Эйчар для повелителя тьмы

4.1

Глава 4. Планёрка

Всю ночь мне снился протокол.
Он летал. Он пел. Он высказывал недовольство.
Когда я проснулась, у меня на щеке был след от папки формата А4 и ощущение, что я забыла что-то важное.
Оказалось — нет. Просто сегодня планёрка.

Первая настоящая.
С повесткой, рассылкой и даже мини-брошюрой «Зачем мы тут и кто вы все такие».
Я распечатала её на бумаге, которая только изредка шептала заклинания, и гордилась собой как мать на выпускном.

Я пришла за час до начала, убрала слизь со стола (видимо, ночевал кто-то из отдела разложений), развесила карточки с именами, разложила по местам магниты с надписями «Говорит», «Слушает» и «Вызовите экзорциста». Последний — на всякий случай. Себе.

Собрались быстро.
Орки пришли с топорами.
Демон — с кофеином.
Гном — с табуретом, на который не садился, потому что он его уважал.
Лива — в пижаме, но с серьёзным блокнотом. Крыса тоже пришла. Она вцепилась в маркер и грозно смотрела на всех.

Проблема началась с двойного бронирования зала.
Я, конечно, проверила календарь, но календарь тут живёт по своим фазам. Сегодня у него был… День Воплощённой Неожиданности.
Именно в этот день отдел видений и отдел реальности решили, что это их комната.

— Мы заказали пространство заранее! — заявила ведьма из отдела видений. — Это место приснилось сегодня нашим медиумам, а значит, оно наше!

— А у нас подтверждение, — отозвался представитель реальности, вурдалак с квадратной челюстью и лицом, как у табурета, которого не уважают. — Бумажное. С подписью. Дух, который принёс, умер на ходу. Поимейте хоть каплю уважения к его жертве.

— Предсказание — важнее подписи! — стояла на своём ведьма.
— Предсказание — это чуйка, а мы работаем с фактами!
— Вы работаете с вырезками из газеты и иллюзиями!

Я попыталась вмешаться:

— Коллеги, может, мы…

— Замолчи, смертная! — воскликнули оба одновременно. И переглянулись. А потом — перегрызлись.

Спор продолжался. Уже пошли аргументы в форме летучих слов, заклинания мелькали, у одного орка загорелись усы.
Гном сел на табурет и сказал:
— А ведь неплохо пошло.

Я села.
Молча.
Взяла кружку. Там написано было «Когда всё горит — сиди в центре». Я не спорила.

Потолок вздохнул.
Карточки с именами с доски упали, как листья.
В этот момент все начали говорить одновременно и я просто не выдержала и вышла в коридор, никому ничего не сказав.

Я пыталась продышаться и успокоиться. Я профессионал. Я справлюсь. Я бы ещё долго стояла и пыталась как-то уговорить себя не плакать, но вдруг услышала лёгкое покашливание за спиной.

Я обернулась.

Он стоял у дверей.
Единственный нормальный человек в этом шапито, путь и язвящий иногда.
Простой тёмный свитер, волосы чуть растрёпаны, взгляд — такой, как у человека, который уже знает, чем всё закончится, но вежливо слушает, как ты рассказываешь.

Он смотрел на меня.

Я подошла к нему. Почему — не знаю. Просто хотелось какой-то человеческой поддержки.
Он кивнул в сторону собрания.

— Развлекаетесь?

— Первая планёрка. Почти никто не умер.

— Уже хорошо.
Он сделал паузу.
— Знаешь, почему они так дерутся?

— Потому что привыкли. И потому что все уверены, что их правда — единственная возможная.

— Ага. А теперь представь: ты им предлагаешь форму.
— А они её боятся?

— Они боятся, что если появится форма — придётся ей соответствовать.
Он посмотрел на меня внимательно.
— А ты боишься?

Я замерла.
Потом сказала:
— Я боюсь только, что придётся снова всё расписывать вручную.

Он улыбнулся. Непривычно тепло и немного грустно.

— Нам тут всем немного страшно.

За моей спиной ведьма закидывала реалиста грозой, а орки делали ставки. Я отвлеклась на них всего на секунду, а Влад уже скрылся из виду.

Я сделала глубокий вдох, медленный выдох и вернулась в переговорку.
— Коллеги! — крикнула я. — У меня решение. Обе стороны неправы. И обе правы. Вы — два отражения одной башни.
И если вы не хотите делить помещение, значит, делите ответственность.
Совместное собрание. Совместный отчёт. Совместный штраф, если в следующий раз кто-то метнёт молнией не туда.

Я не стала говорить это вслух, но ответственность, разделённая пополам всегда сама собой превращается в поддержку товарища по наказанию.

— Это угроза? — прошипела ведьма.

— Это регламент, — сказала я. — Самый страшный демон из всех.

На удивление сработало.

Гном обнял табурет.
Крыса выдала график.
Огонь погас.
И только в голове остался голос:
«Нам тут всем немного страшно»
И улыбка.

Я вычеркнула пункт повестки «Выяснить, кто виноват», и написала:

«Организовать Владу магарыч»