Эйчар для повелителя тьмы

2.2

Я осталась с бедной жабой на руках, подкопчёным демоном ковриком для мышки ко и ощущением, что меня недооценили.

Не просто усомнились. А улыбнулись так, будто я — не опасна.
Не глупая. Не смешная.
Безобидная.

А я не безобидная. Я Анна Заславская. Я внедряла автоматизацию в компанию, где HR до этого вёлся… не-ет, на в Экселе 2003 года. На бумаге! Я пережила слияние, поглощение и распил, новогодний корпоратив с аниматорами-роботами и трижды увольняла людей, у которых были свои ножи с выгравированными на них именами. У меня был кейс на полсотни страниц, где я примирила двух директоров при помощи фасилитации, медиации и одной коробки зефира.

И если этот Влад думает, что я просто сдамся, потому что потолок шепчет, орки требуют отпуск по беременному выгоранию, а автомат грозится сварить меня вместе с латте — то он явно недооценил силу штатного расписания.

Я села за стол. Бумаги вокруг шипели. Крыса демонстративно набрала: "Протокол провала". Я удалила.

— Хорошо, — сказала я. — Раз нельзя навязать хаосу структуру… мы ему её подсунем. Так, чтобы он сам подумал, что это его идея.

Я взяла новый лист пергамента. На нём сразу выступила надпись "Что опять?". Я скомкала и взяла другой. Он промолчал. Уже лучше.

Адаптационная сессия. Тестовый формат. Название: “Врата Вливания”.
Пусть думают, что это ритуал.
Форма: кофе-брейк. Условие: обязательное присутствие и свободное нытьё.
Цель: выяснить, чего они боятся, чего хотят, и кого ненавидят больше всех в компании.
(Я уже заранее поставила на демона из бухгалтерии.)

— Мы не навязываем порядок, — бормотала я себе. — Мы просто оформляем хаос в табличку. А потом строим вокруг неё культуру.

К полудню я распечатала три приглашения, восемь угроз и одно благословение, потому что принтер зажевал бумагу, и мне пришлось с ним договориться.

На обед я не пошла. Я чертила круги доверия.
Настоящие круги. Мелом. На полу.
Один орк подошёл и почтительно спросил, начинается ли новый отбор в армию. Я кивнула. Он записался.

Под вечер ко мне заглянула эльфийка из кофейного ковена. Всё ещё в пижаме.
— Слышала, ты хочешь провести адаптацию. Через кофе.

— Ага, — отозвалась я. — Через кофе, отчаяние и разговор.

Она кивнула.
— Звучит как начало секты. Я с тобой.

На следующий день в назначенное время я стояла перед столом, на котором стоял термос, три кружки (две из них не шипели), и бумажка с надписью:
“Сессия вливания. Говорите всё. Я HR, а не клирик”.

Первой пришла ведьма. Принесла пряники.
Потом демон — с огненным зельем в стаканчике.
Потом орк — с настоящими страхами и заявлениями, которые никто не читал.
Потом гном, который ничего не понял, но хотел посидеть, «где весело».

Я слушала. Записывала. Иногда ничего не понимала, но всё равно записывала.

Они говорили. Я молчала. Потом говорила. Они слушали. Потом спорили. Смеялись.
А в какой-то момент я поняла: это работает.
Не потому что я ввела регламент. А потому что их всех впервые кто-то слушал. И судя по тому, как после разговора изменился взгляд орка, я делаю это не зря.

Даже если в следующий раз опять будет жаба и огонь.
Даже если Влад снова будет смеяться.
Я найду, чем ответить.
Словами, действиями — и одной, очень крепкой, очень правильной табличкой.