Эхо чужих грехов

Глава 31. Великая княгиня

В день, когда её сыну исполнился год, Катя сняла траур и впервые приехала на приём в «литературный» салон Долли. Графине Ливен хватило нескольких дней, чтобы приучить гостей к присутствию своей подруги, а уже через месяц все считали, что прекрасная как день графиня Бельская всегда была самым лучшим украшением салона.

Катя и сама удивлялась, как быстро привыкла к новой роли, и самое главное, насколько эта роль ей нравилась. Конечно, со стороны могло показаться, что графиня Бельская нуждается во всеобщем одобрении и в восторге поклонников, самым преданным из которых оставался Сергей Курский, но дело было в другом. Катю окрылил успех: всё у неё получалось, и она знала ответы на все вопросы. Жизнь бросила ей вызов, и Катя справилась. Она просто научилась жить, и это оказалось так здорово!

Лондонская зима уже сменилась весной четырнадцатого года, когда Долли попросила помочь найти дом, достойный того, чтобы в нём проживала великая княгиня.

- Екатерина Павловна, любимая сестра нашего государя, решила предварить его поездку в Англию, - сообщила графиня Ливен. – Императрица-мать написала мне, что не хочет, чтобы визит её дочери посчитали официальным, и можно ставить сто к одному, что Екатерина Павловна захочет прямо противоположного. Сколько себя помню, такое противостояние меж них было всегда. Так что придётся нам пройти по лезвию ножа, чтобы не обидеть ни ту, ни другую августейшую особу.

– Рядом с моим есть очень хороший дом, но он всегда закрыт. Штерн утверждает, что этот особняк принадлежит герцогу Гленоргу, а тот обычно живёт в своем имении, – вспомнила Катя и предложила: – Я могу договориться с прислугой, и мы, если хочешь, посмотрим дом.

– Прекрасно! Давай завтра утром и поглядим, – решила Долли.

Договориться с прислугой не составило труда, и подруги отправились смотреть соседний особняк. В стене, разделявшей усадьбы, имелась небольшая калитка, и они прошли через сад. Участок герцога оказался больше, чем у Кати, и, несмотря на огромные размеры дома, прилегающий сад был большим и тенистым. Кроме розария, дамы обнаружили и тисовую аллею, и маленький пруд с золотыми рыбками, и мраморную беседку с ведущим в неё кружевным мостиком. Ну и сам дом, к счастью, не обманул ожиданий.

– Надо же, я даже не могу поверить, что мы в Лондоне – это просто рай! – воскликнула Долли. – Давай пошлем Штерна на переговоры, и, если хозяин согласится, снимем дом для великой княгини.

– А какая она, Екатерина Павловна? – устав бороться с любопытством, спросила Катя.

Выражая высшую степень восхищения, Долли закатила глаза и объявила:

– Като – единственна в семье, кто унаследовал характер от бабки Екатерины, недаром что тёзка. Эта девушка отказала Наполеону - побрезговала стать женой императора, а замуж вышла за нищего немецкого принца и заставила брата сделать того генерал-губернатором Тверского края. Все думали, что она чудит, а Като устроила для себя отдельную столицу. А причина в том, что она всегда должна была первой. Поэты, писатели, историки – все съехались в Тверь. Ну и в делах благотворительности дочка наступает на пятки своей матушке.

Показалось ли Кате, что в словах подруги мелькнул отблеск иронии? Но Долли выглядела так же, как всегда – милой, благожелательной и очень деловой.

- Получается, что в России великая княгиня делает много добра, но зачем она тогда едет сюда? Как же можно оставить без присмотра такие начинания? – удивилась Катя.

Долли лишь вздохнула. Похоже, что не всё было так радужно.

- Екатерина Павловна овдовела: муж её умер в декабре двенадцатого года, и она больше не хочет возвращаться в Тверь. Отправилась за братом на войну, а теперь едет в Англию, собирается готовить почву к его визиту. Императрица-мать написала мне личное письмо, где намекнула, что все в семье устали от Екатерины Павловны и просто жаждут найти ей нового мужа. Так что мне следует хорошенько подумать на эту тему.

Долли развела руками, как будто расписываясь в своем бессилии, а потом расхохоталась и обняла Катю.

– Кстати, о замужестве – ты в очередной раз отказала князю Сергею.

- Откуда ты знаешь?

- Каждые три месяца Курский впадает в чернейшую меланхолию, а это значит, что он опять к тебе сватался и получил отказ.

- Ну, только не на сей раз, - попыталась защититься Катя. – Он просто спросил, не изменила ли я своего решения по поводу замужества, а я ответила, что нет.

Долли скептически хмыкнула. Она-то была совершенно уверена, что если у женщины есть возможность сделать прекрасную партию, то та должна этим воспользоваться. Упрямство Кати графиня считала блажью, и сейчас не преминула высказаться:

- Ты не права! Курский – хорошего рода, единственный наследник родителей, к тому же красавец. Он обожает тебя и станет хорошим отчимом Павлуше. Чем тебе не партия?

– Я просто не хочу выходить замуж!

– Ну, а как же альковные радости? – лукаво осведомилась Долли. – Ты по ним не скучаешь?

Катя покраснела, но всё же призналась:

– Я не знаю, о чём ты говоришь, мой опыт семейной жизни был слишком мал.

– Да что ты? – не поверила Долли. – Так ты не знаешь, что теряешь? И сколько раз ты была в постели с мужем?