Его Валькирия. Часть 2

3.

- не хочешь, не ешь, - он поставил на столик еду и вернулся в свое кресло.

Смерив его взглядом, я не смогла устоять и чувством собственного достоинства все же забрала причитающееся мне. И настал тот самый миг, когда есть я и моя еда. Как же мне было вкусно. И как я проголодалась и замерзла на самом деле. Сама и не подозревала.

 Пока мы втроем дружно набивали животы, Гектор спокойно сидел в своем кресле и, подперев подбородок массивным кулаком,  смотрел на ночное небо, что все еще раскрашивали всполохи моей силы.

 Странный, какой же он странный. Эта мысль пронеслась у меня в голове.  Такой заботливый, но при этом я была всего лишь приключением в его жизни. От всколыхнувшейся волны боли сердце сжалось. Я знала, что ждет меня плохая ночь. Одинокая, в луже  невыплаканных слез. Так Виран называет этот феномен. А вообще, есть предположение, что это  какая-то побочка от защитных заклинаний, которые оставили еще родители в ту самую ночь, когда погибли. Последние эманации, которые будут гнать меня в безопасность под крыло или защиту сильного существа. Того, кто сможет защитить от… От кого или Чего? Неизвестно. Но кто бы знал, как я ненавижу просыпаться в луже. И как давно я отвыкла от этого. Хуже, когда знаешь, что этого можно избежать, но обстоятельства складываются таким образом, что избежать никак. И этой ночью я останусь одна.  Все кого я люблю, все оставляют меня. Предают. Уходят или погибают.

 Я сама неосознанно держала на расстоянии дядю и его жену, хотя они заменили мне родителей. Не хочу, чтобы проклятый рок настиг и их. Потому бегу от них. Сама бегу. Не отвечаю на переписку. Вирану пришлось даже держать ответ за меня перед отцом, которому стал дядя написывать. Вернувшись в тот вечер от Оникса, он лишь дернул меня за косичку, развалился в кресле и молча читал письма на мое имя. Потом сам ответил. Что он писал дяде, не знаю, но вскоре между ними завязалась регулярная переписка. На мое имя более ничего, кроме подарков на Новый год и день рождения не приходило.

- Ну что? – прервал сытую тишину Гектор, - что дальше делать будете? Клятву принесли, а дальше?

- ты-то не принес, с чего нам тебе что-то говорить? –  спросила я, откусывая  кусок от второго такого же бутерброда.

Он ничего не ответил, лишь очаровательно улыбнулся, продемонстрировав свои клыки. Глаза вспыхнули магией.

- ты этого хочешь?

Бархатный голос был так глубок и интимен, что Шурик заерзал, а Виктор нахмурился. Я замерла зайцем, прищурив глаза. Он спрашивал так, словно не о клятве и Спичке, а о чем-то большем. Гораздо большем.

И вот почему у меня такое чувство, что на меня открыта охота. Медленно, но верно меня загоняют в угол. Со вкусом и знанием дела.

Только вот для чего? Для того чтобы поиграться с маленькой несмышленой девчонкой? Снова легкое увлечение….

Глаз я не отвела, хоть и вмиг  сладкое варенье стало горьким, а воздух жидким.

Как не крути,  он не подвергал меня опасности, защищал столько лет своим именем, ну а то, что для него я стала легким развлечением это другое. Передо мной сидит практически бессмертное существо, для которого, как и для Вирана годы моей жизни всего лишь мгновение, а пара месяцев меньше чем ночь. Конечно, понимание этого не делает меня менее оскорбленной или пакостной и тем более дружелюбной. А так, дракоша прав, мне нужен такой сильный союзник. Все потом, сначала накрутить хвоста ящерице летающей. Ибо! Нефиг!

- Нет.

Мне показалось или Шурик закатил глаза?  Сейчас зарычу. А этот блондинистый гад смотрит на меня и улыбается так, словно все знает. Все, все, все!

Мы бы, наверное, так и сжигали друг друга взглядами, если бы не   картинное покашливание никогда не болеющего Грея. Это быстро развеяло флер и туман в моей голове.

И мы приступили к обсуждению плана дальнейших действий, которые необходимо было начать как можно скорее. Лучше всего вчера или позавчера.