Эхо соснового берега

40

Глава 40. Плата за спасение
Саша стоял в стороне от гостей, прижимая трубку к уху. Его лицо было неподвижным, как маска, но свободная рука так сильно сжала край тяжелого дубового стола, что суставы побелели.
— Отпустите его, — негромко произнес он в трубку. — Да, прямо сейчас. Инцидент исчерпан. Ошиблись дверью.
Он закончил разговор и обернулся к Алекс. Она стояла посреди золоченого зала «Метрополя», бледная и потерянная. Глядя на неё, Саша чувствовал, как внутри него закипает черная, ядовитая ярость. Она пришла сюда не ради него. Она пришла ради того нищего мальчишки со свитерами в катышках. Факт их близости, их неразрывной связи, проявившейся в этот момент, бил по самолюбию Саши сильнее, чем любая пощечина.
«Они вместе. По-настоящему вместе», — пульсировало у него в висках.
Ему хотелось раздавить этот телефон, приказать вернуть Макса обратно и сгнить в камере. Но Саша Левин был истинным внуком Павла. Он умел ждать. Он знал, что сейчас он покупает не просто свободу для художника, он покупает саму Алекс. Каждая секунда его «великодушия» становилась её долгом.
— Всё в порядке, Алекс, — он подошел к ней и коснулся её локтя. Его голос был безупречно мягким. — Максима отпускают. Это действительно было нелепое недоразумение. Костин уже едет за ним, его отвезут прямо домой.
— Спасибо, Саша… — выдохнула она, и в её глазах мелькнула тень искренней благодарности. — Я не знаю, как тебя благодарить.
Саша едва заметно ухмыльнулся про себя. О, я знаю как, подумал он. Его ревность не исчезла, она просто трансформировалась в холодный расчет. Он ждал награды за свою выдержку. Теперь правила игры изменились.
— Не стоит благодарности, — он жестом подозвал официанта с шампанским. — Но раз уж ты здесь, и стресс позади… останься на пол часа. Мне нужно перевести дух. Это был тяжелый день. А потом я сам тебя отвезу.
Алекс замялась. Ей хотелось бежать к Максу, обнять его, убедиться, что он в порядке. Но она понимала: отказать сейчас — значит проявить черную неблагодарность. Она попала в ловушку, которую он выстроил.
— Хорошо, — тихо ответила она. — Я останусь.
Весь вечер Саша был само очарование. Он не давил, не задавал лишних вопросов. Он просто пользовался своим правом на её время. Он сидел рядом, подливал ей вино, рассказывал истории о деде, делая её частью своего мира. Он видел, как она вздрагивает от каждого шороха, как ищет глазами выход, но он также видел, что она не уходит.
Он победил в этом раунде. Он доказал ей, что Макс — это проблемы, а он, Саша — это решение.
«Теперь ты не сможешь просто исчезнуть, Алекс», — думал он, наблюдая за ней сквозь прозрачное стекло бокала. — «Теперь каждый твой отказ будет весить слишком много. Ты сама дала мне это право. И я воспользуюсь им до конца».
Он ждал своей награды. И он получал ее, это было её присутствие в его жизни, за которое он готов был заплатить любую цену — даже свободой своего врага. Пока что.