Его вопреки

Глава 27.1

— Что же в тебе так меня притягивает? — вкрадчиво произносит Демьян, приближаясь.

Он движется ко мне с опасной уверенностью, которая обещает и пугает одновременно. Демьян слишком близко, чтобы я имела возможность бежать. Имела возможность или хотела?

Его глаза держат мои в фокусе искушения, интригуя.

Завораживая.

Не оторваться.

Каждое его движение будто несёт в себе угрозу. Но так хочется верить, что не для меня.

С Демьяном — как в капкане. Как на углях. Как на подвесном мосту, который уже много лет признан опасным…
С Демьяном… Я чувствую себя живой.

— Ты предлагал мне дружбу, помнишь? — шепчу на выдохе.

— Я не хороший мальчик, Ундина. Тебе следовало держаться как можно дальше. Со мной трудно. Иногда просто невыносимо.

Ощущение, будто я балансирую на канате. И если не удержусь сама — хочу знать, что удержит он.

— Я думала, тебе плевать на меня.

Демьян на мгновение усмехается, будто выдавая собственное бессилие — передо мной?! — а потом снова серьезный.

— Ты меня этими глазами синими, что тогда, что сейчас — жрёшь. Душу мне выпаливаешь. По кускам ешь, с сердца начиная. — Обе его руки упираются в подоконник, к которому я внезапно оказываюсь прижата. Демьян шумно дышит, говорит голосом ниже обычного. Когда его большой палец скользит по моей брови, двигаясь к виску, разряд проходит сквозь всё тело, — Два огромных сапфировых озера. Хочу нырнуть…

Дело не в том, как он касается, и даже не в том, что именно говорит. Его глаза цепляют душу, и я больше не сомневаюсь — всё по-настоящему.

Как мне это выдержать?

— Останься там, Демьян… навсегда останься…

— Мать твою, Маша… — с рыком выдыхает воздух.

Швырнув меня к стене, следом сам в ту же стену ладонями упирается.

Поцелуй захватывает мои губы внезапно, язык врывается в рот жадно, и на земле не ничего, кроме этих ощущений, не остается.

Его страсть. Моя дрожь.

Его уверенность. Моё волнение.

Я вцепилась в его плечи и неумело отвечала на поцелуй. Только бы не отпускал. Только бы…

Захлёбываюсь в этом водовороте. Погружённая им в ранее неизведанные ощущения, которые, — я не пробовала, но убеждённость крепко осела в сознании, — не испытала бы ни с кем другим.

Только он.

Никто кроме.

Никогда.

Весь мир отошел на второй план. Стал таким мелким и незначительным, когда сильные руки Демьяна освобождают меня от свитера. Холод окутывает кожу вместе с жаром, исходящим от мужского тела.

Его руки становятся всё требовательнее, поцелуи — откровеннее. А я лишь плавлюсь, поддаюсь желанным прикосновениям, захлёбываясь наслаждением.

Охаю, когда тело встречается с постелью и обвиваю руками крепкую шею. Сомнений нет. Все барьеры стерты. Он всё обо мне знает, я открыта перед ним и откровенна.

Абсолютно.

Полностью.

Без остатка.

— Демьян… Ах…

Теряя последнюю ниточку связи с разумом, я надеюсь лишь на одно — что и он откроется мне. Тайный, загадочный Демьян.

Мой?