Его вопреки

Глава 47

— Демьян, — обращаюсь к нему, переворачивая мясо на сковороде. Он сидит за столом, пьёт кофе и наблюдает за мной. Оборачиваюсь, потому что видеть реакцию на свои слова — необходимость, которой я не могу противостоять. — Если я соглашусь стать твоей женой, — почти мурлычу, — я буду Лисовской?

— А ты хочешь согласиться?

Мужской взгляд становится пронзительнее, Демьян немного наклоняет голову вправо, рассматривая меня. И столько всего в его взгляде скрыто.

Только для меня одной.

На самом деле это единственное, о чём я способна думать последние дни. И нельзя сказать, что меня пугает такое будущее. Совсем наоборот. Возможно, моё прошлое заставляло блокировать саму надежду на создание семьи, потому что… Потому что я была несчастным ребёнком после того, как мои родители погибли. Но сейчас всё чаще я фантазирую, какой могла бы быть моя собственная семья, и размышления об этом отзываются внутри теплом. Понимание, что я хочу превратить мечты в реальность с мужчиной, который хочет того же… на глазах снова блестят слёзы — это желание слишком смелое для меня. Но я могу прекратить преждевременное разрушение, позволив себе… всё.

Какой была бы моя семья? Безусловно, счастливой. Конечно же, любящей. И почему-то я представляю нескольких детей. И теперь, разглядывая Демьяна, я задумываюсь, какие именно его черты унаследовал бы наш сын. Или дочка.

Теперь, когда инстаграм предлагает мне фото свадебных платьев, я не пролистываю картинки, а разглядываю, присматриваясь. И мне невероятно хочется, чтобы он смог произнести: «моя жена».

«— Познакомьтесь, это Маша, моя жена — с гордостью произнёс бы он».

— А ты сделаешь мне предложение ещё раз? — улыбаюсь, всплыв из грёз, что окутывают ласковым теплом. Или близким будущим?

Дурында, Маша. Такое признание в ресторане испортила. Всё у нас не как у людей.

Демьян поднимается из-за стола, на губах играет кошачья улыбка, а он сам выглядит ну очень довольным. И я улыбаюсь, смакуя предвкушение. Прикусываю губу, почему-то встаю на цыпочки. Господи, почему я так волнуюсь?

Оказавшись напротив, Демьян кладёт ладони по бокам от меня и шепчет прямо в губы. Искуситель.

— Ты выйдешь за меня, Маша Лунёва, Ундина из легенд, моя любимая женщина?

— Да.

И это моё «да» — только между нами. Он ловит ответ ртом, соединяя нас поцелуем, чтобы впопыхах выключить плиту и, подхватив меня на руки, отнести в нашу спальню и доказать, насколько сильно он любит...

Мы назначили свадьбу на семнадцатое сентября. Подготовка кипела, а я принимала непосредственное участие во всём этом. На самом деле мне вообще не хотелось чего-то безумно-роскошного. Чем плоха тихая регистрация только с близкими и фотосессия молодожёнов? Вот и я говорю — ничем.

Но я выходила замуж не только за своего любимого, я вступала в семью Лесовских. А у них так заведено небыло.

— Сколько людей будет с твоей стороны, Маша? — спрашивает Лада Борисовна, разложив перед собой разнообразие образцов свадебных приглашений.

Перед ней ноутбук, и она без остановки кому-то выписывает. Кому-то, кто занимается нашей свадьбой. Ну, как нашей... Свадьбой семьи Лесовских.

Вопрос заставляет выпрямить спину, потому что ответа нет. На самом деле это ещё одна причина, почему я не хочу шумной свадьбы. Из близких друзей у меня только Саша. Из близких людей — мужчина, чьё предложение я приняла. А другие... Зачем они мне?

Конечно, я общаюсь с коллегами из «Хантера», но приглашать их на свадьбу просто бессмысленно. С одногруппниками связь не поддерживаю — все погрузились в свою жизнь, и даже общий чат молчит.

О так называемых родственниках даже речи быть не может. Но в этом пункте я категорически настаиваю, чтобы наши с ними отношения отсутствовали до моего конца.

— Только две подруги и два друга, — пожимаю плечами.

Пока госпожа Лесовская своим показательным молчанием намекает на продолжение моей реплики, я усиленно делаю вид, будто полностью поглощена изучением приглашений цвета пыльной розы. Интересно, сил нет!

— Четверо? Маша, ты что? Это же станет событием как минимум сезона, если не года! Ты выходишь замуж за Лесовского! Только представь: единственный сын Лесовских женится. Будет пресса, коллеги Романа. Люди соберутся отовсюду. Ты должна пригласить минимум пятнадцать человек! — Лада Борисовна жестикулирует так быстро, что голова кружится.

Каждая наша встреча заканчивается похожим образом. Чем-то таким, что я едва выношу. С трудом прикусываю язык, чтобы не сорваться вслух. Перевожу мысли на то, что через два часа окажусь дома и порадую Демьяна сюрпризом. Я всё представляю его лицо, и это волнует меня гораздо сильнее, чем наличие или отсутствие на собственной свадьбе людей, которых я впервые увижу. И скрее всего больше никогда.

— Единственное, что я могу, Лада Борисовна, — стараюсь дышать, — это клонировать Александру, Наталью, Степана и Захара. Потому что мне действительно больше некого пригласить.

Пока не говорю, что Захар под вопросов из-за соревнований. Берегу сердце будущей свекрови.

— Какой ужас, — выдыхает она не своим голосом и театрально хватается за голову. Так, будто мои слова — конец света. Хотя кто знает этих богачей? — Ладно, Маша, сделаем так: ты ещё раз хорошенечко подумаешь, кого можно пригласить на такое величественное событие и напишешь список, — сама себе кивает. сама себе кивает, не дожидаясь ответа. — Так, по экстренным вопросам… — она важно вглядывается в экран. — На счёт медового месяца. Как вам Доминикана?

— Мы хотели бы поехать в Японию. Посмотреть, как они живут. Это как словно другое измерение, — мечтательно говорю я. На самом деле мне хотелось в Альпы, но туда Демьян пообещал отвезти меня зимой.

— Ох, дети, что же у вас за выдумки? — всплескивает руками со снисходительной улыбкой. А я готовлюсь к очередному раунду. Уже по глазам вижу — что-то будет.

— А что плохого в Японии? — я действительно не понимаю.