Экстрасенс для мафии

Глава 5

Сердце замерло от прикосновения его губ к моей руке. Поцелуй Тони был невесомым, как взмах крыльев бабочки, но оставил после себя странное, пьянящее чувство. Неожиданно, благородно – и я не могла не растаять. Впервые с тех пор, как я оказалась в этом прошлом, я почувствовала что-то, похожее на счастье. Доброта Эсмеральды, спокойный ритм жизни и вот теперь эта встреча… Мои щеки пылали, а сердце билось, как у влюбленной школьницы. Завороженно смотрела на этого загадочного мужчину, словно персонажа старинного романа: дерзкого, но обходительного. Его голос, манеры – все в нем притягивало.

"Агата, возьми себя в руки! Ты что, влюбилась с первого взгляда?!" — мысленно одернула я себя.

Громкий окрик вырвал меня из оцепенения:

— Тони, твою мать! Долго я тебя ждать буду? — из дверей ближайшего кафе показался мужчина, который сразу вызвал у меня ассоциацию со стервятником. Он был худой, жилистый, сутулый, из-за чего казался невысоким. Кожа бледная, болезненная, мешки под глазами и жуткий шрам на лице.

— Иду, Винсент, иду.

— А это кто тут с тобой? Глаз радует, так бы и съел, — проскрипел Винсент с хищной усмешкой.

Тони поморщился, но сдержал гнев. С напускным равнодушием и поднятой бровью он ответил:

— Заткнись и катись обратно в свой кабак. Ты еще разговаривать нормально не научился, чтобы на людях показываться, животное.

— Ой-ой-ой! Какие мы гордые! Мы же одной крови, братец. Я жду тебя, надо обсудить кое-что, — произнес Винсент, окинув меня взглядом с ног до головы, и скрылся в кафе.

Тони смотрел ему вслед с презрением. Винсенту, казалось, было плевать: он удалялся с самодовольной ухмылкой, словно победитель.

— Кажется… Мне пора, — пробормотала я, пытаясь не выдать волнения. — Спасибо за… разговор.

— Извини за брата, я обязательно научу его хорошим манерам, — сказал Тони, потирая затылок.

— Нет-нет, правда, мне пора.

— Проводить?

— Нет, не нужно, я дорогу помню.

Тони добродушно усмехнулся. Его глаза блеснули, словно я была той единственной, или мне так хотелось думать. На самом деле, я была бы совсем не против.

— Хорошо, но обещай… что мы еще встретимся, — в его голосе прозвучали коварные нотки. — Я тут часто бываю. Видишь вон то здание? — он указал на бар "Затмение", куда ушел Винсент.

— Да, — тихо ответила я.

— Это семейный бизнес. Если захочешь увидеться, скажи, что меня знаешь и хочешь поговорить, — произнес Тони с лукавой улыбкой, и мне уже не терпелось встретиться с ним снова.

— Хорошо, Тони. Может, и зайду... — ответила я с игривой интонацией, заинтригованная этой затеей.

— Буду ждать, мадемуазель! — он галантно поклонился.

Развернувшись, я поспешила прочь, подгоняемая радостью и ощущая его пристальный взгляд, который словно провожал меня до самого дома. Мое сердце колотилось так быстро, что казалось готовым выпрыгнуть из груди, но это было не от тревоги или страха, а от легкости и волнения, словно внутри меня порхали сотни бабочек.

Когда я тихонько проскользнула в дом, мои надежды на незамеченное возвращение разбились вдребезги. В гостиной меня уже поджидала Мадам Эсмеральда, и её вид не предвещал ничего хорошего. Она сидела в кресле-качалке, и её лицо было бледным, а взгляд — полным тревоги и разочарования. Возле неё на столике лежал открытый гримуар, из которого тянулся тонкий дымок, словно от сожженных заклинаний.

— Агата! — её голос дрожал, — где ты была? Я же сказала тебе, что сегодня тебе лучше не выходить, у меня было плохое предчувствие!

Я молчала, чувствуя себя как нашкодившая девчонка. Мне было стыдно за свою безответственность, за то, что я нарушила её запрет и заставила её волноваться.

— В этом ожидании я не могла найти себе места, — продолжила она, и в её глазах я увидела отражение не только тревоги, но и какой-то глубокой, затаённой боли. В ее глазах я как-будто бы видела горький опыт, который слезами растекался по щекам. — Я чувствовала, как что-то плохое должно случиться, как будто…

Её слова меня удивили. Неужели её предчувствия были настолько сильными? Неужели она действительно могла чувствовать, что меня ждёт опасность?

— Но ничего же не случилось, — пробормотала я, стараясь как-то оправдаться. — Со мной всё в порядке.

Мадам Эсмеральда покачала головой, и её взгляд стал ещё более печальным.

— Ты не понимаешь, Агата, — сказала она, и её голос был полон отчаяния. — Ты не знаешь, какая это боль — ждать и не знать, что будет дальше, ты не понимаешь, как это разрывает душу, чувствуя, что ты бессильна что-то изменить. Я чувствую это сейчас, как чувствовала однажды.

Я не понимала, что именно она имела в виду. «Однажды»… Что именно произошло «однажды»?

— Что случилось однажды? — спросила я.

Мадам Эсмеральда вздохнула и опустила взгляд. Она молчала какое-то время, словно собираясь с мыслями, а потом посмотрела на меня с таким выражением лица, словно она решила рассказать мне самую сокровенную тайну своей жизни.

— Мой сын, — начала она тихим голосом, — он тоже не послушал меня. Я просила его остаться дома, я увидела пожар, в котором гибли люди, и мне показалось, что там был мой мальчик. Но он, как и ты, был упрямым, он считал, что всё под контролем, что он сможет справиться со всем. Он был таким же, как ты, – смелым, авантюрным и уверенным в себе.

Её слова заставили меня замереть. Теперь я начинала понимать, почему она была так взволнована моим уходом. Она боялась потерять меня так же, как когда-то потеряла своего сына.

— Он пошел на прогулку, — продолжила она. — Но именно в ту ночь мафия решила наказать своих должников. Они подожгли дом, в котором они жили, а мой сын это увидел и, конечно, не смог пройти мимо. У него такой был характер, он всегда помогал всем, он был таким… — Её голос прервался, и по её щеке скатилась одинокая слеза. — Он ворвался в этот горящий дом, он вывел оттуда людей, но… снаружи их уже ждали. И… — Мадам Эсмеральда замолчала, не в силах закончить свою историю.