Эй, хулиган

Первые слёзы

POV Ульяна

Череп сидел рядом, не отпуская меня из объятий, пока я безутешно рыдала, уткнувшись лицом в его футболку.

Одна его рука лежала у меня на плечах — он то поглаживал, то похлопывал меня по спине.

Как мы вообще оказались в этой ситуации, я понятия не имела. Последнее, что помнила — это как выпила слишком много, и провал в памяти после этого. А очнувшись, уже сидела вот так, рыдая навзрыд в объятиях того, кого меньше всего ожидала увидеть рядом. Я даже не знала, что он тоже будет на этой вечеринке.

— Ты закончила, Ульяна? — в голосе Романова прозвучала едва заметная насмешка.

— Почему я плачу? — пробормотала я сквозь слёзы, вытирая лицо о его футболку. — И почему ты здесь?

Он тяжело вздохнул, обречённо глядя на ткань, которую я только что испортила не только своими слезами, но и остатками косметики.

— Ты что, всё ещё пьяна? Чёрт… Где там Таня с этим долбаным кофе?

Я подняла голову с его груди и закрыла глаза, когда комната начала расплываться перед глазами.

— Ты… ты же ничего мне не сделал? — подозрительно спросила я, когда смогла распахнуть глаза.

Свет от торшера бросал мягкие тени на его лицо, и я сразу же уловила, как поменялся его взгляд — теперь он буквально сквозил непониманием, недоверием и, кажется, лёгким возмущением.

— Нет, не сделал, — спокойно ответил он. — Но, судя по твоему пьяному бреду, какой-то тип по имени Урод-Артур — вполне возможно сделал.

— Он не урод! — выкрикнула я, вскидывая голову.

— Эй, это ты так его назвала.

Я злобно посмотрела на него, и даже не знаю, где нашла на это силы — ведь из всей компании Орлова именно Черепа я боялась больше всего. Его губы дрогнули, будто он изо всех сил пытался не рассмеяться.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но речь идёт об Артуре Котове, выпускнике Итонского колледжа? — уточнил он. — О третьем сыне директора «Кот-Интернэшнл», который владеет кучей ресторанов?

— Нет, — слабо буркнула я.

Откуда он вообще это знал?

— Вау, ты лжёшь почти так же плохо, как Ксюша, — с усмешкой заметил он. — И, кстати, ты не против слезть с меня? У меня уже рука отнялась.

Я на секунду замерла, потом огляделась. Если не ошибаюсь, это была одна из комнат на втором этаже, в которые, вроде бы, пускать гостей не должны были. Вдоль стен стояли книжные полки, у окна — письменный стол. Видимо, это был кабинет. Как они уговорили Жданова, старшекурсника и владельца дома, пустить нас сюда — отдельная загадка.

— Ты всё ещё на мне сидишь, — тоном терпеливого мученика напомнил Череп, и я вновь посмотрела на него.

— Мне грустно, — всхлипнула я, потирая нос. — Ты должен меня утешить.

— Сексом? — предложил он после секундного раздумья.

— Нет! — возмутилась я, хлопнув его по плечу. — Ни за что! Ты слишком напоминаешь мне моего покойного дедушку. Это исключено!

— Твоего покойного дедушку? — он расхохотался. — Ты имеешь в виду того старика, который курил без остановки и ругался матом на каждого встречного?

— Да, — пробормотала я. — Я боюсь тебя именно поэтому. Ты слишком его напоминаешь. Особенно когда улыбаешься.

В его взгляде появился лукавый блеск, и он покосился на меня с прищуром:

— Ты боишься меня, но при этом плачешь у меня на руках?

— Я пьяна, — пробормотала я и, уронив голову ему на плечо, вновь всхлипнула. — И я скучаю по Артуру.

— По Уроду-Артуру, который тебя месяцами игнорировал и не писал тебе?

Он ненадолго замолчал.

— Заткнись! — завыла я и хлопнула его по груди. — Что ты вообще знаешь о безответной любви?!

Череп ненадолго замолчал, а потом сказал:

— Девять лет, — сказал он негромко. — Я влюблён безответно вот уже девять лет. Так что, думаю, кое-что я об этом всё-таки знаю.

Это заставило меня замолчать. Совсем.

— Д-девять лет? — выдавила я, отпрянув от него с расширенными глазами. — Ты серьёзно?

— Абсолютно, — ответил он с едва заметной улыбкой.

— А я всего один год по Артуру страдаю, а уже чувствую себя разбитой. Не представляю, как пережить девять лет.

Протянув руку, Череп легко погладил меня по голове.

— Может, тебе и не придётся.

— Кто она? — я придвинулась поближе, вглядываясь в его погрустневшее лицо. — Я её знаю?

— Я тебе не скажу, — усмехнулся он. — А теперь расскажи мне про Урода-Артура. Как ты вообще влюбилась в этого придурка?

— Ты правда ждёшь, что я тебе всё расскажу, когда решил ничего не говорить мне об этой своей тайной девушке?

— Даже Лёха, Даня и Влад не знают о моей безответной любви. И я надеюсь, ты сможешь сохранить этот факт в секрете.

А вот это была ноша, которую я не хотела брать. Мне с трудом удавалось хранить тайны. И показательным фактом тому было то, что пароль от моего телефона и даже код от карточки знали слишком многие люди.

— Ну так расскажи, — он устроился поудобнее на диване, явно ожидая длинной истории. — За что ты его полюбила?

Я долго смотрела на него, пытаясь понять — зачем он это делает? Почему сидит здесь, рядом со мной, вместо того чтобы быть где угодно ещё?

Но раз уж ему было интересно, то кто я такая, чтобы отказываться от такой возможности?

А потому — я решила всё ему рассказать.

*****

— Ты же сама сказала, что я тебе нравлюсь! — скулил Марк, плетясь за мной по парку. — Почему ты так тогда себя ведёшь?

— Потому что я не собираюсь трахаться с тобой в машине только потому, что ты мне понравился на первый взгляд, — резко бросила я, даже не оборачиваясь. — Всё, Марк. Забудь меня. Между нами — все кончено!

И это было сказано не просто на эмоциях — это была истина. Когда мы познакомились на летней вечеринке у друзей, он показался мне нормальным парнем, и я согласилась сходить с ним в кино. Но по дороге он начал слишком вольничать: то руку сунет куда не надо, то предложит «пропустить кино и сразу к нему». Надо было сразу понять — парень думает не мозгом, а чем-то пониже.