Эхо звёздной тишины.

Внутри невидимого круга.

Формальности оказались новым испытанием. Отстаивая своего кандидата Тюлин опять поругался с Мишиным. 

- Вы в своём уме?!! - закипел тот посмотрев дело полковника Ильюшина. - Ему 42 года, а в космонавты берут до 35 - ти! А это что? - развернув папку он ткнул пальцем в параграф биографии. - Автомобильная авария и вопрос об отстранение! Я попросил Вас подобрать пилота, а Вы тащите мне какого - то инвалида, который не подходит ни по здоровью, ни по возрасту! Считаете раз мало шансов вернуться, так можно в проект кого угодно тащить!!! - его голос сорвался в крик, а Тюлин побагровел. 

- Позвольте Вам напомнить. - с ледяным спокойствием начал он. - Что мой кандидат не "какой - то" и не "инвалид", а мастер спорта и заслуженный лётчик - испытатель и не Вам, гражданскому, оценивать полковника авиации, послужной список которого безупречен! 

- Что?!! - взвизгнул Мишин. - Не забывайтесь генерал - майор! Это мой проект и хоть я гражданский, но в рамках данных мне полномочий, Вы - мой подчинённый! 

- Вот и занимайтесь тем что Вам положено! - огрызнулся Тюлин. - Техническим обеспечением, а с кадрами я сам разберусь! 

Побледнев Мишин напрягся, но ответить не успел. Открылась дверь и к ним вошёл Фельснер. 

- Здравствуйте товарищи! - улыбаясь с порога произнёс он. - О чём беседа? 

- А- а - а, Евгений Сергеевич... Очень кстати! - привстав из - за стола Мишин пожал ему руку и кивнул на Тюлина. - Вот, полюбуйтесь какого пилота нам генерал - майор подобрал! - он протянул открытую папку, но взглянув на фотографию Фельснер закрыл её и положил на стол: 

- Я знаю, - это я посоветовал. 

- Вы?!! - изумлённо выдохнул Мишин. - Вы знаете этого полковника? 

- Да кто же его не знает? Он - заслуженный лётчик - испытатель СССР! 

- Я не это имел в виду, - Вы знаете его лично? 

- Можно и так сказать... - пожал плечами Фельснер. - Я знаю о нём достаточно, чтобы за него поручиться и для проекта "Красное Солнце" он - лучший   кандидат! 

- А возраст? - прищурился Мишин. 

- А что возраст? У нас секретный проект, мы не входим в отряд космонавтов Николая Каманина, который набирает лётчиков до 35 - ти лет. 

- Кстати! - насторожился Мишин. - А не проще было взять кого - то у него? Ведь там подготовленные люди! 

- Вы правы! - кивнул Фельснер. - Но все пилоты Каманина, - истребители, а нам нужен бомбардировщик... Был нужен и мы его нашли... Полковник ожидает в коридоре, посмотрите на него сами, познакомьтесь и закройте глаза на возраст, у нас в проекте это не главное! 

Слушая зама Мишин успокоился. Вспышка гнева сменилась меланхолией и вяло махнув рукой он спросил: 

- А что главное? 

- То что он лучший бомбардировщик Советского Союза, мастер спорта и настоящий Ас! 

- Ну хорошо. - сдался Мишин. - Не убедили, но пусть войдёт! В конце - концов его товарищ Тюлин подобрал, вот пусть и отвечает! Вы согласны, Георгий Александрович? - покосился он на него. 

- Да! 

- Ну так тому и быть, зовите полковника! 

Подойдя к двери Тюлин распахнул её и выглянул в коридор: 

- Владимир Сергеевич, заходите! 

Он отступил пропуская его и полковник Ильюшин вошёл в кабинет Главного Конструктора ОКБ - 1. Чуть позже, после недолгого разговора, Мишин утвердил кандидата, а когда Тюлин с Ильюшиным ушли сказал: 

- Нахлебаемся мы с ним... Вон он какой, - прямо орлом смотрит, как будто уже вернулся, а ведь надо ещё долететь! Не нравятся мне такие... 

- Он справится! - ответил Фельснер. - В себе уверен, - это хорошо, а иначе какой из него командир? 

- Да поймите Евгений Сергеевич, до Марса долететь, - это не вокруг Земли прокатиться, да и "Буран" - не "Су - 24"! Заварили мы "кашу" и теперь расхлёбывать придётся... Надо было всё - таки к этому проекту Каманина подключить! - проворчал Мишин. 

Фельснер усмехнулся: 

- Когда всё закончится и гриф секретности будет снят, Каманин нам позавидует! 

- Посмотрим... - тяжело вздохнул Мишин. - Время покажет, а пока держите меня в курсе и обеспечте этому полковнику отдельный допуск к тренажёрам Звёздного городка. Американок туда - же и постройте график так чтобы никто из команды "Red Sun" не пересёкся с отрядом Николая Каманина! 

Для полковника Ильюшина началась новая жизнь. В этой жизни всё было продумано до мелочей, особенно график ежедневных занятий и тренировок. Он  был построен так как будто вокруг него очертили невидимый круг. Везде, от Столовой до тренажёров, Владимир Сергеевич был один, не считая врачей и молчаливых техников допущенных к проекту. Вместо военной формы он носил комбинезон без знаков отличия, над левым карманом которого был   нашит чёрный шеврон с двумя белыми английскими буквами "R.S." Врачи ходили за ним по - пятам. Выполняя сложные упражнения он упрямо шёл к поставленным нормативам, чувствуя как тело перестраивается, с болью привыкая к таким нагрузкам. 

Наконец "тени" в белых халатах допустили его к ТСПК. Технические средства подготовки космонавтов впечатляли. Ему предстояло пройти две центрифуги, гидролабораторию и самолёт - лабораторию "Ил", - сырой и необкатанный образец, предназначенный для создания кратковременной невесомости. Начались новые тренировки, среди которых он изучал ещё и английский. Въедливый носитель языка обучал его тонкостям произношения. 

Наставника звали Джон. Худощавый добряк в круглых очках и с длинными патлами напоминал Джона Леннона. Общаясь с Ильюшиным он как - то по - птичьи наклонял голову и забавно хмурился слушая его речь, а потом грозил ему пальцем: 

- Ньет Володья, повторьите это опьять! 

Ильюшин повторял. Шло время и незаметно для себя он лучше и лучше понимал англичанина. Наконец с его помощью он заговорил. Произношение давалось медленно, но они уже понимали друг друга. На смену обычным словам пришли технические термины, а спустя какое - то время Джон перестал говорить с ним по - русски вообще. "Вишенкой на торте" оказался американский жаргон и ругательства, которых было немного. Почему - то именно они сразу врезались в память. Хитро улыбнувшись Джон объяснил что эти слова необходимы для правильной оценки внештатных ситуаций. А потом англичанин пропал.