Его трудное счастье

Глава 25

– Ну что? – Люда бросилась к подруге, крепко её обняла и заглянула в глаза. – Что сказали?

– Обширный инфаркт, – прошептала Валя. – Говорят, что нужны лекарства, вот список дали. Но один из врачей сказал, что нужно стрептокиназу достать. А где я её возьму? У меня и денег-то таких нет.

Валя устало прислонилась к стене, окрашенной облупленной синей краской, и тихо заплакала. Отец никогда не жаловался на здоровье, не принимал никаких препаратов. И тут такое!

– Господи, дело не в деньгах, а вот где её купить – это вопрос. – Люда обернулась к мужу и беспомощно пожала плечами. Дима молча смотрел на жену и подругу, барабаня пальцами по подоконнику. Затем резко повернулся и зашагал к выходу, вытаскивая сотовый телефон. Люда услышала «Алё, Лёха, привет», после чего Дима скрылся за дверью. – Валь, ты погоди плакать, если я что-то понимаю, то лекарства у нас будут.

– Откуда? – спросила Валя сквозь слёзы, уставившись на Людочку.

– От Вегержинова. У него недаром своя больница имеется, этот разобьётся, а достанет. Или Кучерова подключит.

– Какого Кучерова?

– Вальку Кучерова, помнишь его? Он теперь у нас нужный человек, в центральном госпитале служит, тоже поможет.

– Нет, не надо, – Валя вытерла слёзы. – Не надо ему ничего говорить.

Люда внимательно посмотрела на подругу и вопросительно изогнула бровь:

– Я чего-то не знаю?

– Да, он... мы виделись перед моим декретом. Он... Люда, это он оплатил наше с Надюшкой пребывание в роддоме. Одна из санитарочек проболталась. Так что я ему и так должна, а тут ещё и папа.

– Валя, он очень честный, преданный человек. Димка говорит, что он судьбу не раз благодарил, что Алёша и Валентин в его жизни появились. Это настоящие друзья, Валь. Так что успокойся – если эти двое с моим Воеводиным за что-то берутся, всегда как надо получается.

Людочка оказалась права, и уже на следующий день Валя сидела в палате отца и почти с благоговением смотрела на медленно капающие капли в резервуаре капельницы. А Воеводин и Вегержинов устроились в кафе неподалёку и делились своими мыслями и желаниями.

***

Воеводин сделал маленький глоток обжигающего чая и задумался – предложение Вегержинова было очень заманчивым, да и о Людочке друг не забыл, позаботился.

– А теперь чётко объясни, зачем тебе такая служба?

Вегержинов облокотился на стол и тихо ответил:

– Понимаешь, я решил расширяться. А это значит, что мы собираемся строить новые корпуса за дохулиард денег. Юристов отец подобрал что надо, а вот с охраной херня получается. Понятно, что в ночные сторожа на стройках могут и дедули пойти, всем жрать хочется, но сами лечебные корпуса должны охраняться профессионалами. Я не требую от тебя прыжков на забор и прочего, но у меня пациенты, медперсонал, опять же наркоты валом, лекарства дефицитные. Сейчас вот нового партнёра, надеюсь, неожиданно нашёл благодаря болезни Валиного отца, тьфу-тьфу, чтобы таких поводов в нашей жизни поменьше было.

Воеводин улыбнулся и вопросительно дёрнул бровью. Алексей как-то смутился, а потом выпалил:

– Я рос в небольшом городке, сам знаешь, где военные обитают. После выпускного и перед тем как все разъехались, девчонки наши уговорили нас сходить к гадалке – так, смеха ради. Колоритная такая бабулька нам попалась, всем что-то долго говорила, а мне она сказала совсем немного: «Твоя судьба и самое большое счастье будет связано с прекрасным светлым цветком». И вот после разговора с Валькой поехал я на встречу с человеком, который обещал лекарства вам достать, еду в машине и торможу на светофоре. Включаю радио, ведущий говорит: «И ваше счастье прямо перед вами, вам просто нужно внимательнее посмотреть». Поднимаю глаза, а дорогу перебегает девушка, у которой в руках белые розы. А сама рыжая как грех! Не знаю, что мне ударило в голову, но я остановился и побежал за нею. А ведь после того первого предсказания почти пятнадцать лет прошло. А оказалось, что это и был тот самый человек, что лекарства мне нёс. Елена... Леночка Бессонова. Торопилась, боялась опоздать.

– И чё? – Дмитрий уже откровенно улыбался, зная, что Вегержинов придерживался правила не смешивать работу и личные отношения.

– Не знаю, честно. – Алексей посмотрел в окно на покрытый снегом тротуар и выдохнул: – За право руководить другими приходится платить очень многими радостями жизни, Димыч. Например, отказом от возможности делать что хочешь и говорить что думаешь. А вообще, знаешь, я вот смотрю на вас с Валькой, ты уже нашёл и выстрадал своё трудное счастье, Валька по-тихому опекает, наверное, всё-таки надеется на что-то. И я иногда задумываюсь, может, и мне пора, но потом... Мы как-то ужинали в ресторане, я на лестнице случайно наступил на шлейф платья идущей впереди меня женщины. Если бы ты видел взгляд этой разъяренной тигрицы. Я, конечно, сразу стал извиняться, а она вдруг остыла и равнодушно так сказала: «Ладно, прощаю, я подумала, что это мой муж». И я тогда примерил эту ситуацию к себе. Понимаешь, она была готова вылить на меня ушат помоев на виду у всех только потому, что какой-то мужик был её мужем! И я понял, что такие отношения не для меня.

– Но не все же бабы такие пришмаленные. Посмотри на Людочку мою, на Валю. Они не просто борются, стараются выжить, они ещё и другим жить не мешают. Думаешь, Валя согласилась, чтобы я вам звонил? Хрена с два!