Его вопреки

Глава 43

Демьян вылетает во Флориду следующим же утром, в шесть часов утра. Он категорически настаивает не ехать с ним в аэропорт, потому я остаюсь дома после долгих поцелуев в дверях. Потом, после того как дверь хлопает, бегу к окну. Наблюдаю, как он машет мне рукой, а я в ответ отправляю ему много-много поцелуев.

Демьян всё же садится в такси бизнес-класса, а я ещё долго остаюсь прикована глазами к стеклу. И лишь мои слёзы, которые сдерживаю изо всех сил, отделяют от звонка ему.

Я больше не задаю вопрос: «Как же я буду без него?», потому что в полной мере прочувствовала, как оно.

Сложно.

Следующие дни, кажется, тянутся долго, однако пролетают очень быстро. Я отчаянно погружаюсь в режим «учёба-работа» и бегаю, словно одержимая делами белка-психичка. Только бы не сдуреть от той тоски, что изнутри разрывает.

Демьян лечился от семейных неурядиц, продолжавших звенеть от напряжения, тем же, чем от одиночества лечилась и я — работой. Конечно, наши звонки не стали чаще — разница во времени была гигантская и такая же невыносимая и ощутимая. Однако теперь разговоры были полны тепла, доверия и откровенности.

Захар появлялся в поле моего зрения изредка. Он так и остался моим другом-великаном, который развлекал меня болтовнёй. Наши диалоги всегда сопровождались улыбками, дурацкими шутками и объятиями на прощание. Я не спрашивала о той девушке, за которой он наблюдал, но сама несколько раз видела её у расписания и в коридорах.

Уже позже я узнала, кто она такая.

Саша же больше времени уделяла вечеринкам и встречам с новыми друзьями, с которыми познакомилась летом. Она несколько раз приглашала присоединиться, чтобы развеяться. По её мнению, я снова слишком много работала и училась, что совсем забыла о радостях жизни. Предложения раз за разом были отклонены; на подобные сборища идти желания не было.

Да, дружба между нами продолжалась, но что-то всё-таки меня тревожило. Что-то… чему я никак не могла дать название. И за это чувство я испытывала вину, ведь Саша была со мной искренняя.

Сложнее всех было Арине Тумановой. Внешне казалось, что она такая же, как и была. Но что-то в ней надорвалось. Она больше не давала отпор в своём неизменном стиле — коротко и с королевской уверенностью; она больше не смеялась громко, не стесняясь никого.

Тая Жарова не пошла в магистратуру, но я часто видела Арину рядом с Аланьевым. Таким образом друзья поддерживали её.

Нередко я останавливалась рядом с Аринкой в коридорах, чтобы развлечь её разговорами. И мне казалось, она радовалась моментам перевести дух. Но даже наедине я почти ясно видела тот щит железной леди, которым Туманова окутывала себя теперь. Лёгкость испарилась, вместо неё появился цепкий взгляд.

Я сменила куртку на пальто, когда деревья начали сбрасывать листву, устилая дорогу прекрасным цветом. Днями сильно лило, поэтому времени на доставку документов уходило больше по сравнению с летом. Компания «Хантер» официально оформила меня на полставки курьером, и теперь я имела полное право болеть и ходить в отпуск за её счёт. Однако официальная работа или нет, я добросовестно работала в обоих случаях. Почему? Всё просто: если работодателю не нравится твоя работа — тебя увольняют. Какая ещё нужна мотивация, чтобы себя обеспечить? Поэтому я бегала так быстро, как позволяли мои новенькие удобные сапоги — купленные на зарплату, с папкой в одной руке и зонтом в другой. А когда звонили из офиса, я держала зонт шеей, потому что нужно было ответить на звонок, не замедляя шаг. Эти усилия не были стандартами компании, это были мои собственные стандарты, и я стремилась им соответствовать.

Тогда, когда ударили первые заморозки и землю припорошило снегом, я переоделась из пальто в пуховик. Снега мело много, появлялись волшебные сосульки, что сказочно оплели деревья, окна расписывал морозец. Так зима объявила о своём господстве.

В воздухе я чувствовала запах мандаринов и счастья, которое вот-вот окутает меня. Я суетилась привычными делами, какими заняты хозяйки перед каждым праздником — придумывала меню, искала новые рецепты на страницах кулинарных блогеров. Для меня это было чем-то новым, неизведанным, и я ощущала настоящий водоворот эмоций, потому что… Демьян приедет на Новый год.

Забегаю в офис, быстро стаскивая шапку. Контраст морозной улицы и уютного офиса, который хорошенько отапливается, ощутим настолько, что захотелось раздеться полностью.

Бывает так, что дел нет и тогда я жду дальнейших распоряжений в офисе, зачастую на кухне. Однако стараюсь не мешать другим сотрудникам своим там присутствием. Всё-таки я всего лишь курьер. Но сегодня совсем не такой расслабленный, а напротив — просто сумасшедший день!

Я забегаю на несколько минут за новой папкой, чтобы срочно доставить её на другой конец города. Отдохнуть и выпить горячего чая времени нет.

Именно посреди тёплого холла, недалеко от ресепшена, меня и застаёт звонок Демьяна. Увидев входящий, хмурюсь — он никогда не звонит в это время в рабочий день. Мы ведь хорошо изучили графики друг друга: у него аврал там, я зашиваюсь здесь.

— Алло, — показав знак офис-менеджеру Марине, что подойду через пару минут, я отхожу к окну, пытаясь хоть кое-как уединиться. Сердце бешено стучит в висках. Кладу руку на грудь, стараясь взять себя в руки.

Что-то случилось. Что-то случилось…

Если что-то с родителями, то, в принципе, я могу попробовать отпроситься. Мне просто нужно уточнить, нет ли на сегодня срочных... Господи, я же курьер, меня для срочной доставки важных бумаг наняли!

— Маша, — его обращение, сказанное тяжёлым голосом, оставляет после себя неприятное послевкусие. Демьяну будто трудно даются слова. Слова в целом. И подбирать, и произносить.

Что происходит?

— Демьян, — я нервно и неуместно пропускаю смешок, — прошу тебя, не пугай так.

Тяжёлый вздох никак не успокаивает, поэтому я прикрываю веки, сильно зажмурив глаза.

Фантазия скачет от «кто-то умер» до «у него появилась другая женщина». И самое страшное заключается в том, что я не знаю, — я просто не знаю, — что именно предпочла бы услышать из этих двух вариантов, если бы могла.