Его вопреки

Глава 39.1

— О, Машка, мы будто сто лет не виделись! — улыбается она, когда я приземляюсь в мягкое кресло местной кофейни.

На самом деле я не соглашалась на встречи намеренно и вполне осознанно. Но Саша тоже поступает в магистратуру и лучше нам поговорить здесь, чем устраивать сцены посреди университета. В прошлом учебном году я и так стала чересчур популярной.

— Да, привет, — киваю куда спокойнее, чем любая девушка на моем месте, которая давно не видела свою лучшую подругу.

— Ну, рассказывай, что нового, как дела? — спрашивает она, не замечая моего состояния.

— Всё как и было. А у тебя?

— Ой, у меня всё грустно и неинтересно, — Саша манерно машет рукой, требовательно глядя на официанта, пока я всё ещё разглядываю меню, которое заботливо оставили на столе. — «Панна котту» на кокосовом и мохито, — обращается к только что подошедшему работнику.

— Конечно, а для вас? — спрашивает меня Руслан. Имя читаю на бейджике.

— Пожалуйста, «Оперу» и молочный коктейль. С банановым вкусом, — добавляю, подумав секунду.

— Это место превращается в забегаловку, — цокнув языком, комментирует Саша через секунду после того, как Руслан оставляет нас вдвоём. Я же поднимаю на неё удивлённый взгляд. — Он даже не спросил, буду ли я алкогольный коктейль или нет, — разводит руками в привычном для неё, претензионном жесте. В том самом, который кричит: «Господи, как можно быть такой недалёкой?!»

Не удержавшись, закатываю глаза:

— Это кофейня. Тут не подают алкоголь. Максимум — десертная пропитка.

— Значит, пора уже ввести. Я бы заказала, — непринуждённо улыбается. А я начинаю закипать.

Неужели она не понимает, как вела себя у нас дома? Неужели ни капельки не шевельнулось в ней хотя бы сейчас, когда моё недовольство настолько прозрачно?

— Ты слышала, что Макар с Ариной сделал? Это было просто... Я даже не могу придумать слово!

— Омерзительно. — Подсказываю. Только интонация у меня не восторженная. Я чувствую отвращение.

— Никогда не понимала, что у вас может быть общего, — морщится Саша и убирает руки с небольшого столика, давая место официанту расставить коктейльные стаканы и небольшие тарелочки с десертами. Он интересуется, не желаем ли мы чего-то ещё, и, услышав ответ, уходит.

— Она искренняя, — отвечаю на вопрос, — Пылкая, неудержимая, острая на язык и немного слишком болтливая, но настоящая. А тебе она чем не нравится? Тем, что Туманова — подруга Таи? А у Таи с Аланьевым отношения? — и взглядом её пронзаю. Не прошёл ли мимо нас Демьян таким же образом?

Ведь если между Сашей и Аланьевым никогда ничего не было, то между ней и Демьяном — было. Пусть и несерьёзно. Может же быть такое, что для него — несерьёзно, а для неё — вполне?

А ещё она может желать продолжения…

Эта мысль заставляет выпрямить спину; я чувствую тошнотворный озноб на своей коже.

— Аланьев — да, — ведёт дальше Сомова, — бесит страшно, потому что я до сих пор не могу понять, что такого он нашёл в той серой мыши. — Фыркает, закатив глаза, — Но Арина бесит тем, что она зазнайка. Ходит такая себе мисс Вселенная! Голову задерёт, будто корону на голове носит. Ненавижу надменность. И лицемерие тоже, — в дополнение к последней фразе она размахивает десертной ложечкой, а потом втыкает её в сливочное желе.

— Какое лицемерие, Саша? — мои брови удивлённо взлетают, — Вы не общаетесь, ты её откровенно терпеть не можешь, Вот с тобой она и разговаривает так — никак.

— Ты её ещё утешь сбегай! Тоже мне, защитница! — всплескивает руками в картинной манере. Раньше такие её жесты казались мне забавными, сейчас же они раздражают.

— Вряд ли ей сейчас нужна чья-либо жалость. Арина не из таких людей. — Слова звучат уверенно и спокойно. Самая опасная смесь. У меня прекрасный наставник в этом деле.

— Ага! Не из таких. Пришла красотка в университет, будто ничего не произошло. Ни на кого не смотрит, на вопросы не отвечает. Ни единой реакции!

— А чего ты ожидала? Слёз, истерик? — спрашиваю с вызовом в голосе.

Даже если Сомова и Туманова не общаются, есть ещё такое понятие, как женская солидарность! Как вообще можно глумиться над тем, что произошло?

— Только покажи слабость — загрызут. Туманова девочка умная, знает это.

На самом деле я могу лишь догадываться, чего стоит Арине держаться. Но я не позвоню ей. Я не унижу её своими звонками и бессмысленными вопросами. Иногда самая ценная помощь — не лезть.

— Но делать вид, что ничего не произошло, тоже неправильно. Все следили за их отношениями, как за сериалом! Брукс твой, кстати, Ветрова еле оттащил от Мишки Латаева. О! — вскрикивает Саша и глаза её загораются огнём гениальной идеи, — ты бы спросила у него подробности. Он там был, — кивает со знанием дела, облизывая ложку.

— С ума сошла? Я не стану в этом копаться! — я даже от столика отодвигаюсь несознательно; отшатываюсь и от неё, и от предложения. Я кожей чувствую, как сильно мне хочется оказаться как можно дальше от всего этого...

— Да мне просто интересно и хочется узнать из первых уст! — убеждает она с немалым энтузиазмом.

— Неужели тебе мало, Саша? — спрашиваю после долгой, и такой громкой паузы, — С ней так поступили, а вы смакуете подробности до сих пор. Неужели тебе её не жаль? Чисто по-женски.

Она пожимает плечом, поджимает губы, приподнимает брови… Её лицо кажется мне задумчивым.

— Может быть, чуть-чуть и жаль, но всё равно интересно. — Признаётся, по-детски выпятив нижнюю губу, — Ладно, не будем об этом! — выражение её лица выглядит заинтригованным, когда Саша задаёт следующий вопрос, — Как там твоя любовь на расстоянии? Я так понимаю, настоял, чтобы ты работу сменила.