Его строптивая любовь

Глава 5

«Нет!»— рявкнул Огонёк с такой паникой в голосе, что я изо всех сил оттолкнула Рагнара.

Такую громадину сдвинуть с места, конечно, можно только бульдозером, но, как оказалось, любого сопротивления с моей стороны достаточно, чтобы мужчина отступил. Он лишь на мгновение закрыл глаза, сделал глубокий вздох, а затем вернул себе полную власть над зверем и своим поведением.

— Извини, Алессаль, — коротко произнёс он, по своему обыкновению ничего не объясняя.

— Ты говорил, что не оборотень, но глаза выдают тебя. Что за зверь?— потребовала ответа.

Я всё ещё стояла, прижимаясь спиной к стене, чувствуя в ней опору и поддержку, а не в мужчине напротив. А ведь именно Рагнар в последнее время был для меня основой мироздания. Лишь ему я доверяла. Лишь его не опасалась.

— Для тебя — безопасный,— ещё через минуту ответил брат.

— Уверен? Мне отчего–то так не кажется,— произнесла, не понимая до конца, что именно чувствую.

Губы жгло, тело стало сверхчувствительным и сейчас даже гладкая ткань своим рельефом задевала каждый волосок, каждую выпуклость, каждый шов царапал, причиняя дискомфорт. Я пылала в самом пошлом смысле этого слова, однако глубоко внутри сидел довольный Огонёк и источал немыслимое удовлетворение. От того, что я отказала. Не дрогнула. Не поддалась девичьим желаниям. Сохранила разум, пусть и не без его участия.

— Абсолютно.

— А я буквально слышу продолжение: «абсолютно, но лучше его не буди»,— проговорила язвительно.— Не буду больше завязывать тебе галстук. И волосы научусь сушить сама.

— Это одно из самых сложных заклинаний, Алессаль. Немного не рассчитаешь силу— останешься без шевелюры.

«Огонёчек, а ты можешь мне сушить волосы?»

«Увы, здесь он прав. Спустя какое–то время смогу, но не сейчас, мы ещё не сработались с тобой, а только притираемся. Чтобы ты понимала, мы запросто можем спалить столицу Эрмида, но просушить волосы— это слишком сложно»,— объяснил мой драгоценный сожитель, притом я явственно ощутила, как он оживился, представляя сожжение мясных лавок.

Кажется, Рагнар был прав, зря я давала ему сосиски, теперь у меня стихия–гурман с пунктиком на мясе.

— Суши,— потребовала от брата с вызовом и в голосе и во взгляде. Спиной на этот раз не поворачивалась, демонстрируя недоверие.

Я думала, он расстроится, потемнеет лицом, но лицо братца растянулось в довольной улыбке, а затем он сделал разделяющие нас два шага и двумя руками провёл по влажным прядям, просушивая и выпрямляя одновременно.

— Как скажешь, моя королева.

— О, меня повысили, — хмыкнула, лишь бы не замирать от его прикосновений, не воспламеняться, не вспыхивать от жара его тела.

Горячие руки скользнули с волос на плечи, предплечья, запястья.

Я стояла и не дыша ждала, когда он разорвёт связывающий нас огонь, отступит. Глаза мужчины вновь на мгновение стали ярко–голубыми, зверино–жестокими, но в следующее мгновение меня мягко чмокнули в нос и отступили.

Отчего–то поцелуй отдался вибрацией в губах. Так, словно они были недовольны, что уделили внимание не им и требовали внимания и ласки. Однако я прикусила их изнутри и посмотрела на вновь сдержанного и спокойного братца.

— Думаю, не стоит откладывать наше с общение с твоим зверем на потом. Я должна увериться, что он меня не сожрёт, если я откажусь целоваться.

— Его ты можешь целовать сколько угодно, он тебя не тронет. Это я теряюсь от твоего запаха, — вдруг признался Рагнар.

Хрипотца в его голосе сработала как спусковой крючок. В кровь выделилась порция яда, растеклась густым жаром по венам, воспламенила кожу.

Да что со мной такое?! Я совсем с катушек слетаю в его присутствии.

Это Рагнар. Мой старший сводный брат. Заноза в заднице. Шовинист махровый.

Что ещё нужно, чтобы успокоиться?

Наполненное под завязку бушующими гормонами тело завопило, что не стоит сопротивляться, оно хочет всего и сразу, но только не спокойствия, однако я не позволила себе скатиться в океан Безумия, призвала Тьму. Мгновение — и я холодна и спокойна, сдержана и разумна.

«И что бы ты без нас делала?»— довольно промурлыкал Огонёк.

«Занималась непристойностями»,— хмыкнула в ответ. Однако тело никак не отреагировало на эту мысль. — «Спасибо вам, мои хорошие. Я многим вам обязана. С Рагнаром всегда нужна трезвая голова, без вас я справляюсь с переменным успехом».

«Справлялась»,— хмыкнул Огонь. — «Вы перешли грань. Кстати, твоя холодность его лишь сильнее воспламенит. Он уже недоумевает, что произошло, куда делась такая сладкая и горячая девочка, отчего ты не сходишь с ума от его великолепия»,— сдал с потрохами мужчину Огонёк.

— Вот и хорошо, — произнесла я, отвечая живой стихии. Лишь по удивлённому лицу Рагнара сообразив, что сделала это зря. Боже, он ведь признался мне, что теряется от моего запаха!— Я про твоего зверя,— уточнила спокойно.— Очень мне интересно, почему ты не считаешь себя оборотнем, если… Мамочки!— выдохнула я, сообразив, как такое возможно. Все прочитанные сведения о расах, словно колотое цветное стекло в калейдоскопе сложились в единый стройный узор. — Ты что… Ты дракон! — едва не завопила я. — Драконище! И как я сразу не поняла?