Эхо соснового берега

12

Глава 12. Право на выбор
С того вечера «Сосновый берег» превратился в арену безмолвной битвы. Сергей, вопреки ожиданиям обеих семей, даже не пытался скрывать своих симпатий. На следующее же утро у крыльца Левиных появился курьер с охапкой полевых цветов — не вычурных роз из теплиц, а простых ромашек и колокольчиков, которые так шли Насте.
Сергей приезжал почти каждый день. Он игнорировал кокетливые призывы Жени поехать на теннисные корты или в закрытый клуб, предпочитая часами гулять с Настей по заброшенным тропинкам у озера.
— Почему ты поешь такие грустные песни, Настя? — спросил он однажды, когда они сидели на тех самых мостках, где когда-то стояли её мать и Денис.
— Наверное, потому что радость не требует слов, Сергей. Она самодостаточна. А печаль... её нужно выпеть, чтобы она не разорвала тебя изнутри.
Он взял её за руку, и Настя не отстранилась. Впервые в жизни она чувствовала, что её понимают без лишних объяснений. Сергей не был похож на своего отца-чиновника; в нем жила какая-то внутренняя честность, которая пугала и притягивала одновременно.
Женя металась по дому как раненый зверь. Она не привыкла проигрывать, тем более — «серой тени», как она называла Настю.
— Мама, ты посмотри на них! — кричала она Елене в библиотеке. — Она же его приворожила! Сергей — это мой уровень, моя судьба! А она... она просто завывает под гитару и строит из себя страдалицу!
Елена молча перелистывала страницы, не глядя на дочь. Она видела в Насте и Сергее саму себя и Дениса. И этот вид внушал ей не радость, а парализующий страх. Она знала: Левины не отдают то, что считают своим.
Ситуация накалилась, когда в «Сосновый берег» вернулся после стажировки во Франции Андрей, сын посла в Париже. Андрей был воплощением лоска и заграничного шика. По расчетам Павла Николаевича, если Сергей «сошел с ума», то Андрей — идеальный запасной вариант для Насти, чтобы убрать её с пути Жени.
Но Андрей, увидев Настю на одном из вечеров, тоже попал под обаяние её загадочной тишины. Настя стала объектом ухаживания сразу двух самых завидных женихов поселка.
Кульминация наступила в субботу. На веранде собрались все. Андрей привез Насте в подарок изысканный шелковый платок, а Сергей — редкую пластинку с записями французского шансона.
— Настя, я думаю, этот платок подчеркнет цвет твоих глаз на приеме в посольстве в следующую пятницу, — Андрей галантно склонился над её рукой.
— У Насти другие планы на пятницу, — резко перебил его Сергей. — Мы собирались поехать на концерт в консерваторию.
Женя, сидевшая рядом и с остервенением ковырявшая десерт, вдруг с грохотом отбросила ложку. Фарфор звякнул, заставив всех замолчать.
— Да как вам не стыдно?! — вскрикнула она, вскакивая со стула. Лицо её пошло красными пятнами. — Настя, ты просто бесстыжая! Ты вертишь ими обоими, пока я... пока я здесь как пустое место!
— Женя, успокойся, — попытался вмешаться Павел, но она его не слышала.
— Не успокоюсь! Она забирает всё! Сначала мамину любовь своими тайнами, теперь — всех мужчин в округе! Сергей, ты ослеп? Она же не любит тебя! Она никого не любит, она любит только свои страдания и эту чертову гитару!
Женя подбежала к столу и выхватила платок из рук Андрея.
— Тебе это не нужно, «сестричка»! Тебе больше идет мешковина!
Она швырнула шелк в вазу с вареньем и выбежала из комнаты, рыдая в голос. На террасе повисла тяжелая, липкая тишина.
Сергей медленно встал и подошел к Насте, которая сидела, опустив голову.
— Настя, идем отсюда. Нам нужно поговорить.
Павел Николаевич, наблюдавший за сценой из тени дверного проема, медленно докурил сигарету. Он видел слезы младшей дочери и спокойную решимость Сергея. В его голове уже зрел план. Если Настя мешает счастью его «настоящей» дочери, значит, Настю нужно выдать замуж за того, кто увезет её как можно дальше. Или... создать ситуацию, в которой у Сергея не останется выбора.
— Андрей, — позвал Павел сына посла, когда Сергей и Настя ушли в сад. — Присаживайтесь. Выпьем коньяку. Кажется, нам есть что обсудить по поводу вашей будущей карьеры во Франции... и вашей возможной спутницы.