Его Валькирия. Часть 2

26.

Драконы любят только свои сокровища, свою семью, ближайших своих родственников: отца, мать, братьев и сестер. Даже бабушки и дедушки не вызывают в их сердцах сколько-нибудь достойного отклика. И все же трепетнее всего, помимо сокровищ, они относятся в своей второй половине. Они тяготеют к похоти и разврату, когда их сердце свободно.  Они холодны и безразличны к страданиям других, но помочь страждущему, их инстинкт.  Странное и порой разрушающее противоречие. Контраст, о который сломали голову не только изучающие их издали смертные, но и сами драконы.

 Виран  был весьма холодным и безразличным ко всему кроме  знаний, заключенных на страницах  пыльных от веков фолиантов. И странно вообще, что  его коллекцией стали драгоценные камни, а не книги. Хотя, если подумать, то  его коллекция состояла сплошь из накопителей прекрасной формы и огранки. Был холодным и безразличным до встречи с Элизой.  Его холодность к тому времени уже превратилась в  открытое пренебрежение и нелюбовь к представителям всей расы драконов, людей, эльфов… Всех, кроме родителей. Он сторонился общества и никогда не появлялся на общих собраниях клана. Не посещал и  казалось бы, обязательные для Наследника клана собрания совета. Ведь он уже дано вошел в тот возраст, когда это становилось обязательным в его образовании, которое, к слову у уважающего себя дракона не заканчивается никогда. Он всегда  искусно находил предлоги и  причины для подобных прогулов. Поначалу с ним пытались бороться, но тщетно. Игнорирующий  устои и правила, щедро одаренный богами  талантами он стал проблемой для клана. Хотя, что скрывать, вне Чертогов свои обязанности как представитель клана и его Наследник он выполнял безукоризненно, чем еще больше вносил смятение в  души неравнодушных к судьбе клана драконов. вселяя надежду на то, что он все же   в достаточной мере разумен, просто еще молод и вследствие этого излишне эксцентричен. Все же слишком давно в клане не рождались  драконы  одаренные в таком юном возрасте силой, что обретают собратья после пары-тройки сотен лет постоянной практики в магических искусствах. Драконьи маги. Прихоть богов.  Талантливые дети, развивающие свои таланты к возрасту первой зрелости.  И дабы припылить сей сияющий образ  и сбить спесь с  него, советом было принято  решение определить  молодого дракона в  патруль. Привлечь к полезным для клана работам.  И  не успели   старшие задуматься о поиске достойного партнёра для этого золотоволосого  таланта, как  Сумрак,  отправленный в людское королевство за рекрутами  прислал в Чертоги Элизу де Брон.  Девушку сверх меры одаренную талантами – это на первый взгляд. Когда же драконы разобрались на что похожа ее магия, кем она  является было уже поздно разлучать эту пару. Дракон принял ее и распростер над своим всадником крылья.  Магический контракт  вступил в силу. Этого ни случилось-бы,  ни  будь их силы совместимы друг с другом.

 Возможно это было наилучшим решением самой судьбы.   Потому как  Виран был   увлечен изучением всех сторон силы девчонки. Оторвать его от нее не представлялось возможным. По ходу своих исследований он все более привязывался к девчушке.  Партнерство с ней заставило его принять установленные кланом правила,  войти в совет и   принять на себя обязанности наследника клана. В том числе и дипломатические. Исполнять их  с должным рвением и  присущим ему мастерством.  Его цель была проста – ему нужно было добраться до  древних свитков в  королевской библиотеке царя под горой. И он добрался. Добрался до знаний, до истории, что разъяснила ему слишком многое. В сокровищнице знаний царя под горой он нашел сведения, что помогли  ему, помогли ей.

Теперь он знает,  почему эта человеческая девушка стала для него ценнее всех его сокровищ. Почему простая человечка  стала важнее  всех в этом мире. Она не является драконицей, но  тем не менее она ценнее всего живого и неживого в его жизни.

 Все оказалось проще некуда.  Стоило ему коснуться сферы Хадура, как  он нашел ответы на многие вопросы, связанные с девушкой и  той тягой к ней, что он испытывал.  Объяснения, почему ему хочется защитить ее, уберечь, уничтожить любого  чьи действия хоть  как-то выходят за рамки им самим установленные.  Сфера погрузила его с сон. Сон, что позволил ему увидеть истину, сон. Что позволил сектантам  не только схватить его, но и сделать основой ритуала по откачки энергии. Они буквально иссушали его, словно подсмотрели как это делают высшие вампиры. Вампиры, чей глава сейчас был среди них в этом мертвом месте.  И что таиться, тогда Элиза  и ее компания появились как раз вовремя, чтобы спасти его. Вовремя, потому что  он узнал все что было нужно.

   Умело сопоставив все, что знал о девушке и ее талантах, знания, что были получены  благодаря сферы истины он  пошел на сговор с оборотнем. Тем, кто сейчас так нежно сжимал в руках  бесчувственное тело той, что так дорога им обоим.

 Когда-то давно, пожалуй, настолько давно, что никакие легенды не сохранились даже в умах и вечной памяти сказительниц  он и Элиза были близнецами. Детьми одной матери. Они были вместе с самого зарождения их жизни и погибли вместе. Тогда, давным давно, он не смог спасти ее.  Откуда же ему было знать, что его жертва, жизнь, что он отдаст за сестру  прервется для них обоих. И сейчас, словно сжалившись над ними или скорее используя в своих  божественных замыслах судьба решила  вновь дать им шанс, сведя их. Осталась лишь сущая мелочь…. Избавиться от паразита, что так нагло и в то же время умело подселился  к ней, отравляя собой существование. Именно поэтому он согласился участвовать во всем этом.  Именно поэтому позволил отцу, до боли сжавшему его плечо, остановить его порыв метнуться к потерявшей сознания девушке. До скрипа зубов, до глухого рыка  смотреть как трехликий,   аккуратно берет на руки  ее и нежно целует в макушку.

 - сын, - тихо доносится до него тихий обеспокоенный голос отца, а нежные ладони матери сжимают его собственную, в попытке держать.

- все нормально, - бросает он отцу и сжимает нежно тонкие пальчики матери.