Эхо запретной Зоны

Глава 1 «Шарики проводника.»

Алиса проснулась и взглянула в окно. Перед ней простирался серый город под тяжёлым, пасмурным небом. Оттуда, сквозь стекло, проникал не мороз, а какой-то другой холод — тот, что замедляет дыхание и заставляет весь день начинаться с тяжёлой усталости. Она накинула тёплый свитер и пошла варить кофе.

Чайник закипал, и в комнате постепенно разносился запах свежемолотого кофе. Алиса насыпала две ложки сахара, размешала, села у окна и задумалась о предстоящем дне. День обещал быть обычным, ровным, таким, как всегда. Школа, работа, встречи, покупки — и немного забот о собаке.

Она встала, умылась, взглянула в зеркало. В отражении смотрела усталая и слегка потерявшаяся в себе девушка — тридцати двух лет. Её глаза уже привыкли к этому серому миру, но внутри ещё оставалась искра чего-то живого, чего-то, что не исчезало, даже когда город казался безжизненным.

Сделав лёгкий макияж, надев пальто, высокие бежевые сапоги и шарфик, она вышла на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, и она затянула шарф повыше. До остановки было недалеко, но путь казался длиннее обычного.

Автобус был почти пустым, но люди внутри выглядели угрюмо, как всегда в Сургуте: сердитые, недовольные, словно сам город высасывал из них радость. Алиса заняла свободное место, достала телефон и начала листать новости. Прошла мировая политика, катастрофы, пустые скандалы. Почти не заметила, как подъехала к своей остановке.

Пятьсот метров пешком — и она уже у школы. Зашла в кабинет, сбросила пальто, включила компьютер. Расписание обещало лёгкий день, но была одна встреча: родитель одного из учеников должен был прийти обсудить поведение ребёнка. Алиса вздохнула, поняла, что обычный день может закончиться не так уж спокойно.

Алиса пролистала расписание и посмотрела на часы. Уже три часа дня, а родителя так и не было. Она попробовала набрать его номер — услышала только гудки. Похоже, Андрей Денисович сегодня не придёт. Вздохнув, Алиса встала, уже собираясь уходить, когда вдруг дверь кабинета открылась, и в проёме появился мужчина.

Он был на вид около пятидесяти, с седыми прядями волос и лицом, на котором угадывались мелкие старые шрамы. Его взгляд был холодным, суровым, и Алиса ощутила странное, почти инстинктивное напряжение, как будто он исходил угрозой, хотя ничего не говорил.

— Здравствуйте, — произнесла она, пытаясь улыбнуться, когда мужчина вошёл в кабинет.
— Андрей Денисович, — сказала она про себя, открывая данные на компьютере. — Проходите, садитесь.

Мужчина сел напротив неё. Алиса начала осторожно:
— Знаете, у Дмитрия очень закрытое, замкнутое поведение. Он переживает из-за всего происходящего вокруг: резкие звуки, хлопки, даже когда кто-то сильно стучит учебником по парте…

Андрей Денисович молча слушал, не прерывая, пристально разглядывая её лицо. Его взгляд был тяжёлым, оценивающим, и Алиса ощущала себя неловко, теряясь в собственных словах. Она продолжила:

— Я думаю, индивидуальные занятия могли бы помочь ему адаптироваться, войти в коллектив, чувствовать себя увереннее…

Он резко перебил её:
— Я знаю о том, что происходит дома. Это наша семейная ситуация, вас это не касается. Ребёнок сложный, он сам проходит через свои этапы.

Алиса сделала шаг назад, стараясь подобрать слова:
— Понимаю… но иногда помощь со стороны школы может облегчить процесс, помочь ребенку…

— Я подумаю, — сказал Андрей Денисович. Взглянув на телефон, он резко поднялся и вышел, ничего не сказав. Только рядом со столом остался маленький пакетик.

Алиса попыталась догнать отца, чтобы передать пакет, но он исчез из виду. Тогда она пошла в класс, где учится ребёнок, и спросила у учителя:
— Простите, вы не видели Дмитрия? Мне нужно было передать пакет.
— Да, — ответила преподавательница. — Его отец забрал его минут пять назад. Ушли очень быстро, даже часть личных вещей оставили здесь.

Алиса вздохнула, оставив пакет рядом с сумкой, и направилась в свой кабинет, чтобы одеться. Собравшись, она решила отнести пакет в приёмную — завтра классный руководитель Дмитрия сможет передать его отцу.

Выходя из кабинета, она столкнулась с директором. Он улыбнулся, но в глазах читалась деловая решимость.

— Алиса, добрый день! — начал он. — Слушайте, будет конкурс… Грант на развитие школы. Мы очень хотим, чтобы именно вы представляли нас. Вы согласны?

Алиса слегка удивилась, но ответила вежливо:
— Ну… я подумаю, спасибо за предложение.

— Отлично! — сказал директор, кивнув. — Решение принимаете спокойно.

Она кивнула, пожелала ему хорошего дня и вышла из школы. Улица встретила холодным воздухом, и Алиса натянула шарф повыше. Села в автобус, который увёз её в район, где она жила.

В магазине, выбирая продукты для ужина — ньокки, сливки, бекон — она внезапно заметила, что пакет всё ещё остался у неё в руках. Лёгкий, почти неощутимый, он снова привлёк её внимание, напоминая, что завтра ему предстоит попасть в правильные руки.

Иногда взгляд Алисы невольно падал на пакет. Любопытство росло. Он был лёгкий, а внутри явно лежали бумаги. После ужина, наливая себе вина, она не выдержала. Встала, подошла к пакету, осторожно открыла его и начала изучать содержимое.

Внутри оказались карты, нарисованные вручную, стопки документов, странные записки и карточки, некоторые явно старые, некоторые новые. Среди них был диск и маленький конверт, испачканный чем-то, напоминающим кровь. Алиса перебирала бумаги, рассматривала каждую деталь, чувствуя, как напряжение растёт с каждой новой находкой.

Алиса осторожно открыла конверт. Он не был запечатан. Внутри лежал блокнот. Она аккуратно достала его и стала изучать. Страницы были заполнены заметками и наблюдениями, порой пугающими, порой — завораживающими.

Первая запись — о «научных сотрудниках»:

Люди скрытые, замкнутые, подозрительные. Боятся оставаться одни за пределами своих лабораторий, постоянно просят сопровождение и помощь. Их занятия кажутся странными и непонятными, часто связаны с наблюдением за сталкерами и исследованием неизвестных феноменов. Иногда пропадают отдельные сталкеры — скорее всего, подопытные. Они ведут детальные записи, проверяют всё вплоть до самой мелочи. Очень аккуратные, педантичные, со странными привычками: некоторые говорят с собой, другие постоянно меняют расположение мебели. Любое нарушение порядка вызывает у них сильный стресс и агрессию.