Эхо звёздной тишины.

Игра в прятки.

Американки огляделись. Вертолётная площадка была маленькой. На плитах блестели лужи недавней грозы, а тёплый июльский воздух казался густым от ароматов лип и тополей, шиповника и акаций. Лёгкий ветерок плыл среди этого буйства зелени, в серых вечерних сумерках и тихий шелест листвы наполнял тишину. Оглядевшись Джудит увидела что Милли успокоилась и опять улыбается ей. Мик тоже перестал торопиться и спокойно повёл их к большим воротам на краю площадки. Шагая рядом Джудит спросила: 

- Где мы? 

- Это Звёздный городок. - ответил он. - Пятнадцать с половиной миль от  Москвы. 

"Словно мысли читает!" - подумала Джудит удивляясь про себя, ведь именно это она и хотела узнать. 

- А как Ваше настоящее имя? - спросила осмелевшая Милли. 

Бегло взглянув на неё он улыбнулся: 

- Оно сложное для вашего произношения, так что для вас я - "Мик". 

Надувшись Милли ничего не ответила и они подошли к воротам. Их высокие створки были окрашены в тёмно - зелёный цвет, а сверху виднелись красные звёзды. Остановившись Мик пропустил их вперёд и вышел следом прикрыв ворота. На широкой аллее перед ними были припаркованы две машины. Тёмно - синие "ЗИЛ - 117", автомобили высшего класса с кузовом "седан". Двери открылись и из них выскочили четверо офицеров в форме ВВС. Вытянувшись по стойке "смирно" они отдали честь. 

- Вольно! - скомандовал Мик и открыв дверь первой машины кивнул американкам. - Садитесь! 

Милли залезла первой и подвинулась пропуская Джудит. 

- Я была несправедлива к русским, удобства у них всё же есть. - сказала она погладив рукой мягкие сидения. 

Двери захлопнулись. Мик сидел впереди, а за рулём был один из офицеров. Остальные сели во второй "ЗИЛ" и процессия тронулась. Американки с любопытством смотрели по сторонам. Звёздный городок утопал в зелени. По краям маленьких улочек среди газонов и клумб тянулись невысокие здания. Людей было мало, а по виду сплошь военные и спортсмены, среди которых изредка попадались люди в штатском. Проходя мимо они удивлённо оборачивались и смотрели вслед проезжавшим "ЗИЛ" - ам, ведь от Правительственных машин их отличал только цвет. Тёмно - синий, а не чёрный, как у высшего партийного руководства. 

Мик ехал с непроницаемым лицом, но глядя на реакцию людей, чертыхался про себя. Эти машины были предоставлены им по указу Генсека, но щедрость Брежнева вышла боком. Они привлекали внимание и это было плохо. Какой смысл в целях конспирации сажать "Боинг" в "Хотилово" и на вертолёте перебрасывать экипаж в Звёздный городок, чтобы потом вот так, в открытую везти их на Правительственных машинах. Не хватало только репортёров и пионерской делегации. Мик усмехнулся представив красные галстуки, звук горнов и барабанную дробь. Миновав пару улиц и обогнув сквер, они остановились у большого жилого комплекса заглушив моторы. 

- Приехали! - сказал Мик и обернувшись посмотрел на американок. 

- Можно выходить? - робко улыбнулась Джудит. 

- Нет. - он взглянул  на часы. - Придётся подождать! Смешно звучит, но мы не должны привлекать внимание! 

Американки переглянулись: 

- И сколько нам ждать? 

- Минут десять. - ответил Мик и выключил подсветку внутри салона. 

Кабина погрузилась во мрак, который дополняли сгустившиеся сумерки. 

"Конспираторы... " - с досадой думал он. "О какой секретности тут говорить если он привёз американок на такой машине, да ещё с сопровождением. Впридачу девчонки одеты в форму НАСА, с шевронами на груди и звёздно - полосатыми флагами на рукавах синих курток. По - русски едва говорят, да и то с акцентом!" - стиснув зубы он смотрел как из комплекса выходят космонавты Каманина. 

Он знал их по - именам и в лицо, этих бравых офицеров Войсковой части "26266", помнил их первые потери. Траурный счёт открыл Валентин Бондаренко, 23 - го марта, 1961 года при испытаниях в барокамере. Завершив десятисуточное пребывание в одиночестве и тишине, после окончания медицинских тестов, он снял закреплённые на теле датчики и протерев смоченной в спирте ватой места прикрепления, бросил её не глядя. Попав на спираль раскалённой электроплитки вата вспыхнула. В атмосфере чистого кислорода огонь охватил всю камеру и на Бондаренко загорелась одежда. Перепад давления не позволил сразу открыть барокамеру. Когда перепуганные техники  наконец открыли её и вытащили страшно обгоревшего космонавта, он был ещё в сознании. Обожжённые губы чуть слышно шептали: 

- Никого не вините, я сам виноват! 

Через восемь часов его не стало. От этих воспоминаний Мик тихо вздрогнул, бросив взгляд на свой деловой костюм. А ведь тогда в 60 - х он сам мог стать одним из них и оказаться на месте этого Бондаренко. От подачи рапорта его удержал случай. 

В рядах ВВС заговорили о том что при дополнительных обследованиях, у кандидатов могли найти такие недуги, которые не только лишат их работы с "новой техникой", но и дальнейшей службы в Военной авиации. Решив не рисковать он передумал тогда, но сейчас почему - то жалел об этом. Вздохнув он отогнал воспоминания и посмотрел на выходивших из комплекса офицеров. Бросая любопытные взгляды на стоявшие "ЗИЛ" - ы, они проходили мимо. 

Наконец все прошли и показался человек в потёртом костюме. Он остановился на крыльце и нервно теребя свёрнутую газету, какое - то время разглядывал стоящие "ЗИЛ" - ы, вглядываясь в их номера. Высокий лоб с длинными морщинками и зачёсанные назад редкие волосы, цепкий взгляд маленьких хищных глаз. Ещё раз оглядев машины человек спустился по ступеням и прошёл мимо, пытаясь разглядеть пассажиров. Он был так близко что Мик видел полосы на его пиджаке. Он узнал этого человека. Мимо них прошёл Герой Советского Союза, генерал - полковник авиации Николай Каманин. 

Сидевший за рулём офицер тоже узнал его. В тёмной кабине повисло такое напряжение что даже американки почувствовали это и дружно затаили дыхание. Мик обернулся провожая глазами этого человека и подождав скомандовал: 

- Выходим! 

Джудит поразила реакция этих русских. Мик и офицер синхронно выскочив из кабины, открыли им двери и подали руки помогая выбраться. Ещё мгновение и машины закрыты, а офицеры сопровождения сидят внутри. Пружинисто шагая по ступеням Мик повёл их вовнутрь.