Его трудное счастье

Глава 11

Лето того же года.

Люда в очередной раз выдохнула и с улыбкой глянула на Валю, которая стояла перед массивными дверьми, на которых висели списки поступивших, и с недоумением смотрела на белые листы.

– Ты чего замерла, будто чертей увидала? – Басурина толкнула подругу локтем и рассмеялась. – Внимание, внимание! Вот так выглядит неверие в происходящее! Валь, ну ты чего? Не рада, что ли? Мы отпахали на этот знаменательный момент год на курсах и несколько лет в качестве медсестёр. Ну, улыбнись! Валентина Баланчина, – не унималась Люда, – вы студентка медицинского университета, алё, приём?

Валя медленно повернула голову и прошептала:

– Я верю, Люда, верю, только мне кажется, что это не принесёт мне радости и счастья.

– Ты это брось. – Люда оттащила немного растерянную подругу в сторону и оглянулась по сторонам. – О, есть идея! Пошли взбрызнем этот день мороженым, а ты мне расскажешь о том, где твоё счастье заплутало.

Она схватила Валю под руку и с силой потащила через дорогу, отмахиваясь от проезжающих и громко сигналящих машин. Они зашли в прохладное помещение летнего кафе, Басурина тут же поймала за рукав молоденького парня-официанта и, похлопав ресницами, сделала заказ.

– Людка, ты неисправима! И как это у тебя получается, что любой мужик готов сделать для тебя всё, что тебе в голову взбредёт? И на работе, и вне её.

– Всё просто, Валентина, если на работе не застёгивать три верхние пуговички на медицинской пижаме, то количество больных, желающих поскандалить, резко уменьшается втрое, – беззаботно ответила девушка, оглядывая зал в поисках удобного столика. – А если серьёзно, то главное, Валя, глаза! Глаза – это всё! Любой мужик говорит: «У тебя такие красивые глаза!», а сам смотрит на бёдра и грудь. Сиськи есть? Попа упругая? Значит глаза красивые. Если необходимых ингредиентов нет – глаза сразу кажутся косыми и мутными. Для любви одних томных взглядов мало, Валя, надо ещё и сиськи с попой подкачать, и желательно быть девственницами, не гуляя направо и налево. Тогда тебе и мороженое, и пирожное, и обещаний три корзины с лотком. Смотри, вон столик у окна освободился. Бегом, пока не заняли, а то придётся отбивать с применением грубой физической силы, а мы девочки слабые. Почти, при желании кого хочешь одним ударом на тот свет отправить можем.

– Люд, ты чего? – Валя опустилась на пластиковый нагретый солнцем стул и нахмурившись посмотрела на подругу. – Что-то случилось? Тебя кто-то обидел?

Басурина махнула рукой куда-то в сторону и задумчиво проговорила:

– Учёными доказано, что в мире как минимум пяти мужчинам ты симпатична, трём нравишься, двое в тебя влюблены... И где всё это стадо шарится? Вот ответь мне на этот вопрос. Даже в кафе пришлось нам идти самим!

– Не думаю, что присутствие моего Короля смогло бы нам помочь, – с грустной улыбкой ответила Валя.

– Вот именно, но он хоть дома, а я... – Люда отвернулась к окну и замолчала. Через несколько секунд она вздёрнула подбородок вверх и заявила: – Ну и пошло всё лесом. А тебе надо что-то делать, Валь. Ты посмотри на себя. Ты так изменилась за этот год, что страшно! Эти ножки как у козы рожки, как столбики после бомбёжки. Задница к животу прилипла уже!

– Это живот прилипает к позвоночнику, задница всегда на своём месте, – тут же парировала Валя.

– Ты со мной не спорь! Я девушка нервная. Не знаю, как у тебя, а у меня нервные клетки не только восстанавливаются, но и пытаются отомстить виновным в их гибели. Нет, ну это ни в какие ворота! – с возмущением закончила Люда и поднялась, оглядывая свой стул.

– Людка, ты хотя бы паузы какие-то делай между своими умозаключениями, а то я уже испугалась! – рассмеялась Валя.

Басурина тем временем резко развернулась к соседнему столику и обратилась к сидящему в одиночестве парню:

– Свободен?

Её вопрос прозвучал во внезапно наступившей полной тишине так громко и неожиданно, что посетители кафе как по команде повернули головы и уставились на девушку. Молодой человек развязно откинулся на спинку такого же неустойчивого пластикового стула и с ухмылкой посмотрел на Люду, оценивая её стройные ноги:

– Ну, мадам, такие мужчины, как я, редко бывают свободны. И, кстати, убавьте свой пыл, я с вами на «ты» не переходил, скромнее надо быть.

Люда замерла на мгновенье, покрутила носом, приподняла уголок рта в кривой улыбке и спокойно закончила:

– Я про стул, мальчик. – Незнакомец сжал зубы, услыхав несколько сдавленных смешков, а затем в спешке покинул кафе. Люда схватила стул и задумчиво проговорила: – Надеюсь, что за свой кофе этот аленделоновский кретин всё-таки заплатил. А вот и наш заказ.

Официант с широкой улыбкой поставил на стол креманки с шариками мороженого, политого сиропом, а потом опустил в центр стола блюдо с нарезанными фруктами:

– А это за счёт заведения.

– Это ж по какому поводу? – тут же поинтересовалась Люда.

– Во-первых, я видел, что вы пришли от медина. Поступили? – Девушки улыбнулись и молча кивнули. – А во-вторых, он заплатил за свой кофе. И мы очень надеемся, что больше его тут не увидим.

– Он тут на охоте был, что ли? Тьфу ты, всю малину мужику испортила, – с удовлетворением заметила Басурина. – Спасибо и вам. Если что – обращайтесь, я кого хочешь до инфаркта довести смогу, – под искренний смех официанта закончила Люда.