Его вопреки

Глава 38

На поиск вакансии я потратила чуть меньше трёх недель. В магазине я всё ещё продолжала работать. Демьян демонстрировал недовольство по этому поводу, впрочем пошёл на уступки, потому что я активно искала работу.

Тем не менее, даже уступив, он остался собой: отныне с работы меня забирал его знакомый Денис — и, этот вопрос, ясное дело, обсуждению не подлежал. Я и не пыталась. Теперь даже выходные, которые я настойчиво брала среди недели, дабы иметь возможность ходить на собеседования, были расписаны поминутно. За одним собеседованием было назначено другое и я ехала, пытаясь втиснуть их в свои такие теперь короткие два выходных. Ведь в субботу и воскресенье офисные работники отдыхали.

Необходимо подчеркнуть, что наши редкие разговоры с Демьяном стали эпизодическими. Большая разница во времени и собственные дела делали своё дело — мы отдалялись друг от друга, пусть оба и не хотели в это верить.

Приходя на собеседования, рассматривая глянцевые офисы, наблюдая за сосредоточенными людьми в красивых костюмах, я понимала, что действительно могу и всё сильнее хочу попробовать что-то иное, чем пробивать товары на кассе. Работу в магазине я всегда называла стартом. Но нет ничего более постоянного, чем временное. И, возможно, именно теперь пришло время начать перемены? Или хотя бы попробовать…

Поскольку лето понемногу заканчивалось, требований к вакансии у меня стало больше, чем в летний период — как, впрочем, и требований со стороны работодателей. Меня интересовал график работы, ведь я должна была продолжать учёбу; а их интересовало обо мне абсолютно всё. И на некоторые вопросы я отвечала растерянно.

Конечно, мой опыт в магазине пригодился совсем чуть-чуть, а вот красный диплом и то, что я удачно совмещала учёбу в одном из самых престижных вузов страны с работой — производило впечатление. Но когда менеджеры из HR-отдела слышали о продолжении учёбы, просто разводили руками и советовали прийти по завершению.

Последнее собеседование на сегодня держалось только на моём обещании Демьяну и самой себе — прийти. Мне уже надоело кататься по городу, не видеть из-за этого своего парня, да и в целом моя душа умоляла о стабильности хоть в чём-то.

И… вселенная дала мне такую возможность.

— Нам нужен курьер, — говорит статная женщина по имени Слава. — Одежда должна быть аккуратной. Подойдут джинсы, но блузка или рубашка обязательны, если вы хотите стать представительницей нашего холдинга. На ноги — мокасины или кеды. Но никаких огромных разноцветных кроссовок. У нас жёсткий дресс-код. — Заканчивает она холодным, деловым тоном. Её бежевого цвета платье сидит просто идеально, а стильная причёска подчёркивает моложавое лицо.

— Конечно, — киваю с готовностью, стараясь игнорировать вспотевшие ладони. — Это не станет проблемой, — уверяю и по пронзительному взгляду понимаю, что вкладываю в обещание куда больше убеждённости, чем требуется.

— Буду откровенна, вы мне понравились, Мария, — говорит она тоном тише, а я думаю о том, что такая перемена в голосе — очень, очень-очень добрый знак. — Так что, если наша служба безопасности не найдёт никаких вопросов к вашей биографии, всё будет отлично.

И вот здесь во мне всё опускается.

Потому что детский дом и жизнь у тётки…

Виталик! Я же совсем про него забыла… Он же её сын! Виталик проходил по делу о поджоге! А Гера! Господи…

Какие именно связи проверяет служба безопасности? Потому что если найдут Виталика или Геру — всё. Магазин и касса станут местом, на которое я буду молиться всю оставшуюся жизнь.

С такими мыслями я провожу два долгих дня, пока, наконец, не получаю электронное письмо с приглашением попробовать свои силы на должности курьера.

И, сидя перед экраном ноутбука, в седьмой, наверное, раз перечитывая это письмо, я понимаю, что смогла. Смогла!

Эмоции переполняют, я ощущаю то, ради чего стремлюсь к самостоятельности — чувство гордости за себя. Понимание, что я смогла. Не кто-то другой, а я. Именно я смогла. И пусть это лишь ступенька, но ведь это только начало, правильно?

И если получилось сейчас, то и потом получится, ведь так?

Из магазина уходила со скандалом. Любава Михайловна манипулировала, угрожала и кричала, но фактически ничего не могла сделать. Разве что к стулу привязать, да и тот на колёсиках… Но по-настоящему Шевцова взорвалась в тот момент, когда я сказала, что подставлять никого не хочу и отработаю две недели. Не знаю, что именно она разглядела в моей фразе, но в ответ грубо отправила в эротическую кругосветку. Конечно, доказывать я ничего не стала. Наоборот, пошла туда, куда было велено. И уже с понедельника вышла в офис.

В офис — громко сказано, конечно. Я же больше моталась по центру, иногда оказывалась немного дальше от него, а никогда и на окраинах. График был стандартным: я начинала в девять, заканчивала в семь, приходила домой выжатая, как лимон, но очень довольная собой.

Демьян был счастлив за меня и рад, что я прислушалась к нему. Выбрала его. Но времени друг на друга у нас становилось всё меньше. Ведь если мои выходные стали теперь официально свободными и для этого больше не нужно было уговаривать Шевцову, то Демьяна с нарастающей частотой приглашали на неофициальные важные встречи не менее важные люди. И он обязан был присутствовать.

Моя жизнь стала однообразной, одинокой и очень тоскливой. Поэтому, когда в очередной раз мне позвонила Саша Сомова с предложением встретиться, я согласилась. Что угодно, лишь бы не сидеть здесь одной.

___________

Сомова на горизонте. Ждём беду или она пришла с миром?

Даю большую главу за вечерние прогулы и этим вечером исправлюсь большой главой)