Эхо пустых комнат

Гангрена реальности

Чтобы не исчезнуть окончательно, Элиас начал коллекционировать чужие жизни. Он читал рукописи по четырнадцать часов в сутки. Он «впитывал» эмоции персонажей, чтобы заменить ими свои выжженные чувства.

​«Если я буду чувствовать боль вымышленного героя, моя собственная боль перестанет жрать меня изнутри», — думал он.

​Но у этого процесса была побочная цена. Грань между «Я» и «Текст» истончилась.

Это случилось в дождливый четверг. Элиас работал над дешевым любовным романом. На странице 142 героиня признавалась в любви, и эти слова были так похожи на те, что когда-то шептала ему Марта, что Элиас не выдержал. Его слеза упала на страницу.

​Чернила не расплылись. Напротив, они начали жадно впитывать влагу. Слово «ЛЮБОВЬ» на бумаге вдруг вздулось, запульсировало и стало объемным, как черная вена.

​Элиас в ужасе отпрянул, но заметил, что его ладонь, которой он коснулся страницы, стала... серой. Кожа на кончиках пальцев превратилась в пергамент. На подушечке указательного пальца, вместо папиллярных линий, он отчетливо увидел напечатанное мелким шрифтом слово: «ОТЧАЯНИЕ».

Безумие прогрессировало. Разбитое сердце больше не болело — оно превратилось в чернильницу, которая постоянно протекала.

​Он начал видеть «ошибки» в реальности:

  • ​У прохожих на улице не было лиц, вместо них были титульные листы с кратким описанием их скучных судеб.
  • ​Его квартира начала уменьшаться. Стены сближались, становясь полями книги.
  • ​Он перестал есть обычную еду. Вкус яблока теперь напоминал вкус типографской краски.

​Элиас понял: его сердце разбивали столько раз, что его «человеческая оболочка» просто не выдержала давления реальности. Он «треснул», и в эти трещины хлынул Сюжет. Тот самый Сюжет, который теперь захватывает тебя.



Отредактировано: 19.01.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять