Его Валькирия. Часть 2

13.

Просить дважды не надо было. Я и так уже летела лицом в кровавое месиво, некогда бывшее человеком.  Как могла, сгруппировалась. Световая волна,  пронесшаяся по залу, что-то где-то сломала.  Меня отнесло и впечатало в кого-то твердого, но все же более мягкого, нежели каменные стены зала.  Этот кто-то то ли взвизгнул, то ли рыкнул, я так и не поняла.

Дальше творилось что-то невообразимое. Загрохотали камни, после непродолжительного затишья. Брань неслась отовсюду. Меня за шкирку тащили куда-то в сторону. Пыль и тьма не позволяли ничего различить. Я как несмышлёныш, дергала ногами и руками, пытаясь помочь своему спасителю и не выронить одновременно оружие, от которого зависела моя жизнь. Грохот за спиной возвестил об обрушившемся, кажется, своде залы. Хрипы и стоны более не доносились из него. Только глухое, надсадное дыхание слева и справа от меня, горячее хриплое надо мной. Поерзав в темноте, поняла, что придавлена к полу громадной звериной тушей. Гектор вытащил меня из-под осколков обрушающегося свода.

- Шурик, « непереводимый на язык приличных и не очень людей  поэтический эпос, о том куда, почему и зачем», - захрипел сбоку от меня кто-то голосом очень похожим на голос Виктора.

- Вик…. – блаженно пропищала я.

- Жив, ваш пень бородатый, - закашлялся Гейсир.

- ребят…. Простите, а? переборщил маленько, это я  со страху.

- переборщил он. Зачем его только из академии в Чертоги забрали? Чтоб он там разнес то/, что это полоумная с психованным на пару  не уничтожат? Ремонт им, что ли захотелось сделать….  – бухтел Гейсир.

Я толкнула, раз, другой Гектора, призывая освободить меня из своего плена. Он отзывался с трудом. Пришлось почесать пузико и тихо поуговаривать, только тогда зверь отпусти меня. Вернее, просто отвалился в сторону, тяжело дыша. Я выбралась из-под него. Зажгла светлячок по ярче и смогла увидеть весь тот ужас, в который превратился оборотень. Некогда белоснежный зверь сейчас был не в лучшей форме, мягко скажем.  Огромная голова  была в крови, кровь капала из отрытой раны на пыльные камни и крошку, несколько острых осколков торчали из широкой и мощной спины зверя. Взгляд был полностью расфокусирован, он смотрел на меня и я чувствовала как отчаянно он цепляется за  крупицы сознания, что у него еще остались.

Теперь пришёл мой черед ругаться очень плохими словами. От души.  Оживившиеся  вмиг спутники  подскочили к зверю, что первым делом клацнул на них зубами, отгоняя потенциальных врагов. Сейчас все кроме меня были врагами. Я протянула к нему ладонь, он втянул носом воздух вокруг нее, обнюхивая. Тихо рыкнул, подпуская к себе, позволяя прижать израненную голову к своей груди и почесать за ушком.

- Элиза, как хочешь, отвлекай его, не дай ему уснуть и не дай ему помешать нам. Надо вытащить все осколки, они мешают ему  залечивать эти раны. Главное  не дай уснуть, если уснет, то рискует погибнуть. Что стоишь?! – зарычал на меня Гейсир, разрывая на длинные куски ткани свой плащ.

 Шаг, другой и я же обнимаю клыкастую морду, смотрю в желтые глаза и болтаю. Обо всем на свете. Заговариваю зубы. А он слушает, внимательно вглядываясь солнечными глазами и  окатывая жарким дыханием грудь и шею. Даже сквозь защиту я чувствую насколько оно горячее.  Вспоминаю русалочью бухту, сладкие конфеты на колокольне, пирожные в магазине одежды и  его объявление о нашей возможной свадьбе, тепло его домика в горах, еще что-то. Просто говорю, а он слушает, внимательно так…  Кажется плачу, не сводя с него глаз. А он смотрит. Не мигая. Смотрит, пока  остальные вытаскивают тонкие как кинжалы осколки камней, что застряли в его теле.. Смотрит даже тога когда Гейсир собственноручно вправляет выбитое плече оборотня и смотрит тогда, когда я решаюсь вытащить осколки камней, что застряли за  его ухом. Когда тело громадного зверя сплошь в импровизированных бинтах, на которые пошли плащи Гейсира и Шурика, а так же сменная рубаха последнего. Пока раны не затянуться хотя-бы поверхностно, Гектору лучше не оборачиваться в более мелкую ипостась.

- нам пока лучше тут немного отсидеться, - озвучил очевидное дракон, взявший сейчас на себя роль  предводителя племени  подземных ходоков и искателей приключений на свои мягкие места.

Гектор чуть кивнул и медленно опустился на пол, прямо на камни и их острые осколки.  На мою попытку собрать их он лишь тихо фыркнул: «оставь, плевать», но не тут то было, я выдула их из под него силовой волной, которая отнесла все к устроившемуся в уголке артефактору. Безумному гению было все равно, свой щит он так и не деактивировал, что сейчас его уберегло. Гектор вяло проследил за этим всем и медленно опустился на пол, положив голову мне на колени. Через некоторое время я заметила, что раны полностью затянулись, а взгляд стал более осмысленным. Он заворочался в моих руках. Еще через какое-то время уже рядом со мной, положив голову на плечо, сидел мужчина с испещренными красными шрамами телом, весь в тряпках, пропитанных кровью. Немного бледный, но целый. Виктор молча протянул ему флягу, которую тот опустошил в пару глотков.

- Александр де Го, - обратился он к побелевшему Шурику, - за всю мою жизнь, именно сейчас ты был ближе всех к тому, чтобы прикончить меня,  настоятельно советую тебе  не шутить с такими вещами и держать их подальше от Элизы и от меня.

Вернулся все тот же Гектор. Меня затрясло мелкой дрожью. Только сейчас  я поняла насколько была напряжена. Внезапно, как первые морозы или луч солнца после грозы на меня снизошло понимание, что Гектор для меня является чем-то незыблемым, воплощением силы, спокойствия. Как гора, крепкая, мощная и непоколебимая.  Он просто есть, его не может не быть. Не будет его, не будет и мира….

- ага, - только и смог выдавить рыжик.

- я не обладаю таким добрым сердцем как Элиза, предупреждаю, второго раза не будет.  Плевать мне на твоего гения, ты подвергаешь опасности ее и меня. Я убью тебя, если это будет нужно для ее безопасности.

 При этих словах я дернулась от него в сторону, но  недооценила хватку Гектора, который отпускать меня никуда не  собирался. Лишь молча пригвоздил к месту. Списываю свое послушание на то, что я просто на просто в шоке. Посижу, раз вежливо просят.