Эхо Сильверы. Загадка Белой башни

Загадки Полуденной Змеи. 1.5

[Из Книги героев

Аэрзаир, Эйваз. Псионик Рассвета. Дар практической эмпатии позволял ему расширять сферу своего присутствия, реабилитируя страждущих, а иногда сливаясь душой с земной природой. Как любой эльф, он глубоко привязывался к духовным ценностям, которые разделял. Но прежний Мир рушился, и, отвернувшись от зыбкой реальности, маг давно жил памятью, держась за гонимые народом истины.

Практический эмпат в братстве магов «Рассвет».
Раса: ясный эльф.
Способности:
1. Ментальный канал
2. Практическая эмпатия]

Собравшись было уходить, Яси вдруг заметила среди посетителей таверны знакомое лицо. Эльфийский маг, прозванный Эйвазом, появлялся в посёлке крайне редко, и то после магических неприятностей. Яси видела его лишь единожды, три года назад. В тот день в тяжёлом состоянии она была доставлена местными рейнджерами в поселение и впервые обнаружила себя среди эльфов.

Маг сделал девочке знак приблизиться. 

– Ты одна из выживших людей, дитя кочевого народа? Я рад, что твоя аура уже выглядит здоровой. Она  вспыхнула отчаянно ярко, как у взрослых, развитых магов…

Как эльфийский маг, Эйваз, говорил прямо и по сути, хотя… речи его мало кто понимал. Его сосредотченный тяжёлый взгляд словно концентрировался на пустом пространстве вокруг Яси, отчего ей было немного неуютно.

Она поведала о подруге детства, как изменилось сознание Ошии после первой встречи с Духом Полуденной Змёй, как Яси пыталась реабилитировать своего самого близкого человека… и о странных словах, что Дух вот-вот успел передать ей устами больной.

– Если нужно, я отправлюсь на её поиски в горний мир… – уже твёрдо сказала юная шаманка, вытерев слёзы. – Я видела, как это делал отец, и тоже смогу.

Решительное пламя чёрных глаз удивило мага, коснувшись самых тяжёлых его воспоминаний – на короткое время он увидел, что устами дитя гласит целый эгрегор.

– Люди часто отравляют себя вином, чтобы сознанием перенестись в более тонкие миры. Но это без надобности при грамотной медитации, либо если работать совместно с практиком…

Вязкая утренняя тревога всё более явно переливалась пурпурными бликами… Маг, казалось, сидел безучастно, но Яси заметила, что от его рук исходит тёплое сияние. Затем, плавным движением он повернул вверх ладони. И шаманка отвлеклась на восходящие образы: перед её взором сгустилась мгла, сквозь которую можно было различить глубокие картинки давних воспоминаний…

– Сам я мало что вижу в астральной плоскости, но ты, наблюдатель, легко доберёшься до таинственного Духа и сможешь снискать его присутствия… – всё медленней выговаривал эльф.

Яси сперва слышала его слова неясно, словно сквозь толстое одеяло, а затем и вовсе перестала воспринимать звуки мира…

* * *

В задумчивой эфирной рощице не бывает ветра – лишь трансформации апейрона вызывали колебания, лишь трава и тонкие ветви вишен плавно и безупречно исполняли свой танец.

Плотные алые листья взвились в пространстве, и из образовавшегося вихря вышла стройная девица с живыми, гордыми чертами лица. Она решительно протянула руку к вновь взметнувшейся листве и выхватила из вихря резной посох. Ступив на тропу духов, Яси искренне старалась походить на отца: вести себя серьёзно, с достоинством, подобающим шаману. Но как же ей трудно было сдерживать любопытство и скрывать свой бурный нрав! Верхний мир завораживал красотой, манил тайнами и чудесами... 

Спустившись к озеру, Яси осторожно прикоснулась носком сапожка к воде и вдруг поняла, что сможет пройти здесь, словно посуху. Оглядевшись, она убедилась, что вокруг никого не было, и осторожно ступила на водную гладь. Та оказалась приятно упругой и на каждый шаг откликалась разбегающимися из-под ног цветными кругами. С озорной улыбкой Яси подхватила подол и побежала, любуясь узорами, которые порождали на поверхности озера её лёгкие шаги. Однако вскоре, вспомнив о деле, ради которого отправилась в мир духов, шаманка прервала забаву. «Лучше быть внимательной и не отвлекаться, – вспоминала она, – только так я найду верный путь. Нужно идти на волнения магии».

– Эхо, Эхо, отзовись! – звенел её голос, и оттолкнувшись от водной поверхности, она легко подпрыгнула вверх... а приземлилась уже посреди пустоши.

Эфир растворился в багровой туманности. Здесь земля была пустая. Грозный, пылающий конус навис над мерцающим пространством призрачного мира… Волнами разрастающегося ненастья он стирал жизнь с поверхности Земли, а воспалённые облака стягивались к нему, словно силясь залатать собой небесную рану...

Под зловещим клином антициклона, вдруг коротко вспыхнул высокий светлый объект. Приглядевшись, Яси различила шпиль одинокой башни, который, как будто тянулся к вершине катастрофического явления, напоминая собой громоотвод.

Находиться здесь становилось опасно: небосвод померк, приближалась новая волна – среди камней и вырванных с корнями деревьев, затянувших горизонт, мчалась стая крылатых существ. Яси задерживалась, пытаясь получше разглядеть неизвестных тварей, пока ненастье не сгустилось окончательно... и внезапно, накрытая крылатым навесом, она попала в объятия исполинских лап... Но перед тем, как в глазах её померк свет, она снова услышала знакомый шелестящий голос:

– С-с-сердцем Эхо Рши з-з-зови
Чувствуй з-з-зов в с-с-своей крови-и-и, 
Вс-с-стреча с-с-скоро, наяву 
С-с-сможешь видеть Матерь Ршуу…