Эйчар для повелителя тьмы

1.3

Константин ушёл, оставив меня наедине с офисом и крыской, которая явно что-то писала в экселе. Я встала, отряхнула мысленно плечи и двинулась на разведку: где здесь кофе? На входе-то обещали соцпакет и доступ к тёмной магии, но сейчас мне нужно было только одно — чашку горячего, безопасного, не разговаривающего кофе.

Коридоры были запутаннее, чем структура компании. За углом я чуть не врезалась в гнома с подносом, на котором неслись бутерброды и дымящийся чайник, гном пробормотал:
— Осторожно, налоговая!
— В смысле?
— В смысле она идёт, я бегу, — и исчез за поворотом.

Через пару минут я нашла, что искала. На двери висела табличка:
"Комната отдыха №2. Кофейный Ковен. Только для своих. Если ты не свой — стань своим. Или уйди."

Я постучала. Дверь приоткрылась с лёгким хрустом проклятия.
Внутри сидело трое: высокая эльфийка в пижаме и с мешками под глазами, зомби в галстуке-бабочке, и огненный дух, тихо парящий над микроволновкой.

— Я… новичок, — робко сказала я. — И мне сказали, что кофе здесь.

— Мы все здесь ради кофе, — драматично сказала эльфийка. — Только не подходи к левому автомату. Он... эспрессо-ифрит.

— Последнего ассистента он сварил вместе с латте, — подтвердил дух.

Я подошла к автомату справа. Там висела рукописная инструкция на четыре языка, один из которых был, возможно, шёпотом.

1. Монеты кидать с уважением.
2. Не просить капучино после трёх — он чувствителен.
3. Если напиток прошептал ваше имя — не пить.
4. Если ничего не прошептал — всё равно не пить, это хуже.

Я кинула монету. Машина завибрировала, хрюкнула, и выдала мне чашку, на которой было написано: «Удачи, смертная».

— Это добрый знак? — спросила я.

— Ну… как сказать, — задумчиво произнёс зомби. — Обычно с этого всё и начинается.

Я сделала глоток. Вкус был... странным. Чуть-чуть корицы, немного надежды и ощущение, что сейчас в бухгалтерии кто-то забудет про пентаграмму и случайно вызовет финансового демона.

— Пойдёт, — сказала я. — Можно работать.

И вернулась в офис, с кофе в одной руке и новыми иллюзиями в другой.

Я только собралась открыть первый файл с громким названием «Реестр душ, сданных по договору», как в офис ворвался орк. Весь зелёный, квадратный, с серьёзным выражением лица и бейджем «Грак. Отдел призывов. Стаж: не судите».

— Это возмутительно! — объявил он, сжимая в руках нечто, похожее на заявление, написанное топором. — Мне отказали в отпуске! По беременности!

— По... — я замерла. — Простите, по чему?

— По беременности! — гордо повторил он. — У нас в отделе справедливость! Если демоница Варшалла ушла на шесть месяцев высиживать личинку — почему мне нельзя три недели полежать в бревне и переосмыслить свою жизнь?

Я моргнула. Дважды. Потом решила включить голос HR-специалиста.

— Грак, давайте уточним. Вы... беременны?

— Нет! Но я могу быть! Потенциально. Случайно. Или в метафизическом смысле. И я устал, Аня! Меня призывают каждую пятницу на корпоративный банкет, а в понедельник — на зомби-зарядку! Я морально рожаю стресс!

Я переглянулась с крысой на столе. Та выразительно покачала головой.

— Ладно, — вздохнула я. — Покажите заявление. И справку. Есть справка?

— Есть! От шамана. Он сказал, что я «в вибрации перехода». Это что-то значит?

— Это что-то значит, — пробормотала я. — Наверное, отпуск.

Я взяла заявление. Бумага была покрыта символами, пятнами и, возможно, криком. Но внизу красовалась резолюция:
«Одобрено начальником Отдела Превращений при условии, что он больше не будет орать».

Я поняла, что с этим придётся разобраться официально. Созвать мини-собрание. Прописать первую рабочую политику.
"Положение об отпусках по беременности, магическому перерождению и иным формам переутомления".

— Хорошо, Грак. Я разберусь с этим. Пока отдохните. Только не ложитесь в приёмной — Грета сказала, её иногда сжирает пространство.

Орк ушёл, явно довольный. А я впервые почувствовала:
Это — работа. Это — система. Это — вызов.

А ещё — пора звать Константина. Без его древней мудрости из Росреестра я точно не справлюсь.