно такая разговорчивая, сейчас молчала.

Не всё из того, что мне удалось услышать сегодня, надо знать моим сёстрам. Да и то, что им надо знать - стоит ли говорить перед предстоящим праздником? Глаза у них горят, они ждут сегодняшнего вечера, мечтают понравиться принцам, поразить всех красотой и нарядами, натанцеваться всласть... Могу ли я лишить их этого, сказав, что принцам мы абсолютно безразличны?

Но молчать слишком долго не стоило и я решила преподнести сёстрам самую безопасную новость.

- Говорят, у господина короля кроме двух сыновей есть ещё и доченька, - сказала я таинственно. - она влюбилась и сбежала из дома с любимым.

- Так вот почему он такой хмурый, бедняга! - догадалась жалостливая Гисла.

Я подтвердила, что король очень переживает, и сестры заахали на разные лады, обсуждая поступок принцессы из Утгарда.

Но тут раздался тонкий голосок Илвы:

- И вовсе не поэтому, - сказала она важно, появившись невесть откуда. - У него, вообще, нет дочери. А грустит он потому, что умерла его любимая жена. Она была родом из наших мест, с меловых скал острова Мë.

- Уймись, Илви! - Халла отмахнулась от неё. - А с кем сбежала принцесса, ты узнала, Мейла?

- Нет, до таких подробностей мы не дошли, - многозначительно покачала я головой. - Но давайте будем уважать чувства нашего гостя, и не станем слишком открыто выказывать принцам симпатию. Будем вести себя достойно, как полагается принцессам из Нурре-Ланна. Мы же добрые. Не надо заставлять короля Снëбьерна слишком сильно грустить, вспоминая легкомысленную дочку.

- У него нет дочери, - снова встряла Илва. - Он грустит по жене, она была принцессой с острова... - договорить она не успела, потому что Вилма попросту зажала ей рот.

- Что же ты не узнала главного, - упрекнула она меня и тут же мечтательно закатила глаза: - Как это всё романтично, девочки! Сбежать с любимым! Как в старинном романе! Если сестра такая отчаянная в любви, представляю, какие у неё братья!