Эхо шторма. Обитель отверженных магов

Глава 24. Чутье

Казалось, что Кай неправ, бездействие не поможет. Даже «мордашка» Аи не сработала: после испытания Левин не стал появляться на тренировках чаще или давать задания сложнее очередной уборки.

Не происходило ничего интересного.

Ходили слухи, что Жан, помимо зала, занимался с Гадюкой, но на площадке они не показывались — вряд ли место презентабельно для ухоженной морионки. Джею, похоже, совсем надоели бывшие курсанты, он чаще оставлял подопечных вдвоем и либо уезжал на своем байке, либо пропадал в комнате девчонок.

Ая не горела желанием вписываться в их компанию, хотела убраться оттуда поскорее. Ее растворяло в пыльном пейзаже поздних весенних дней, походивших один на другой. Бесконечные обрывки кирпичных стен, которым не суждено вырасти, уродливо торчащие балки, ржавчина — оставленные надежды что-то построить. А в перерывах — потрепанный коридор и скрипящая от беспокоящих мыслей кровать.

Время застыло. Неугодные эсперы прозябали на отшибе мира, можно подумать, не было рядом никакой столицы с ее суматошной жизнью, амбициями и слепящими красками.

Но в один день кое-что все же изменилось. Обитель, словно старую картину, спрыснули лаком, и она ожила.

Когда Ая с Каем возвращались с тренировки, у входа скакал… ребенок. Маленькая девочка лет пяти со светло-русыми кудряшками порхала между эсперками. Локоны, увенчанные зелеными бантами под цвет глаз, скакали в такт движениям маленького существа, рюши розового платья колыхались. Оно было не приторно ярким, как ожидается у детей, — спокойный припыленный цвет. В этом всем и с фарфоровой кожей малышка напоминала куклу из антикварного магазина.

Сколько же она создавала шума! Это было раздражающе, но ожидаемо, а Ая никак не могла понять другого: что происходит, почему среди явных преступников, да еще и эсперов, ребенок??? Они что, с ума посходили!

— Это дочка Катрин, — пояснила Наиль так, будто Ая должна знать, кто это.

Пацанка подхватила ребенка.

— Я Еся, — девочка протянула руку.

Ая попятилась. Раньше она не общалась с существами такого возраста, да и вообще — с детьми. Что, если она что-то сделает не так, придет мать и начнет орать?

— Уже и ребенка боишься? — съязвил Кай. Однако и он приближаться не стал. В ответ на красноречивый взгляд Аи парень скривился: — Не люблю мелких.

Еся скорчила рожу.

— Ты бука!

Наиль поставила ее на ноги:

— Пошли к Вадиму.

— Вади-и-им! Любимый папа!

Девочка поскакала, ведя эсперку за руку.

— Он что, правда, ее отец… — пробормотала Ая, а потом спохватилась: ей-то какое дело?

— Нет, просто возится с ней, — подала голос Линда и как-то нехорошо посмотрела в ответ.

Наверное, Ая выглядела высокомерно. «Ребенок у метаморфа, какой ужас!» — можно было решить, но она вовсе так не думала. Она полагала, что эта способность не передается, как и вся активная магия — дар наследовался только у чтецов. Просто обилие впечатлений сбило с толку, вот и развязался язык. Нужно было его прикусить, чтобы не ляпнуть лишнего.

На кухне ждали еще удивления: стопка из тортов, пакеты с едой и напитками, а за стойкой сидела незнакомая женщина, которая, видимо, и была той Катрин. Заметив появившихся в дверях, она мило кивнула, но не стала набрасываться — продолжила беседу с Вадимом, отчего Ая вздохнула с облегчением.

Довольно молодая, Катрин, скорее, была похожа на старшую сестру девочки, но сходство между ними читалось: не во внешности, скорее, в общем впечатлении. Как и Еся, мать походила на статуэтку из антикварной лавки. Каштановые волосы, причудливо забранные назад, оттеняли благородно бледное лицо, шелковая шаль блестящими водорослями обвивала плечи, а по ногам стекала изумрудная юбка. Катрин как будто не зависела от этого мира, времени, имела отличное от окружающих видение жизни.

— У нее День рождения… — заговорщицки шепнул Джей.

Он подкрался к мнущимся в проеме напарникам, но получилось все равно громко.

— Ничего, Джей, мы незнакомы, — улыбнулась Катрин. Тихо звякнули браслеты — женщина провела рукой, чтобы поправить выбившуюся прядь волос. — Не стоит смущать ребят. Но угощение для всех, мне будет приятно, если вы присоединитесь.

Старший просиял:

— Уж я об этом позабочусь!

Ая застыла, следя за тем, как он кинулся к помогать девушкам разбирать пакеты, чтобы подготовить стол. Она никогда бы не подумала, что в Обители придется… праздновать. Разве что очередное убийство неугодного эспера, и то на крови.

Темные мысли посещали частенько, когда Ая пыталась уснуть, прислушиваясь, не хрустит ли в ночи под колесами фургона мелкая галька. Левин обычно отсутствовал и возвращался за полночь с кем-то из морионов, иногда с ними был Жан. Ая вставала на цыпочки на комод, чтобы разглядеть в узком окне под потолком, что босс делает, как выглядит. Если и удавалось заметить, лицо мужчины отражало лишь вечерний мрак.

И в этой обители зла местные собирались отмечать День рождения?

От обилия голосов начинала болеть голова. Ребята с малышкой уместились за столом, Вадим и Катрин остались за стойкой. Гадюка с Жаном привычно отсутствовали — как и их босс.

Кай равнодушно прошел и развалился на одиноком диванчике у окна, в стороне от основной кучи. Быстрее догадался занять наблюдательную позицию. Ая было подалась к нему, но позвал Джей:

— Приземляйся, скромняжка, — он похлопал по свободному стулу.

Пока у Аи оставалась возможность быть незаметной, она боялась подать голос: что, если гомон вдруг прекратится, и все обратятся к ней? Она зависла, а потом обнаружила себя уже за столом, в руках каким-то образом оказалась тарелка. Огромный треугольник торта щедро покрывали белые сливки, и Ая четко понимала, что не съест его. Вряд ли хоть кусок смогла бы проглотить. Попробовала, только чтобы мимикрировать под окружение, скрыться среди этой опасной толпы.

— Запивать не забывай, — улыбнулся Джей.

Он поставил перед Аей кружку, а Еся, вынырнувшая из-под стола, положила ей на колени конфету.