Экзамен для эмпата

Глава 56. Ночное происшествие

После Хорошей ночи Цветной квартал едва проснулся к полудню. Улицы постепенно заполнялись людьми, но в Битом переулке было тихо, как в склепе. Закрытые окна и двери – первое, что увидел Нор. И только один дом стоял особняком – тот, в котором жил аптекарь. Окна на первом этаже там не затворили, потому что они были выбиты, а изнутри доносился надрывный женский плач.

– Хозяева! – позвал Нор, подходя ближе и пеняя себе, что не догадался спросить имя родственников Джины.

Плач затих, напряжение стало осязаемым.

– Я был у вас вчера, пришёл с Джиной. Где она?

Он тронул дверь и обнаружил, что не заперто. Нечего было запирать, замок выломали, петли покосились.

Нор шагнул в дом, миновал небольшую прихожую, сразу оказавшись в просторной гостиной, оформленной в лучшем вкусе эшидов – с пёстрыми коврами на стенах, яркими покрывалами на креслах и диванчике. Это было бы уютное место, если бы не следы погрома: разбросанные вещи, осколки посуды, прочий мусор на полу. Всё это смели в сторону, но не убрали. Из соседней комнаты на встречу Нору вышел пожилой невысокий эшид – хозяин дома, дядя Джины. И тот был совершенно точно не рад видеть неожиданных гостей.

– Ай же вон из моего дома, – произнёс он, в упор глядя на Нора, но голос его прозвучал слабо, в нём не было силы приказа. Только бесконечная усталость и море боли.

Аптекарь коснулся груди, морщась и тяжело дыша.

– У вас сердце, – шагнул вперёд Феб, оттеснив Нора в сторону. – Вам нужно лечь. Позвольте, я взгляну… Я лекарь.

Мужчина предупредительно выставил вперёд ладонь, но Феб ловко подхватил его под локоть и подвёл к диванчику. Зеленоватое свечение на кончиках пальцев мага заставило аптекаря побледнеть ещё больше.

– Ей ли идите все… к демонам, – простонал он, добавив пару слов на шэсском, – моя дочь… ой же моя Лэйша…

Руки Феба сплетали чары, что не помешало ему улучить момент и обратиться к Нору, топчущемуся на пороге:

– Что ты тут вчера устроил?

– Ничего… Джина пришла к родственникам.

Нор в свою очередь не мог оторвать взгляд от белых осколков на полу. Он наклонился, и поднял особенно крупный фрагмент с сохранившейся ручкой. На этот молочник он смотрел весь вчерашний вечер чуть ли не больше, чем на саму Джину. И теперь он разбит… Сухая трава и крошка под ногами, видимо, из её вещей. Ро шустрым огоньком пробежал через весь мусор и остановился в углу. Нор присмотрелся и заметил, как блеснула маленькая монетка. Или?...

Нор аккуратно поднял металлический кругляш, смахнул пальцем налипшую пыль. Амулет Ласа для прохода тропой! Нор совсем забыл о нём, да и Лас за время их вчерашнего разговора ни разу не вспомнил об этой вещице.

“У неё перерыли все вещи и взяли только кулон и кинжал. Они знали, что искали,” – подумал Нор, вороша носком сандалии пучки трав на полу и стараясь не наступить на осколки молочника. Он наклонился ещё раз, чтобы поднять пузырёк, размером с мизинец. За тёмным стеклом было не разобрать, какого цвета жидкость внутри, но пузырёк был плотно закрыт пробкой и уцелел. Это дало Нору чувство нелогичной надежды.

– Где Джина? – снова спросил он, поворачиваясь к хозяину, над сердцем которого продолжал колдовать Феб. Лекарь поморщился:

– Отойди, кир, он тебя боится.

Мужчина что-то слабо забормотал по-шэсски, и у Нора заклокотало в груди от злости. Время и так упущено, а из-за этого старика он теряет его ещё больше!

Он забросил бляшку и бутылёк в сумку, наткнувшись на болтающийся тут же кулон. Зачем он его взял с собой? Зачем отдал Джине? Мог бы подумать раньше! Рука сама потянулась сжать побрякушку, и мир на несколько мгновений раздвоился перед глазами. Нора охватило чувство жалости к этому несчастному старику, который пытался защитить племянницу, но что он мог? Двое стражей вломились в его дом. Их черты проступали сквозь зеленоватую дымку, и перед глазами Нора развернулась вся сцена: и пойманная Джина, и дрожащий в углу хозяин дома. Один стражник держал Джину, другой обыскивал её, на пол сыпались мешочки, сорванные с её пояса. Вот откатилась бляшка, упал бутылёк…

“Я защитил её, я ведь очень хотел защитить её,” – понял Нор, когда вспышка зелёного света сбила стражников с ног, а Джина выпрыгнула в окно.

Он только успел коснуться её в последний раз, чтобы исцелить порезы и синяки, потом она оказалась вне досягаемости, а кулон забрали стражники. С собой они увели другую девушку. Лэйша, дочь старика!

Он мог бы спасти и её. Как ему было жаль их всех! Её старого отца, вбежавшую в комнату мать… но он не смог. Не было руки друга, сжимающей кулон, не было воли, направляющей его магию. А сам он так стар, так тяжёл… Камень сам не упадёт с горы. Нужен дождь, чтобы смыть его, ветер, чтобы сдуть, человеческая рука, чтобы поднять. Эт-гарр был по сути своей тем камнем. И как ему было от того больно!

Нор сморгнул видение. Мысли кружились, как чайки над морем, кричали, что он почти понял что-то важное, однако их вопли таяли вдали. Нор не мог вспомнить, о чём только что думал, лишь несколько образов неумолимо ускользали: стража, Джина, разбитое окно. И его сердце, готовое разорваться от тоски.

– Какого демона… – прошептал Нор и наткнулся на удивлённый взгляд Феба. – Дай угадаю: у меня глаза светятся?