Эйра по прозвищу Бешеная собака. Книга 1.

ГЛАВА 7 Вынужденный отпуск

Если вы думаете, что я не понимала, что даже самый большой и крепкий плот не позволит далеко уплыть в море, то вы ошибаетесь. Но в этом все же была идея. Во-первых, находясь дальше от острова, я могла бы рассмотреть материк, если он там, конечно есть. Во-вторых, даже такая абстрактная цель наполняла мою жизнь на острове хоть каким-то смыслом.

С плота, как мне казалось, опять же, будет удобнее ловить рыбу и нырять за морским гребешком. Занимаясь по несколько часов его модернизацией и усовершенствованием, а после этого заготовкой пропитания на вечер и утро, я чувствовала, пусть и зыбкое, но все же ощущение хоть какого-то смысла в происходящем безумии и безысходности.

Любопытно оказалось наблюдать за морем. Оно имело три разных состояния. Вполне обычное, с небольшими классическими волнами, мягко лижущими песчаный берег. Это состояние длилось по пять дней.

На шестой день обрушивался шторм, во время которого мало что могло укрыться от гигантских волн, сметающих все на своем пути. Шторм и проливной дождь длились ровно сутки. Вероятно, это было влияние двух лун планеты.

И за несколько часов до шторма и несколько часов после него море застывало, как будто совершала некую перезагрузку, и становилось абсолютно зеркальным, создавая ощущение довольно твердой поверхности, по которой можно легко передвигаться пешком.

Но все же… о моей обычной жизни, в изоляции… Распланировав очередной день, я надела то, что осталось от моего изрядно износившегося термобелья. Обула свои любимые сандали, сплетенные из ивовых прутьев, с подошвой, сделанной из панциря дохлой черепахи. Взяла с собой сумку, придуманную мной из шкуры местного ушастого зверька.

В сумке я носила незатейливый набор самопального инструмента. Тут был каменный молоток, он же топор, пара ножей и скребков и подобие пилы из морских раковин. Кстати, весьма неплохой материал.

Корзину я сплела из лозы и использовала ее для сбора фруктов и орехов. Ну или, если по пути попадалось еще что-то интересное. Сейчас я в нее положила флягу с питьевой водой. Ее я тоже сделала сама из большого кокосового ореха, спилив о камень верхнюю его часть и долго подгоняя к нему заглушку из деревянного чопика, чтобы получилось герметично.

На всякий случай, а они тут бывали нередко, я вооружилась копьем с каменным наконечником и любимым ножом из того же гигантского панциря черепахи, который как-то мне посчастливилось найти.

Странно! Живых черепах мне так и не попадалось. Возможно, они приплывают в определенный сезон и выходят из моря для откладывания яиц на пляже. А несчастная обладательница найденного мной панциря, видимо, тоже приползла отложить яйца и, судя по всему, вместо этого откинула копыта. Судьба понимаешь ли…

В общем, этот день не предвещал ничего нового. Поднимаясь по лесистой части в гору, напевая про себя какую-то старую полузабытую мелодию, я шла вверх, чтобы, как обычно, осмотреться.

Пока я осматривала окрестности, мне вспомнилась операция на какой-то далекой планете, кажется, Кроносе. Куда меня, в составе группы из десяти человек, забросили с полным комплектом вооружения. Вот там была жара! Поганая, я вам скажу, планетка! Кругом вулканы, воняет серой, дышать практически невозможно. От воздуха горит горло. Шахтеры, устав от ублюдской жизни, взбунтовались и потребовали пересмотра контракта. Мы выполнили приказ и подавили бунт. Но какой ценой?! Отчаявшиеся люди шли на все, и наших полегло там немало.

Именно после этой операции в душе у меня что-то оборвалось и сердце окончательно превратилось в камень. Я запомнила на всю жизнь: «Или ты или тебя!».

По сравнению с той поездкой нынешняя жизнь и вправду – просто отпуск на курорте. И все бы ничего, но я всю жизнь служила корпорации и решала боевые и прочие задачи. Получала приказ и летела на край вселенной, чтобы выполнить его, не задавая лишних вопросов. Как ищейка шла по следу, без сна и отдыха. Гналась, находила добычу и приносила в зубах хозяину за кость с барского стола.

Там было все понятно, и… черт возьми! Мне так не хватало теперь этого. Как же не хватало боя, драки, адреналина, вкуса крови во рту. И звериной радости, что ты его, а не он тебя! Я верила, что когда-нибудь эта пытка раем и покоем закончится. Я буду тренироваться! Я буду держать себя в форме. Я когда- нибудь вырвусь отсюда. Это не может длится вечно!

Уже привычной, протоптаной за эти дни, недели и месяцы тропой, я карабкалась на гору. Вот сейчас, за поворотом, будет большой куст с плодами, похожими на мандарины или апельсины, дикие, но в то же время сочные и довольно сладкие. Сорвав и бросив в корзину несколько мандасинов, так я их называла про себя, продолжила путь. Вот еще два небольших поворота мимо торчащих кусков скальной породы, и я выбралась наверх.

Здесь, уже в знакомом мне месте, я поставила корзину и присела на мой “трон” – огромный камень причудливой формы. Немного отдышавшись, достала только что сорванные фрукты и, очистив резко, но вкусно пахнущую цитрусом шкурку, вгрызлась в сочную мякоть плода.