Экзамен для эмпата

Глава 57. О пользе выученных уроков

Ариадна никогда не надеялась, что выйдет замуж по любви. Её растили с пониманием того, что покладистый характер, образование, приятные манеры и внешность – то, что даст ей шанс войти в хорошую семью. Удобная жена – залог удачного брака с состоятельным мужем. По крайней мере, так счастье понимали родители, и Ариадна не видела причин сомневаться в их взглядах. У неё не было подруг, она не верила романам о любви, а свободное время посвящала чтению философских трудов и историческим трактатам. Ещё она блестяще играла в кайши, хотя и не могла сказать, любит ли игру по-настоящему или умело изображает интерес. В какой-то момент она обманула сама себя, и изысканность манер заменила ей чувства.

Разве не в этом секрет семейного счастья? Взаимного уважения и соблюдения приличий должно хватить сполна.

Агенор, по всей видимости, не собирался давать ей ни того, ни другого. Первые знают, она пыталась наладить с выбранным для неё женихом отношения. Ариадна умела держать лицо, но всякому терпению есть предел. Несколько месяцев, проведённых с Агенором, стали настоящим испытанием её выдержке. Он неустанно напоминал ей, что время с ней – тяжкая повинность. Не спешил на встречи и нередко позволял себе опаздывать, не говоря уже о том, что ни разу не встретил её у дома, и провожал только до порталов, на худой конец – сажал в экипаж. Ему было скучно – он зевал, терял нить беседы, уходил в свои мысли, словно её и вовсе рядом не было. Она и сама не заметила, как стала позволять себе кроме заученных формул вежливости высказывать недовольство и даже лёгкий сарказм, но Агенор вряд ли заметил колкости и завуалированные упрёки в свой адрес. Ариадна обнаружила в себе массу чувств, о которых и не подозревала – после таких свиданий долго приходилось успокаивать сердито колотящееся сердце и бегущие по кругу назойливые мысли.

И вот – помолвка. В этот день с самого утра у Ариадны кружилась голова, но отнюдь не от счастья. От Агенора не приходилось ждать особой вежливости, но как ей сохранить самообладание перед родственниками? С её стороны будут только родители и пожилая тётя, зато из дома Элиос родни будет в разы больше.

Ариадна окинула себя изучающим взглядом напоследок – аккуратно убранные волосы, тонкий золотой венок с мерцающими камнями – подарок семьи жениха к этому дню, хитон из мягкой шелковистой ткани, отливающей перламутром, расшитый золотой нитью пояс. Разве она не хороша? Разве на неё не приятно смотреть? Разговаривать с ней? Почему он не может просто уважать её?

Ком встал в горле, и Ариадна часто заморгала, чтобы не расплакаться. Нужно взять себя в руки. Ей скоро ехать.

Обида всколыхнула в ней воспоминание: что-то важное, она чуть не забыла. Она нахмурила чёрные брови. Ах вот оно что!

В её шкафу за томиком истории Ойлены припрятан крошечный бутылёк с несколькими каплями мутной жидкости. Нужно взять его с собой. Спрятать так, чтобы никто не заметил: ни этот ужасный кентавр, который каждый раз так подозрительно осматривает гостей, ни жуткий пёс-оборотень, который в зверином обличье готов обнюхать её с ног до головы. Хорошо, что кир Эсгиф добр к ней. Ариадна не раз слышала, как он осаждает свою стражу, не позволяя оскорблять благородных гостей излишней бдительностью. Единственная его просьба – не приносить в дом оружие и амулеты, но этого у Ариадны и нет.

Ариадна рассматривала бутылёк на своей ладони и не могла вспомнить, откуда он у неё. Чем больше её сознание, привыкшее во всём опираться на доводы разума, пыталось сосредоточиться, тем сильнее кружилась голова. Ариадна опустилась в кресло, убеждая себя, что это от волнения, и спрятала пузырёк с жидкостью в складках пояса. Руки двигались будто без её воли.

Думать о непонятном пузырьке совсем не хотелось, зато она с готовностью ухватилась за другую мысль – так ли добр к ней и её семье кир Эсгиф? Они с женой всегда безукоризненно вежливы, но если кира Лина казалось, действительно переживала о невестке, то кир Эсгиф сохранял холодную отстранённость.

Воображение Ариадны добавило к этому взгляду пару презрительных нот. Может быть, выбор пал на неё в качестве невесты для Агенора не из-за её достоинств и прекрасной репутации, а потому что она была послушна, а её родители дрожали перед будущими родственниками в немом трепете? Они знали своё место, а теперь будут ещё и чувствовать себя обязанными за любой подарок, потому что не в их возможностях ответить тем же.

Ариадна решительно поднялась на ноги. Ей пора. Экипаж ждал, тётушку уже усаживали.

Может быть, хотя бы сегодня Агенор посмотрит на неё с каплей внимания? Ей больше и не надо.

Их хорошо встретили в поместье, кира Лина сама вышла поздороваться и проводить в дом. Всё вокруг было украшено с изяществом и вкусом, от нежных оттенков лент и благоухания цветов на душе становилось легко и празднично. Ариадна тепло и искренне улыбнулась хозяйке дома. В тот момент, когда ей показалось, что этот день будет не так уж и плох, мимо кто-то пробежал, перепрыгивая через три ступеньки.

Агенор! Сердце Ариадны больно кольнуло. Он задел её плечом и не обернулся. Она проводила его изумлённым взглядом, но Агенор проигнорировал даже оклик матери.

Пока кира Лина распоряжалась отправить за ним кого-то из слуг, гостей провели в светлый зал, где Ариадну представили всем приглашённым родственникам. Ариадна очень старалась запомнить всех, но от волнения имена ускользали из её памяти.

Это было уютное домашнее собрание, хотя она и не привыкла, что родственников может быть так много. Родители были прекрасно приняты, даже престарелая тётушка нашла себе собеседницу по духу, устроившись в сторонке с милой старушкой, кажется, двоюродной бабушкой Агенора. Ариадне говорили комплименты. Две девочки лет десяти с восхищением смотрели на её венец, а молодой кир Галас глаз с неё не сводил.