Его Заучка

Глава 2

Глава 2

Ульяна

Я задыхаюсь. Поворачиваю голову к Артуру и сталкиваюсь взглядом с серыми глазами, в которых нет привычного льда. Только неясная жадность. Зрачок в глазах сейчас огромный. Заполняет собой всю серую радужку. Парень тяжело и часто дышит, из-за чего широкие плечи быстро вздымаются и опускаются. Рука на моей ноге не остаётся на месте. Медленно ползёт выше. Под ткань юбочки. Я с силой сжимаю ноги, опускаю руки под стол и пальчиками впиваюсь в крепкое запястье Артура. Мне даже сил не хватает, чтобы остановить руку парня. Артур, как всегда, не обращает внимания на моё сопротивление. Скользит пальцами от острой коленочки по ноге выше. Напролом.

— Ар-р-р-т-т-тур, — заикаясь, лепечу я. — Ты что творишь? Прекрати это!

— Так что, Ульяна? М-м-м? — с шумом втягивает воздух у моего виска. — Скучала, Уля-я-я? — моё имя он тянет, перекатывает на языке.

— Артур, прекрати. Умоляю, — я ноготками впиваюсь в запястье парня, понимая, что никак больше не остановлю парня. Только причиняя боль.

Парень вздрагивает. Но руку не убирает. Только сжимает мою ногу, заставив меня застонать от пронзившего всё тело странного жара. У меня будто внизу живота взорвался тёплый шарик. И горячее содержимое разлилось по телу.

— Всё та же реакция, Заучка, — сипит парень. — И пахнешь ты также.

— Дешевкой? — спрашиваю с обидой в голосе и прикусываю нижнюю губу, хмуря брови и быстро моргая.

На глазах вновь навернулись слезы. Обиды и боли.

_И на вкус, как дешёвка._

Помню. Слишком хорошо помню, как он произносил эти слова.

— Маленькая глупая Заучка, — губы Артура в мимолетном жесте прижимаются к мочке уха. — Наивная.

Его рука застывает у самой кромки трусиков. Вздрагиваю.

— Убери, пожалуйста, руку, Артур. Мне некомфортно, — прошу совета слезами на глазах.

— Заучка, разве ты забыла, что я тебе говорил? М-м-м?

— Так! Новенькие! Это что такое? Это... Вон из класса!

Я подпрыгиваю, с силой сжав ножками руку Артура, и смотрю с испугом на учителя биологии, которая краснеет от ярости и пальцем указывает на дверь.

— Я что-то неясно сказала? Вон!

Взгляды одноклассников тут же замирают на нашей парте. Я подскакиваю, пряча за волосами красное лицо, и бегу на выход из кабинета. Мне настолько стыдно, что кажется сгорю.

— Извините, — шепчу себе под нос.

Вылетаю в коридор, тут же застываю, закрываю лицо ладонями и всхлипываю. Боже! Стыд какой!

Больше думать и смущаться мне не даёт Артур. Парень обвивает рукой мою талию, вздергивает в воздух и тащит куда-то.

— Ой! — выдыхаю, чувствуя, как с носа слетают очки. И на них наступает ногой Артур.

Но парню плевать на это. На громкий треск и разбитые стекла. И на моё жалкое сопротивление. Он несёт меня куда-то.

— Артур! П-п-пусти меня! Пусти!

Пальцами снова обхватываю запястья Артура. Тяну их в стороны, пытаясь разжать крепкий замок его рук на талии. Но ничего не выходит. Ни-че-го! Я как беспомощный котёнок в пасти пса.

Парень открывает совершенно неприметную дверь. И вносит меня в крохотную кладовую, где стоят вёдра и швабры. Захлопывает дверь. А я тут же начинаю биться в панике.

— Темно. Тут темно. Артур! Мне страшно! Выпусти, выпусти, умоляю!

— Тш-ш-ш! Тише, Уля. Тише, Уль.

Огромные ладони ложатся на лицо. Лба и носа касается частое дыхание Артура. Мы в кромешной темноте. Не видно ничего. Даже силуэтов. Я чувствую себя слепым и беспомощным котёнком. Слепо шарю руками в воздухе, ищу дверь. Мне даже кажется, что в этой темноте вдохнуть не могу. Что стены сужаются со всех сторон и давят на меня.

Но вместо двери натыкаюсь лишь на Артура. Снова и снова.

— Заучка! — рычит мне в лоб. — Прекрати немедленно! Я не железный.

Не сразу осознаю, что имеет ввиду Артур. Пока не понимаю, что мои руки шарят по его телу. Так и замираю, переключаясь со страха перед темнотой на страх перед Артуром Бунтарёвым. Мы с ним одни. И я не имею понятия, что он собирается делать. Дрожу от страха. И чего-то ещё. Незнакомого и пугающего, что растёт в груди и расползается под кожей, когда он рядом.

Всё моё естество концентрируется на прикосновении ладошек к широченной грудной клетке парня. На том, как сильно бьётся ледяное сердце в самую середину. На Артуре сегодня голубая рубашка из плотной ткани. Гладкой и приятной на ощупь. Но она даже не спасает от жара кожи парня. Даже сквозь неё я чувствую, насколько обжигающая она. И насколько твёрдые грудные мышцы. Я не ведаю, что творю, когда скольжу рукой ниже.

— Заучка, — впервые слышу в голосе Артура такие нотки.

Будто... Будто он огромный опасный кот, который вдруг решил заурчать.

Руки Артура всё ещё удерживают моё лицо. Большие пальцы медленно скользят по щекам, а потом ложатся на губы. С обеих сторон. Полностью накрывая.

— Ой, — срывается с губ.

И парень тут же пользуется этим. Сминает приоткрывшиеся губы. Я замираю, жду, что палец проскользнет дальше, но этого не происходит. Артур просто водит большим пальцем левой руки по губам. Поочерёдно. То по верхней, то по нижней. Я забываю, как правильно дышать. Покорно приоткрываю рот. Шершавая подушечка пальца Артура щекочет нежную кожу губ. Она словно оставляет на коже мурашки, которые напитаны огнём и разносят его по всему телу. По каждой клеточке. Даже той, о которой я не подозревала.

— Заучка моя, — хрипло выдавливает Артур.

Я не вижу в темноте, но чувствую, что парень склонился надо мной. Его частое дыхание опаляет лицо. Губы. И в темноте мне кажется, что Артур Бунтарёв меня целует. Что это не шершавые пальцы скользят по абрису, а жадные губы. Приоткрытым ртом я ловлю его дыхание. С привкусом чего-то имбирного. Терпкого. И вкусного.

Я хнычу от остроты чувств. От того, что в темноте не могу ничего увидеть, все чувства обостряются в сотни раз. Кожа становится тоньше. Чувствительнее.