Его Валькирия. Часть 2

12.

Он  возвышался надо мной  хмурый, но без  ставшего привычным пренебрежения на лице.  Слишком серьезен. Это сбивало с толку. Ведь только сейчас я поверила, что они Виран и Гейсир драконы одного клана.  Проскользнуло что-то общее, что-то понятное мне в его взгляде.

- смотритель шкуру с меня сдерет из-за них. Прочти, - он обернулся на сидящих,  напротив, у другого края поляны Шурика и Виктора, а так же Гектора у костра, обернулся обратно и продолжил – Прочти и попытайся взять себя в руки. То, что ты сейчас испытываешь и даже не пытаешься бороться  только во вред.  Это может погубить вас обоих. Вирана и тебя.  А я не для того  клятву давал, чтобы лишний раз подставиться и того молокососа подставлять под удар. Ясно?

- предельно, - отозвалась я.

Минутная пикировка взглядами и он ушел, оставив меня один на один с информацией, что по моему скромному разумению стоила как лучшие бриллианты Вирана. Сейчас цена ее была такова. Как говориться всему свое время. Не много его понадобилось, чтобы изучить ее. Больше чтобы осознать прочитанное.

 Так значит… да?

 Все пришедшие на службу в драконий патруль маги проходили  несколько ритуалов.   Один для выявления наиболее подходящей пары дракон-человек, второй для скрепления связки. Так, во всяком случае, нам это преподнесли. На деле все оказалось намного сложнее.  Нас связали, вживили дуг в друга.   По-другому я не могла описать ту схему, что предстала мне на вырванных из древнего фолианта страницах. Энергетические потоки,  мысли, чувства и инстинкты – мы все это делили на двоих.   Драконы как существа в большей своей мере эгоистичные, зацикленные на себе и своих сокровищах, высокомерные и жестокие тем самым учились быть более гибкими, научались заботиться о других и чувствовать, просто чувствовать. Служба в драконьем патруле для любого молодого дракона вне зависимости от пола и происхождения  была обязательным этапом взросления. Они вынуждены были нести в себе груз эмоций и единения с душой всадника. Так они учились  вслушиваться, слушать и слышать. Взрослели.  Драконий век бесконечно долог, что никак нельзя сравнить с краткостью человеческой жизни, а потому и взрослеют они медленней и каждый человеческий маг даже самый молодой уже многому может научить ящера, в чьей натуре быть хитрым и изворотливым. Для драконов как не крути одна выгода. Только вот  магу  не сладко.   Связь подстёгивает его быть рядом с драконом,  защищать его, при угрозе жизни ящера без раздумий отдать свою, что собственно не так давно случилось в одной из пар, и чуть было не произошло со мной.  Не до конца разорванная связь с драконом после окончания контракта  могла свести с ума мага. Потому, после завершения службы старейшинами проводился специальный обряд, а в последующие годы за магами, что все-таки решались разорвать его, а не продлевать, следили.  Именно потому, что я всадник Вирана, поэтому его родители обратились ко мне с просьбой помочь найти. Именно поэтому я медленно сходила с ума. Стремилась без сна и отдыха найти его.  Возможно, было бы легче не проведи мы ритуал кровной привязки, для разделения магического резерва, став неким подобием сообщающихся магических сосудов. А все для того чтобы стабилизировать прорывное наполнение моего резерва, но не наливался постепенно как у других магов, а делал это резко и внезапно, причиняя массу проблем. Таким образом Вирану удалось приблизить этот процесс к гордому значению «почти нормальный». До чего довели его эксперименты, даже думать страшно.  Только вот об этом никто не знал, а узнав… ничего хорошего не было бы… вот так…

 Глядя на сидевшего у огня красноволосого Гейсира, что переплетал свои алые пряди в новую косу я  размышляла о  том что чувствую, ощущаю… Пришло понимание того, что сейчас, ведомая магической привязкой я подвергаю опасности своих друзей.  Ведь неизвестно что ждет впереди. Эти проклятые листочки наконец-то заставили меня притормозить, задуматься. Я перевела взгляд на хмурого, постоянно хмурого и молчаливого в последнее время Гектора, что ворошил палкой угли в костре. В ночной тьме его лицо освещалось огненным пламенем, блики играли на точеных скулах, упрямо сжатых губах, отражаясь в глазах. Глядя на него я ничего не думала, я просто смотрела. До тех пор пока он не перехватил взгляд, который я стыдливо спрятала, просто закрыв глаза.  В тот миг мне в голову пришло четкое осознание того, что я напрочь не понимаю, что происходит. Я запуталась… и в нем тоже.

 Не желая более тратить время, я подошла к Виктору и бросила тому на колени тубус.

- прочти, - как можно мягче сказала ему и сделав пару шагов опустилась рядом с Шуриком, - Шур, прав ты был…

С того самого вечера, вернее ночи, гонка  перестала быть такой дикой. Мы все так же спешили, но больше давали отдых и себе и лошадям. В Лейсойе Гектор раздобыл в одной из лавок травник драконий язык. Цветок, лепестки которого помогали  смягчить воздействие  магических привязок и приворотов. Я стала пить отвар из них и меда. Стало легче. Голова прояснилась и пришло понимание, что соваться в пещеры неподготовленными нельзя. Я смогла заставить себя сидеть на месте ровно, смогла спокойно выслушивать все, что планировали сделать друзья.  Единственная помощь от меня была в том, чтобы сдержать саму себя, рвущуюся без оглядки спасать Вирана.  По мере приближения к горам спутники становились все более хмурыми. Абсолютно все чувствовали напряжение вокруг. Словно еще немного и разразиться страшная в своей силе и мощи буря, что сметет все на своем пути, размозжив наши останки о скалы. Ощущение того что мы лезем в мышеловку усиливалось.  В Доре нам понадобилось остановиться на несколько дней. Нужно было подготовиться. До указанного места на карте было всего два дня верхом.  Гектор ушел первым. Охотиться. Мы  последовали за ним через день на лошадях, которых должны были отправить  обратно порталом. Конюх, что сдал нам их в аренду, лишь весело хмыкнул. По его словам мы не первые и мы не последние кто хотят найти сокровища первых гномов в  пещерах на западных склонах.   Разубеждать его мы не стали, а лишь  согласились, пообещав процент от добычи.