Его вопреки

Глава 31

Сегодняшний день начался с хлопот и приятных, однако волнительных забот. Ведь именно сегодня самый красивый, самый умный и самый-самый-самый выпускник в истории получит диплом! По случаю я купила себе красивое платье и небольшой подарок Демьяну. Это совсем мелочь, которая почти ничего не значит, но мне было приятно её приобрести. И теперь я с нетерпением жду момента, когда смогу поздравить, а Демьян развернёт подарок.

Хочется увидеть лицо и радость Демьяна в тот момент…

— Ты готова? — звучит из коридора, когда я наношу прозрачный блеск на губы.

— Да‑да! Ещё секундочку, — отвечаю , быстренько закрутив флакончик и отложив его на полочку в ванной комнате.

— Это было десять минут назад. Маш, мы опоздаем, — голос у Демьяна неизменно спокоен и стабильно серьёзен, но я знаю, что он волнуется.

Впрочем, я волнуюсь тоже, ведь на вручении диплома будут его родители — госпожа Лада Борисовна и господин Роман Давидович Лесовские. Именно поэтому какая‑то часть меня молится, чтобы в квартире прорвало трубу. Это была бы аргументированно веская причина для того, чтобы с чистой совестью остаться дома и следить за ремонтными работами. Однако, к моему великому сожалению, трубы здесь новые и установлены на славу. Не то чтобы я разглядывала, но…

Делаю глубокий вдох, ещё раз критично оцениваю своё отражение в зеркале и… выхожу. Если их сын из‑за меня опоздает на церемонию вручения дипломов — это будет худшая реклама в моей жизни. А я ведь маркетолог. Пусть и будущий.

— Ты очень красивая, Маша, — звучит, стоит мне открыть дверь и выйти в этот враждебный мир. В ванной я чувствовала себя лучше. Там я была дальше от его родителей.

— Спасибо, — рисую на лице улыбку и целую Демьяна в щёку. Потом тянусь к его галстуку, чтобы просто провести пальцами по безупречному узлу.

Я завязывала этот узел добрые сорок минут, но в конце концов у меня получилось идеально! Поверьте, меня бы и в моряки взяли! Нет, без шуток, он действительно идеален. Я рассматривала этот узел под разными углами, прежде чем заявить, что всё получилось. Надо добавить, Демьян к моим потугам был терпелив и даже бровью в недовольстве не повёл.

— Хватит накручивать себя. Ты им понравишься. — Говорит он, когда мы уже сидим в машине.

— Для тебя это важно… — да. Именно поэтому нервничаю. Потому что Демьян откажется от меня, если я не понравлюсь им.

— Важно. Но я знаю, что ты им понравишься. Иначе просто не может быть. — Он поворачивается ко мне, чтобы коротко поцеловать в губы.

Я не разделяю его оптимизма, но всё же улыбаюсь в ответ. А ещё… Его отец стопроцентно знал, где я и как живу, но сыну об этом не сказал. Почему? Потому что хотел успокоить, ведь Демьян ничего не смог бы сделать? Или потому что сыну не нужны были такие друзья?

Я довольно часто возвращаюсь к этим мыслям, однако сейчас они, кажется, подчинили моё сознание. И я прокручиваю их, прокручиваю… Боже, снова и снова без остановки. Эти мысли остаются со мной и когда Демьян отъезжает от подъезда, и по дороге к университету, и особенно тогда, когда нас останавливают пробки.

Уже когда мы выходим из машины, я подхватываю сумочку с подарком и сильнее зажмуриваю глаза, настраиваясь на позитивный лад. В конце концов, Демьян будет рядом, а прошлое мы уже обсудили, ведь так? Оно не вернётся и не помешает нам, правда же?

Пока Демьян набирает отцу, чтобы узнать, где они, я замечаю чету Лесовских первой. Несмотря на то, что видеть его семью мне не доводилось, сомнений, что это именно они нет абсолютно.

Представительный высокий мужчина в дорогом костюме с короткой стрижкой и резкими чертами лица, и рядом с ним женщина. Длинное в пол платье облегает стройную фигуру, красиво подчёркивая достоинства. Короткие белые волосы уложены в стильную причёску. А драгоценности сверкают даже сквозь разделяющее нас расстояние.

— Вот они, — кивает в ту сторону Демьян. И когда я перевожу на него взгляд, понимаю без йоты сомнений: мне просто необходимо понравиться им.

— Сынок! — всплескивает руками женщина, когда мы подходим ближе. Она обнимает Демьяна, целует его в щёку, а после недовольно цокает, — Что за убожество у тебя на шее?

И на этой фразе я замираю. Это она про…

Я вежливо осталась на несколько шагов позади, чтобы не нарушать семейную идиллию.

— Галстук завязан просто позорно. Будто змеюка обвилась! — она развязывает мою кропотливую работу и исправляет на огрехи, которые заметила. А я наблюдаю. Потому что… не отталкивать же мне её.

Надеюсь, фраза про «змеюку» касается исключительно ткани, потому что звучит с откровенным намёком.

— Мам, перестань, узел был вполне приличным. Ты слишком переживаешь, — посмеивается Демьян.

С ними он полностью расслаблен. Пожимает руку отцу, который подходит справа, не мешая жене поправлять внешний вид сына.

Всё это время я стою в стороне и наблюдаю, ощущая себя лишней. Появляется нелепое желание отправить Саше сообщение, чтобы она перезвонила, и сделать вид, что меня срочно вызывают на Марс вязать галстуки инопланетянам.

— Вот теперь это приличный узел, — кивает на свою работу эта статная дама.

— Это не важно, — фыркает Демьян с ласковой улыбкой. — Я хочу познакомить вас с Машей. — Он поворачивается ко мне, и приходится сделать несколько шагов вперёд. — Она моя девушка и очень важный в моей жизни человек.

Когда я подхожу к ним ближе, Демьян кладёт ладонь на мою талию, и я чувствую, насколько он напряжён.

— Внешний вид и поведение всегда важны, Демьян. Этому я тебя учил столько лет, — словно гром среди ясного неба произносит свою первую фразу мужчина.

— Конечно, отец, — сразу же реагирует Демьян.

И я вижу, насколько важно для Гончарова, а теперь уже Лесовского, быть достойным носить эту фамилию. Несказанная вечная благодарность застыла на его лице. Демьян до сих пор пытается оправдать, уверить, что они сделали правильный выбор. Тогда, много лет назад.

— Ох, так это твой узел я только что переделывала? — удивлённо поднимает брови женщина, сбивая эту не почтительную, нет, скорее благоговейную атмосферу, — Ничего, ты ещё научишься, — любезно улыбается она.